Читаем без скачивания Перворожденная - Юстина Южная

– Хорошо. Пригласи его поужинать с нами.

Девушка загадочно улыбается и идет к Финеасу.

Юноша размышляет недолго. Едва восходит луна, он приходит в таверну на берегу Влтавы. Там его уже ждут.

Танрин немногословен, но очень убедителен. Перед взором Финеаса проскакивают потрясающие возможности, неизведанные тропы магии и открывающиеся перспективы. Пышные формы Моники тоже проскакивают, но чуть менее уверенно. Мэтр спрашивает только один раз:

– Ну что, согласен? Учти, второго шанса у тебя не будет.

И Финеас больше не сомневается.

Академия с сожалением расстается со своим перспективным учеником, друзья устраивают бурные проводы, а седовласый господин, которому Финеас до сих пор благодарен за помощь и приют, нахмурившись, предостерегает «молодого человека»:

– Мэтр Танрин Вего, безусловно, превосходный и умелый чародей, однако его методы бывают весьма… м-м… сомнительны. Подумайте, стоит ли связывать свое будущее с ним.

Но Финеасу девятнадцать и ему нужен весь мир, на меньшее он не согласен. Поэтому он уходит к новому учителю.

Уроки Танрина сложны. Гораздо сложнее, чем в академии. С утра до поздней ночи Финеас корпит над трудами неизвестных ему ранее чародеев и тренируется в лесу, недалеко от дома, где живет мэтр Вего, но все равно отстает от остальных учеников. Помимо него у мэтра их еще три: двое ребят взрослее Финеаса и Моника. И все они немного другие. Он не может выразить, что с ними не так, но и учитель, и его подопечные чем-то отличаются от всех иных магов, которых Финеасу довелось встречать. Парень сжимает зубы и работает усерднее, чем прежде.

Магия, которой учит их Танрин, отмечена изрядной суровостью, в ее познании Финеас все дальше и дальше уходит по дороге тьмы. И однажды наступает черед некромантии. Впервые юному магу не хочется заниматься тем, чем должен. Он уговаривает себя, что это тоже искусство, что нельзя приготовить яичницу, не разбив яиц, но отвращения побороть не может. Помогает ему Моника. Как-то вечером она приходит на излюбленное место тренировок Финеаса и с полчаса наблюдает за тем, как он, старательно подавляя брезгливость, не внешнюю даже, внутреннюю – от того, что приходится делать такое, мучается с умерщвленным третьего дня кроликом. Девушка созерцает все это, а потом распускает верхнюю ленту на лифе. С этого момента учеба начинает идти гораздо веселее.

Месяц проходит за месяцем и год за годом, Финеас набирает силу. Теперь ему подчиняются заклятия настолько грозные, что пугают даже его самого. Начинает казаться, что все по плечу и горы падут по одному-единственному мановению руки. Именно тогда мэтр Танрин дает Финеасу задание. Простенькое, чего там ворожить-то! Но заклинание вдруг не срабатывает, не срабатывает и следующее. Ага, надо придумать что-то необычное, свое, понимает юный маг и садится за книги. Но на этот раз и они его подводят. Финеас бьется над загадкой несколько недель, так и не найдя решения. Он идет к Танрину.

По лицу учителя бродит странная усмешка, будто он знает что-то такое, о чем юноша даже не догадывается.

– Ну вот ты и созрел, – говорит мэтр Вего. – Теперь, когда ты понял, что обычной магии не все подвластно, пора открыть тебе новый источник сил. О нем известно лишь немногим посвященным, и если ты войдешь в этот круг, обретешь ни с чем не сравнимое могущество.

Финеас смотрит на учителя с удивлением. Тайная волшба?

– Для этого тебе понадобится перейти на следующую ступень, мой мальчик, – продолжает Танрин. – Мы поклоняемся богам, которых мир еще не видел и пока не готов их принять и вместить. Они сильны, и только их воля может даровать знание, которого у тебя раньше не было. Но… ты обязан доказать, что достоин его. – Танрин делает паузу, пристально вглядывается в ученика. – Не каждому дано стать проводником столь огромной мощи. Богам нужно принести особенную жертву, лишь магия крови может их пробудить.

– Я готов, – с горячностью отзывается Финеас. – Скажите когда.

У мэтра суживаются зрачки.

– Не животное, Финеас. Это должно быть не животное.

– Но… мэтр…

Юный маг стоит недвижимо, лишь распахнутые глаза смотрят на учителя с ошеломленным изумлением. Неужели он сказал сейчас то, что сказал? Если жертва – не зверь, это ведь…

– Вижу, что поторопился, – качает головой Танрин. – Не дорос ты еще до настоящей магии. Жаль, жаль. Ты ведь уже многого достиг, но теперь застрянешь на уровне жалкого подмастерья. Дело тут не в одной грубой силе. Боги смогли бы перевернуть твое видение устройства вселенной, открыть неизведанное, то, чего не касался ни один из смертных. Быть может, даже я. Ведь боги каждому посылают свои личные таланты. Подумай, мой мальчик, подумай. Я дам тебе время.

