— А как мы туда попадём? — спросил Женька.
— Всё-таки вы очень любите торопиться, — вздохнул Оскар. — Смотрите и ждите. Как у вас говорят? Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Всё будет, имейте терпение.
В обращённой к нам грани, у самой воды, появилась тёмная, едва заметная точка и, медленно увеличиваясь в размерах, направилась к нам.
— Вот и кораблик, — обрадовалась глазастая Маша. — Славный! На блюдечко похож.
— Тогда уж судёнышко, — со знанием дела заявил Женька. — Корабль — это значит военный. А судно всегда гражданское.
— Во-первых, я сказала не «корабль», а «кораблик», — немедленно парировала Маша. — Во-вторых, откуда тебе знать, может, на нём есть пушки и пулемёты? В-третьих, ты всё равно очень умный и образованный, и я всегда это знала. В-четвёртых…
Я смотрел на приближающееся транспортное средство, вполуха слушал дружескую перепалку Маши и Жени и старался думать о хорошем.
Но получалось не очень.
Меня одновременно манила и настораживала неизвестность впереди. И я никак не мог разобраться, чего во мне больше — радости или настороженности. С молодыми-то, Машей, Никитой и баламутом Женькой, было всё ясно — вон как блестят глаза. Ещё бы! Чудесное инопланетное Внезеркалье поступает в их полное распоряжение! Есть от чего загордиться и впасть в полный энтузиазм. Но мне и по возрасту, и по опыту, и по ответственности, которую я добровольно взвалил на себя, было положено смотреть дальше и понимать глубже. Я и смотрел. И чем больше я смотрел и старался понять, тем яснее становилось, что проблемы нас впереди ожидают нешуточные.
Потому что вшестером нам со всем этим нежданно свалившимся богатством и хозяйством не управиться. Ни за что. Значит, по-любому надо будет возвращаться в свой мир и набирать помощников. С учётом же того, что родной Приказ и Контора Марты были кем-то основательно разгромлены… Не говоря уже о том, что Стражники в других странах продолжали свою работу. И как только они узнают (а они обязательно узнают, шила в мешке не утаишь!) о том, что существует это место и заправляют в нём русские… Страшно подумать, что тогда начнётся. Вот именно. Страшно, а надо. Ну, пусть не прямо сейчас, но всё равно от этого никуда не денешься. А Марта? С ней и Альтеррой её как быть? Дело, конечно, прошлое, но их Контора переиграла наш Приказ. Да, сейчас мы в одинаковом положении. Но кто даст гарантию, что Контора не возродится и не потребует своих прав на Внезеркалье? На совершенно законных основаниях, между прочим. Уф-ф-ф. А тут ещё и наши отношения.
Я посмотрел на Марту. Она почувствовала мой взгляд, повернула голову и улыбнулась. На сердце стало тепло, и я подумал, что эту теплоту надо сохранить. Что бы ни случилось впредь.
— О чём задумался, детина? — негромко осведомился Влад, подходя.
— Седок приветливо спросил, — машинально продолжил я. — Ты, гляжу, бодр и весел. Молодец. А я вот что-то предвижу массу проблем. В том числе неразрешимых.
— Неразрешимых проблем не бывает, — усмехнулся Влад.
— Как это? По-моему, сколько угодно.
— Видишь ли, это старая еврейская притча. Суть её сводится к тому, что бог знает наши силы и посылает только те трудности, с которыми мы можем справиться.
— А те трудности, с которыми мы справиться не можем, уже не наши по определению, — сказал Женька.
— Подслушивал, как всегда, — усмехнулся я. — Мудрая притча. Мне нравится.
— И вовсе не подслушивал, — сказал Женька. — Всего лишь рядом стоял. Да вы не переживайте, Мартин, справимся как-нибудь.
— Конечно, справимся, — согласился я. — Деваться нам всё равно некуда. Кстати, Оскар, я забыл у вас спросить…
— Да? — обернулся старик.
— Что будет с этими троими, — я кивнул в сторону киркхуркхов.
— Ничего особенного. Раненого быстро вылечим, и всех троих отправим домой. Предварительно лишив памяти обо всём, что с ними происходило в эти дни.
— Гуманно, — сказал я.
Подошёл корабль с Пирамиды.
Он действительно чем-то напоминал блюдце.
Такой же круглый и хрупкий на вид, накрытый сверху то ли почти идеально прозрачным куполом из непонятного материала, то ли каким-то, едва заметным глазу, силовым полем.
Сплошные блюдца, подумал я, куда ни плюнь. И пирамиды. Блюдца летающие, а пирамиды, как водится, полные тайн и загадок. Наверное, всё-таки не просто так сии аналогии возникают. Должна быть какая-то связь. Впрочем, тебе ли не знать, что связь есть всегда. Всего и со всём. Стоит лишь как следует поискать.
Судно мягко ткнулось в песок и выпустило в нашу сторону длинный и в меру широкий пандус-трап.
— Прошу на борт, — пригласил Оскар.
— Есть хочется, — задумчиво объявил Женька. — У вас там, в Пирамиде этой вашей, пожрать что-нибудь найдётся?
— Считайте, что это уже ваша Пирамида, — сказал Оскар. — И значит, там найдётся всё, что вы пожелаете. Ну, или почти всё.
— Что, и совершенно бесплатно? — ухмыльнулся Женька.
— Так не бывает, — промолвил Оскар. — Увы. Платить приходится всегда.
— Что ж, — сказал я, — тогда заплатим. Главное, чтобы цена оказалась справедливой. Впрочем, уж за этим мы точно проследим.
Я подхватил с песка сумку, перебросил её через плечо и, не оборачиваясь, направился к трапу.
Совершенно точно зная, что мои друзья идут за мной.
