реклама, где всем известные люди предлагают зрителям перечислить от пятидесяти рублей на номер фонда, с моей точки зрения, очень ненадежная. У нас в стране много, если не богатых, то весьма состоятельных людей, из них только единицы способны на сострадание и помощь ближнему. Почему каждый из них не может оказать помощь всего одному конкретному ребенку? Я не говорю о лечении за заграницей. Здесь, на месте, стать для него ангелом хранителем. Горе может постигнуть каждого, но далеко не все могут с ним справиться в одиночку. Иванов помог бескорыстно Сидорову, а вот Петров, не дождался пожертвований. Вы стали беднее на полтора миллиона, а Сережка получит право на жизнь с Вашей помощью. Разве это того не стоит? Не будь мир так жесток, он мог бы получить его еще три дня назад. Всего доброго.
Всю дорогу к дому Саши, Юля не могла сдержать эмоции, которые ее переполняли. Она, то плакала, то смеялась. Последняя неделя досталась ее очень тяжело. Ожидание сменилось горьким отчаянием, безысходностью.
– Сашка, мне даже страшно подумать, что было бы не позвони я тебе.
– Почему сразу не позвонила, как приехала? Почему я узнаю о болезни через полгода?
– Саш, ты не обижайся. Пока у нас в жизни все хорошо, мы редко видимся и вспоминаем друг друга. Я боролась, как могла и думала, справлюсь. Я тебя не видела больше двух лет, а тут бы объявилась. Как бы это воспринял твой муж? Я позвонила тебе от отчаяния и уж совсем не рассчитывала на помощь. Это ожидание неизвестно чего в четырех стенах невыносимо. Хотела поплакаться, а нашла в твоем лице помощь. Правильно тебя у нас все называли «мать Тереза». Спасибо, Саш.
– Обещай мне только одно: пока ты у меня дома, будешь жить по моим правилам. Ты должна успокоиться, позвонить родителям, они волнуются. Просто скажи о том, что операция назначена. Сама отдохнешь и будешь в пятницу спокойная и уверенная. Сережка обязательно поправиться, но он должен видеть тебя спокойной и уверенной.
К тому времени, когда Дмитрий, после работы, вернулся с Алексеем из детского сада, Юля мирно спала на диване в комнате старшего сына. После душа, Саша накормила подругу, заставила выпить коньяк и уложила под одеяло: – «Спи, я разбужу тебя к ужину, и не спорь», – сказала она, плотно прикрывая дверь. Она рассказала мужу о прогулке, о телефонном звонке подруги, о своем визите и разговорах в клинике.
– Как же это страшно, когда твой ребенок болен, а ты ничем не можешь ему помочь. Митя, ты не сердись на меня, я должна была попробовать что-то сделать. Я поговорила с доктором и обещала ему помощь не только юридического характера. Мы с тобой, без ущерба для нашей семьи, можем помочь хотя бы одному ребенку. Ты не будешь против такого порыва?
– Ты, Сашка, все сделала правильно, но теперь доведи это дело до конца. Пока твой строительный магнат разберется со всем этим, сними деньги со счета. Мальчику ведь помимо реабилитации, будет нужно хорошее питание, понадобятся витамины, а у его мамы, кроме тебя, здесь никого нет. Подумай об этом, – говорил муж, держа ладони Саши в своих руках. – Я думаю, дорогая, что дело до суда не дойдет. Подруге твоей оплатят пребывание сына в клинике, компенсацию и на этом все закончится. Клинике не нужен скандал, но начмеда, скорее всего, уволят. Зять в глазах тестя уже не поднимется, но все будет зависеть от дочери. Как ты, Сашка, не крути, а прижать они себя не дадут. Что касается твоей помощи в оплате операции. Я не могу быть против этого: во-первых, это благородное дело и твое право, во-вторых, денежными средствами, которые достались тебе в виде наследства, ты распоряжаешься на свое усмотрение. Только, пожалуйста, прими один совет: не решай все сама, в одиночку, пока не поговоришь с доктором. Я не хочу, чтобы ты разочаровалась раньше времени.
– Митя, я буду очень внимательна и осмотрительна, я просто стану маленьким союзником хорошего доктора. А еще, я тебе обещаю, дорогой мой, я ни одно решение не приму без тебя. Одна голова хороша, а две наших – лучше, – говорила Саша, обнимая мужа. – Как же я тебя люблю.
Помощь Саши подруге Юле понадобилась только моральная. Операция прошла успешно, и Сережка быстро шел на поправку. Пребывание его в клинике оплатил некто, но это было уже и не важно. Юля получила моральную компенсацию от Потапчука, но без извинений. Он просто, забирая своего сына, домой, оставил для нее конверт у доктора. Через три недели за женой и сыном приехал сам Потапов. Прощаясь с подругой у клиники, Саша передала пакет для семьи отца.
– Будешь в городе, в клинике – заезжай, адрес ты мой знаешь. Будут проблемы – сразу звони. Не пропадай надолго, – обнимая Юлю, говорила Саша.
– Сашка, я буду обязательно тебе звонить. Я на тебя молиться буду, – всхлипывала подруга.
– Молиться не надо, как и рассказывать обо мне небылицы. Ты меньше всего посвящай людей в то, что произошло. Ты сама знаешь, Юлька, к таким делам, всегда, как пиявки, присасываются мошенники. Как я их буду «сортировать»? Звони по скайпу раз в неделю-две, и я буду за вас спокойна. Всем нашим девчонкам передавай приветы. Может, летом увидимся.
Проводив подругу, Саша вернулась с младшим сыном домой. Сегодняшний день выдался еще более безрадостным и серым, чем вчерашний. По стеклу барабанил надоедливый дождь, а по небу плыли тяжелые серые тучи, гонимые холодным ветром. Поездка в клинику была необходима, только по этой причине, она решилась в такую погоду покинуть квартиру. Она раздела ребенка и посадив его в манеж, занялась обедом, разговаривая с ним. Сашеньке шел восьмой месяц, и он был хорошим собеседником, а главное маме не возражал. Так, за повседневными делами, она не заметила, как быстро прошло время. Теперь она ждала возвращения мужа и сына, играя с Сашенькой в детской комнате, но навестил ее свекор.
– Саша, удели мне несколько минут, – попросил Александров старший, проходя в квартиру. – Разговор у меня к тебе есть, – снимая верхнюю одежду, говорил он. – Сейчас руки вымою и мы поговорим. Подругу проводила?
– Проводила. Что-то случилось? – спросила Саша волнуясь.
– Пока не случилось, но многое зависит от тебя, дорогая.
– И что же такого глобального может зависеть от меня?
– Давай мне Сашеньку и отнесись к тому, что я тебе скажу, серьезно. Тебе не хватило похищения Дмитрия одной сумасшедшей особой? Ты решила начать войну с целой системой? Мне Димка рассказал о твоем решении