Финеас молчит. Услышанное оглушило его. Да, слова мэтра Танрина звучат весомо, но цена знания… Он не хочет в этом участвовать. Нет. Совсем никак. Он кланяется учителю, разворачивается и уходит. Ему нужно несколько спокойных часов.

– Не бойся, – вдруг произносит Танрин. – Ты будешь лишь помогать в ритуале. Жертву приносит служитель богов, жрец, прошедший обрядовое посвящение.

Юный маг на секунду замирает, потом, не оборачиваясь, покидает дом. Мэтр Вего не удерживает его.

Следующий месяц проходит как в тумане. Финеас продолжает что-то делать, читать, тренироваться, но мысли раз за разом возвращаются к разговору с учителем. Магия крови. Это тоже магия крови. Пусть и более страшная. А другие ученики? Они-то наверняка уже приобщились к тайне. Поговорить с ними, отважиться понять? Финеас идет к Монике.

Моника умеет убеждать. После страстных бесед с нею Финеаса немного отпускает. Может, и впрямь не все так ужасно? Может, если это будет не человек, а… скажем, орк, злобный орк из тех, что всегда воюют с людьми, или преступник, осужденный на смерть, – вор, безжалостный убийца, тогда стоит попробовать? Жертвоприношение – старинная церемония, ей много веков. Сотни жрецов и магов прибегали к ней. Вот и мэтр Танрин… Финеас станет всего лишь еще одним звеном в этой цепочке. И тогда его ждет что-то потрясающее, что-то уникальное, что-то совершенно невозможное. Или учитель прав и он просто не дорос до скрытых знаний? Кишка тонка?

Мэтр Вего сидит у окна с книгой в руках, на носу очки в тонкой оправе. Кажется, он полностью погружен в чтение. Финеас приближается к нему не без трепета. Он принял решение, и нужно сказать об этом учителю. Главное, чтобы тот остался доволен. Танрин отрывает взгляд от томика, поднимает глаза.

– Я слушаю тебя.

– Учитель, я… хотел бы попробовать. Наверное. Да.

Закусив дужку очков, мэтр внимательно изучает своего ученика.

– Финеас, нельзя пробовать. Можно только делать или не делать.

– Я… я постараюсь.

– Что ж, – Танрин захлопывает книгу. – Ты выбрал мудро. Значит, будем готовиться к твоему обряду.

– Как?

– Ну, для начала нужно найти жертву…

Финеас выходит от учителя в смятении. Однако слово сказано, обратно не вернешь. Уже на пороге он слышит скрип второй двери – кто-то пришел к Танрину с заднего входа. Маг оборачивается и замечает мелькнувший подол зеленого платья. Повинуясь сжигающему любопытству, подкрадывается к приоткрытой створе и видит в щель, как Моника подходит к мэтру Вего. Грациозно опирается на столик, произносит что-то, а затем садится к чародею на колени. Тот улыбается, кладет ладонь ей на шею – уверенно, по-хозяйски. Девушка склоняет светлую головку к его лицу.

С этого дня Финеас к Монике охладевает. Впрочем, он все равно не может думать ни о чем, кроме того, что ему предстоит.

Редкие снежинки оседают на одежде и сразу же тают. Финеас не видит их. Он вообще ничего не видит – глаза укрыты плотной черной повязкой от самой Праги. На повязке – флер колдовства. Они едут верхом, и Моника ведет его лошадь под уздцы. Финеасу холодно, но не от пронизывающего ноябрьского ветра, морозный ком притаился внутри и леденит душу. Однако юный маг настроен решительно. Сегодня он покажет, что достоин стать вровень с собственным учителем.

Конские копыта выбивают дробь на подернутой инеем земле. Миля, еще одна… на закате они достигают небольшой лесной поляны. Финеасу развязывают глаза. Неровный круг, кривоватые стволы сосен, а в центре каменный алтарь. Возле алтаря стоит человек в длинной хламиде. Его Финеас не знает, но предполагает, что это и есть тот самый жрец. Ученики мэтра зажигают факелы. Танрин подталкивает застывшего как изваяние мага к жертвеннику.

– Ты должен быть рядом. Помнишь слова призыва?

Финеас кивает. Он выучил их – фразы, написанные на незнакомом языке, фразы, в которых ему не понятна ни одна буква. Но они вызубрены от начала и до конца. Жрец вкладывает ему в ладонь что-то прохладное и металлическое. Финеас поднимает руку. Нож.

– Но мэтр сказал…

– Это когда жертва будет уже мертва, – успокаивает его служитель.

– А где…

– Сейчас приведут, не торопись.