кобуру и снял со спины автомат.
— Вверх или вниз? — спросил он.
— Какая разница? Все равно они будут повсюду, — сказал я. Но, если подумать, к земле мы были куда ближе, чем к крыше, да и спускаться по лестнице неизмеримо легче, чем подниматься. Особенно если придется делать это в бою. — Вниз.
Он кивнул.
Скорее всего, мы и до третьего этажа не доберемся, подумал я. Нурлан-то уж точно, меня, может быть, Сэм от первой волны урона защитит. Хотя, если это будут не просто вояки, а симбы, тут уж и Сэм не поможет.
Интересно, сколько энергии ци осталось в его аккумуляторах?
«На слишком многое не рассчитывай», — сказал Сэм: «И должен тебе заметить, что мне больше нравилась идея с прыжком в окно. Там был хоть какой-то шанс затеряться в сутолоке».
«Поздно».
На лестнице грохотали шаги, в соседнюю с нами дверь уже стучали кулаком.
Глава 24
Как говорил папенька, нельзя стать сильнее, сидя на диване в гостиной. Сталь закаляется в огне, а мужчина — в бою. Поэтому ты отправишься в армию, сынок, и если империя призовет тебя, то ты пойдешь на войну, чтобы вернуться с нее моим настоящим наследником, будущим князем Одоевским. А если не вернешься… Что ж, тебя всегда будут ждать славная память и место в семейном склепе.
Первый раз он завел этот разговор, едва мне исполнилось шесть, и тогда я толком не понимал, к чему он пытается меня подвести, но слушал его очень внимательно. В следующие разы мне было уже не так интересно, потом стало скучно, а потом эти беседы начали вызывать раздражение. Но полагаю, что свой отпечаток они на меня все же наложили, возможно, повлияли на каждый выбор, который я принимал в дальнейшем.
Потому что даже при наличии других альтернатив, я почти всегда выбирал насилие.
Соседи так и не открыли дверь, и цинты вынесли ее ударом ручного тарана. Тридцать секунд на осмотр, отмашка, и вот кулак уже стучит в нашу дверь.
Я встал сбоку от двери, Нурлан чуть отступил вглубь прихожей, беря дверной проем под прицел. Удар тарана сотряс дверь и выбил ее из коробки. В следующий миг в прихожую шагнул закованный в броню спецназовец, и я убил его ударом кинжала в шею.
Нурлан выпустил короткую очередь в дверной проем, я услышал звук падающих тел. Громкие, полные боли стоны. Я выглянул в подъезд, и, не побывай я в свое время на войне, увиденное могло бы меня ошеломить. Пули из автомата Нурлана буквально не просто пробивали броню спецназа, они рвали ее в клочья. А вместе с ней рвали в клочья и тела тех, кого эта броня должна была защищать.
Похоже, что эти пули были разработаны для борьбы с симбами.
Которых среди спецназовцев все-таки не было.
Я выскочил в подъезд, Нурлан следовал за мной, отставая на полшага. На лестнице цинтов не было, так что мы без проблем спустились на несколько пролетов.
Нурлан хлопнул меня по плечу, но я уже и сам остановился, услышав топот поднимающихся по лестнице людей. Судя по шагам, они двигались достаточно быстро, но осторожно, готовые отреагировать на опасность. Даже не знаю, что заставило их насторожиться. Может быть, то, что зашедшая в этот подъезд группа перестала отвечать на вызовы. А может быть, стрельба.
Нурлан уронил одну гранату в проем между перилами, а вторую швырнул в стенку, чтобы она ушла вниз рикошетом. Взорвались эти гранаты одновременно, подъезд заволокло дымом и цементной пылью.
Я одним прыжком преодолел лестничный пролет и плечом выломал дверь в ближайшую квартиру. Нурлан бросил вниз еще одну гранату, просто на всякий случай, и последовал за мной.
Окна этой квартиры выходили на двор, в котором открывалась червоточина, все еще залитый водой. Но цинтов там было меньше, чем с другой стороны, а этаж — всего лишь третий.
Я открыл окно и взобрался на подоконник. Нурлан стоял у входа в комнату, наставив свой автомат за дверь.
— Давай, — сказал он. — Я за тобой.
«Давай», — согласился с ним Сэм.
Я прыгнул, ветер ударил в лицо, а вода внизу оказалась очень холодной. Я приземлился на полусогнутые, перекатился в сторону, чтобы смягчить удар, выставил перед собой руку, в которую Сэм тут же вложил шпагу. Следом за мной, подняв настоящий фонтан брызг, приземлился Нурлан. В грудь мне тут же полетело золотистое копье, я рефлекторно отбил его ударом шпаги, оно ушло в сторону, вонзилось в землю и в тот же миг растаяло в воздухе.
За спиной коротко пролаял автомат Нурлана. Цинты… нет, пожалуй, уже симбы рассредоточились, кто-то попытался найти укрытие, кто-то укрылся за уже знакомыми нам ростовыми щитами.
— Влево! — Нурлан швырнул еще одну гранату, и пространство между нами и симбами тут же заволокло дымом.
Я бросился бежать вдоль дома, Нурлан выпустил по симбам еще одну очередь и побежал за мной. Плана у меня не было, даже малейшего представления о том, куда я бегу и что будут делать дальше — тоже.
За спиной разорвалось еще несколько дымовых шашек, создавая завесу, которой мог бы позавидовать средней руки лесной пожар. Но я не сомневался, что в запасе у нас не больше пары десятков секунд, затем симбы организуются и перейдут в атаку.
— Стой, — Нурлан догнал меня и указал на небольшую дверцу, ведущую в подвальный этаж. Не дверцу даже, а скорее, выход вентиляционного отверстия. Она была закрыта на замок, но нет таких замков, которые могли бы устоять перед воздействием оружия из энергии ци.
Один взмах шпагой, и дверца открылась. Мы проскользнули в довольно узкое отверстие, Нурлан вернул дверь на место, и, не останавливаясь, бросился куда-то в глубину. Коммуникационные тоннели, понял я.
Что ж, похоже, мы все еще придерживались первоначального плана, пусть и с некоторыми вариациями. Нурлан шел впереди, открывал и закрывал за нами какие-то двери и решетки, и было похоже, что он прекрасно здесь ориентируется. По моим расчетам, мы прошли метров шестьсот, прежде чем он остановился в каком-то темном закутке.
— Наверх нам сейчас нельзя, — сказал он. — Даже если мы скинем мокрую одежду и оставим оружие здесь, то в любом случае будем вызывать подозрение.
Ну да, там же все еще комендантский час, и хотя червоточина закрылась, я не думаю, что из-за нашего вмешательства его быстро отменят.
— Насколько здесь безопасно? — спросил я.
— На несколько часов, не более, — сказал Нурлан. — Они достаточно быстро сообразят, что наверху нас искать бесполезно, но для того, чтобы прочесать все подвалы, им потребуется время.
— И что будет, когда оно выйдет?
— Аллах милостив, — сказал Нурлан. — Наверняка он нам поможет.
— Ты не похож
