— Девочка по имени Челси, живущая через несколько домов от меня, помогает мне в клинике три раза в неделю, — сказал Ной, — но вот навоз нужно убирать каждый день.
— Угадай почему, — пробормотал Бо, отходя от стены.
— Не все так плохо, — возразил Ной. — Когда моя семья держала молочную ферму, мне приходилось убирать коровий навоз. Он гораздо противнее, и его намного больше.
Действуя уверенно и четко, он наполнил кормом четыре ведра.
— Покорми вон ту лошадь, сможешь? — попросил Ной, протягивая Бо ведро, от которого исходил сильный запах патоки.
С ворчанием Кратчер направился к большой лошади чалой масти. Она сделала шаг ему навстречу с дружелюбием лабрадора-ретривера.
— Боже, эта зверюга мне угрожает! — воскликнул Бо, подходя к стойлу. Он чуть не опрокинул ведро со всем его содержимым.
— Нет, она просто рада тебя видеть, — пояснил Ной, который тем временем кормил Алису в соседнем стойле. — Расслабься, приятель. Я думал, все парни из Техаса — лихие наездники, которые умеют управляться с лошадьми.
— Так считают все, кто родом не из Техаса. Я никогда и близко к лошадям не подходил, лишь смотрел старые вестерны по краденому телевизору.
— Подожди-ка немного, пока я сбегаю за скрипкой. — Ной шутливо изобразил, будто водит смычком по струнам.
— Я просто пояснил, — сухо заметил Бо, наполняя кормушку едой и отходя в сторону.
Ной знал, что Бо ненавидит, когда его жалеют. Он предпочел бы быть высмеянным за то, что рос под присмотром старшего брата, но чужой жалости стерпеть не мог. Братья Кратчер жили в трейлере в парке Восточного Хьюстона, и из их окон открывался вид на канал, настолько загрязненный мазутом, что нередко случались возгорания.
— В любом случае, — продолжал Бо, — это ты тут стойла чистишь, в то время как я работаю над загаром во Флориде.
Ной свернул шланг и убрал оборудование.
— Ладно, здесь закончили.
— Кстати, — произнес Бо, — в следующий раз напомни зайти к тебе после уборки навоза, а не до.
— Что-то ты слишком много жалуешься, — заметил Ной, когда они пересекали двор. На снегу лежали длинные вечерние тени.
— В самом деле, Том Сойер?
Иногда Бо называл его Томом Сойером, потому что был убежден, что его идиллическая жизнь в маленьком городке очень напоминает ему известное произведение Марка Твена. Самого же Бо можно было сравнить скорее с Геком Финном, таким же неустроенным в жизни и привыкшим бродяжничать. Бо не учился в школе, но, занимаясь самообразованием, прочел больше книг, чем любой знакомый Ноя, и очень любил разбавлять свою речь как литературными цитатами, так и бранными словами.
— Полагаю, это оттого, — продолжал Бо, — что никто давненько не согревал мою постель, а это, как тебе известно, очень принижает самооценку и влияет на настроение.
Ной ничего не ответил, и это стало его ошибкой. Даже после пары кружек пива Кратчер оставался чувствительным к подобного рода признаниям, точно радар.
— Ах ты, сукин сын, — вскричал он, хлопая Ноя по плечу. — Ты наконец-то нашел себе подружку.
Ной продолжал идти, не говоря ни слова.
— И кто она? — потребовал ответа Бо. — Ну перестань, рассказывай же! Я что, зря торчал с тобой на конюшне? Я жутко замерз, составляя тебе компанию, да еще меня чуть лошадь не растоптала. Поэтому ты просто обязан посвятить меня в подробности, приятель.
Ной не хотел говорить Бо о Софии Беллами. То, что произошло между ними, явилось для него полной неожиданностью. Он испытал очень сильные, как никогда прежде, ощущения.
Кратчер же, несмотря на все его недостатки, умел хорошо слушать, поэтому Ной замедлил шаг и произнес:
— Ну, все случилось… спонтанно. И вообще, ты ее не знаешь.
Насколько ему было известно, между ним и Софией все кончено. Всякий раз, как он приходил к ней домой, ее либо не было, либо она утверждала, что сильно занята. На следующее утро после того, как София видела его с Тиной, Ной навестил ее, чтобы принести дров и, кстати, объяснить, что в «Яблоке» у него было вовсе не свидание. Женщина не стала его слушать, заявив, что он ничего не должен ей объяснять. В довершение всего из Нью-Йорка к ней явился какой-то мужчина, гость из прошлого, насколько Ной мог судить. Он заметил их пьющими кофе в кафе при книжном магазине и тут же почувствовал себя настоящим сталкером. Ему пришлось силой заставлять себя отправиться по своим делам.
Но это не сработало. Он продолжал думать о Софии.
Бо внимательно посмотрел на Ноя:
— Как я вижу, у тебя это серьезно. Уж больно ты притих.
— Я просто сказал, что…
— Тебе в самом деле нравится эта девчонка! — со смехом воскликнул Бо. — Ну же, приятель, рассказывай.
— Нечего рассказывать. — Это была неправда. У подножия холма дорога разветвлялась, и Ной свернул направо. — Мне нужно в клинике кое-какие дела закончить. Пошли, поможешь мне.
— Только если не заставишь меня делать что-нибудь омерзительное.
Плечом толкнув дверь черного хода, Ной вошел в помещение клиники. В настоящее время на его попечении находились несколько собак и кошек, содержащихся в клетках в затемненной комнате, где по радио играла медленная джазовая музыка.
— Да, этот мне нравится, — заявил Бо, осторожно вытаскивая из клетки Самсона — крошечную таксу. — Вот скажи мне, каким образом эта ходячая сосиска умуд рилась сломать себе лапу?
— У него не перелом, а проблемы с когтями.
— Я не забыл, что ты с кем-то переспал и ничего мне не рассказал, — напомнил ему Бо. — Ну же, приятель, не томи.
— Нечего рассказывать, — стоял на своем Ной, проверяя медицинскую карту Мистера Тиббса, большого песочного персидского кота, у которого была грыжа.
— Так придумай что-нибудь, в противном случае я распущу слухи про тебя и… и… Ты ведь встречался с Ниной Романо прошлым летом?
Всего одно унизительно скучное свидание, мысленно возразил Ной. Он пригласил Нину потому лишь, что болезненно переживал разрыв с Дафной. Нина чуть не заснула, когда он вез ее домой.
— Не валяй дурака, — сказал он Кратчеру. — Ладно, я недавно ее встретил. У нас все еще очень неопределенно, возможно, ничего и не выйдет. — Произнеся эти слова, Ной подумал, что в действительности надеется на продолжение отношений с Софией Беллами. Но она капризна, как дьяволица, и он никак не мог понять почему. А теперь и у него самого появился от нее секрет. Он не сумел бы объяснить ей об истинной цели своего ненастоящего свидания с Тиной Кэлловей, не раскрыв тайны девушки. Она даже спрашивала, не знает ли он каких-либо других «потенциальных кандидатов».
Бо открыл холодильник и принялся тщательно исследовать его содержимое.
