class="p">Это, подумала Алекс, было не очень приятно говорить. Она оглядела собравшихся, от все еще веселящихся вождей племен до других хихикающих джарноков, и удивилась, почему она вообще беспокоится о них. Да, их город на деревьях был впечатляющим. Но что они могли предложить за пределами Мару? Несколько дротиков с транквилизатором и каменные кинжалы? Как все это может противостоять Эйвену и его силам?
Но потом она вспомнила кое-что, сказанное Охотником во время ее инструктажа с учителями:
— Джарноки — примитивная раса, но то, чего им не хватает в изощренности, они компенсируют просто численностью. Может показаться, что в это трудно поверить, но они — сила, с которой нужно считаться — хотя бы из-за их непостоянной свирепости и непоколебимой лояльности. Если их племени будет угрожать опасность, они свернут горы, чтобы снова обезопасить свой народ. Тебе просто нужно убедить их в существовании угрозы.
Алекс явно провалила эту миссию. Джарноки чувствовали себя в опасности не больше, чем она чувствовала себя в безопасности.
Решив, что она сделала все, что могла, Алекс подумала, что лучше сократить их потери и убраться оттуда. Она не знала, как далеко они ушли от двери Библиотеки, но надеялась, что внутренний следопыт Биара сможет шестым чувством указать им путь назад. Пришло время уходить, перегруппироваться и надеяться на лучший исход завтрашней встречи с Ходящим по Теням и Дневными Всадниками.
— Я вижу, вы нам не верите, — сказала Алекс. — Но если когда-нибудь придет время, когда вам понадобится помощь, наши двери всегда будут открыты для вас. Мы на одной стороне, даже если вы еще не видите в Эйвене опасности.
На ее слова последовало еще больше насмешливых смешков, и она подавила желание закричать на них. На короткую секунду она представила, как попросит Биара попытаться убедить их согласиться, но потом поняла, что такой экстремальный шаг не сулит им ничего хорошего в будущем… особенно если джарноки узнают о попытке повлиять на них ложными средствами.
Вместо того, чтобы сделать что-то, о чем она могла бы позже пожалеть, Алекс просто сказала:
— Мы пришли сюда только для того, чтобы предупредить вас, так что теперь, когда это сделано, как только вы отпустите нас, мы просто вернемся обратно.
Еще больше смеха было встречено ее заявлением, что вызвало мурашки беспокойства, пробежавшие по спине.
— Люди верят, что мы позволим им уйти, — сказала Така на своем родном языке, заставив Алекс напрячься, когда на нее нахлынул правильный перевод, а не их неудачные попытки найти общий язык.
— Они, должно быть, не знают обычаев Мару, — ответила Мьетта, обменявшись острозубой улыбкой с другими вождями. — Жаль их, но нам повезло.
— Но что нам с ними делать? — спросил Тиббс, почесывая лысую голову.
— Они молоды и здоровы, — заметил Марек. — Яко давно не готовил рагу… их нежная мякоть сделала бы его сытным и сочным.
Желудок Алекс сильно сжался, и она изо всех сил старалась сохранить невозмутимое выражение лица.
— Нет, мы должны отдать их Каку, — сказала Така с задумчивым выражением на обветренном лице. — Они — достойная жертва, и мы будем благословлены за такое приношение.
— Алекс, ты знаешь, что происходит? — прошептал Биар, не обращая внимания на языковой барьер.
Все, что она могла сделать, это покачать головой, не потому, что она этого не делала, а от абсолютного ужаса того, что она услышала. Даже если она не до конца понимала смысл, слова «приношение» и «жертва» никогда не были хороши, когда произносились в одном предложении… особенно из уст примитивных древесных людей, которые, если она правильно поняла, только что подумывали о том, чтобы съесть их.
— Хорошая мысль, — согласилась Мьетта, а Марик и Тиббс закивали вместе с ней.
Одного рывка подбородком в сторону охранников позади Алекс и Биара было достаточно, чтобы Алекс поняла, что она должна действовать, независимо от того, насколько безрассудным это может быть. Биару потребовалось бы слишком много времени, чтобы очаровать их своими словами, поэтому она должна была остановить то, что должно было произойти… любыми необходимыми средствами.
Когда охранники жестом приказали ей встать, она вскочила на ноги, призывая при этом Аэнару. Размахивая пылающим оружием со связанными спереди руками, она перепрыгнула через огонь со скоростью меярин и бросилась на ближайшего вождя, Таку, и они оба упали на землю.
Алекс удалось прижать кончик Аэнары к джарноку быстрее, чем кто-либо другой успел отреагировать, и подняла глаза на трех других вождей и проревела:
— Никому не двигаться!
Они этого не сделали. Но Така сделала это, так яростно отбиваясь от Алекс, что, если только она не хотела проткнуть джарнока насквозь, ей пришлось убрать свой клинок. Она сделала это лишь немного, но Марек воспользовался тем, что она отвлеклась на борьбу, чтобы вытащить свою трубку для дротиков.
Заметив его движение краем глаза, когда она изо всех сил пыталась удержать Таку, Алекс закричала:
— Нет! — но было слишком поздно останавливать его.
С еще одним всплеском скорости она отпрыгнула в сторону, чтобы избежать траектории полета дротика, в результате чего он вместо этого уколол грудь Таки. Джарнок отключилась за считанные секунды, заставив Марека издать оглушительный рев. Но Алекс была слишком сосредоточена на том, чтобы избежать множества летящих в нее дротиков, которые теперь летели в ее сторону со всех сторон, чтобы беспокоиться о его ярости.
Она крутилась и извивалась, прыгала и убегала от снарядов, но знала, что исход неизбежен. Биар, как она могла видеть, уже лежал на боку без сознания, и она знала, что это только вопрос времени, когда она присоединится к нему. Она должна была знать, что у них не будет шансов пробиться с боем, не с таким количеством джарноков, стоящих против них, и не тогда, когда она не хотела причинять боль никому из них. Но после слов, которые она услышала от вождей… Алекс не могла просто сидеть и ждать, чтобы понять, что они имели в виду. Однако теперь у нее не было другого выбора.
Когда Алекс, наконец, укололи в бок, у нее оставалось всего несколько секунд на осознанные размышления, когда она начала терять сознание в третий раз за день. В этот момент она поняла, что Охотник был прав: у джарноков, возможно, не так много возможностей для эволюции… но они, безусловно, компенсировали это численностью.
Когда Алекс очнулась, то почувствовала сильную головную боль. Но это, как она быстро поняла, было вызвано тем, что она висела вниз головой, а давление крови скапливалось в голове, должно быть, уже некоторое время.
Пытаясь собраться с мыслями, Алекс увидела, что и
