— Я больше не буду вашей фрейлиной.
— Нет?
— Я пришла попрощаться.
— Что ты натворила?! — Я срываюсь на крик. Какое преступление мог совершить этот ребенок? В чем можно обвинить Екатерину Говард, кроме тщеславия и флирта, а разве английский двор карает за такие грехи? — Не позволю тебя забрать, встану на твою защиту. Ты хорошая девочка, что у них может быть против тебя?
— Меня ни в чем не обвиняют, просто лучше уехать, пока все не кончится.
— Что все? О Китти, расскажи быстрее, что тебе известно.
Она манит меня к себе, я наклоняю голову, и она шепчет мне в ухо:
— Анна, ваша светлость, дорогая королева, Томас Кромвель арестован за измену.
— Измену? Кромвель?
— Ш-ш-ш! Да.
— Что он сделал?
— Сговорился с лордом Лилем и папистами колдовством извести короля.
У меня кружится голова, я не все понимаю.
— Что? Что они сделали?
— Томас Кромвель наложил проклятие.
Она видит — я никак не могу взять в толк, нежно берет мою голову в ладони, наклоняет и повторяет шепотом прямо в ухо:
— Томас Кромвель нашел ведьму. — Она говорит медленно, без всякого выражения. — Томас Кромвель позвал ведьму убить его величество короля.
Она наклоняется назад — посмотреть, поняла ли я. Ужас в моих глазах ясно говорит — да, я поняла.
— Это правда?
Она кивает.
— Кто эта ведьма? Что она успела сделать?
— Она наложила заклятие, и король лишился мужской силы. Теперь король проклят, у него не будет от вас сына.
— Кто эта ведьма? — Я настаиваю на ответе. — Кто ведьма Томаса Кромвеля? Кто лишил короля силы? Кого они обвиняют?
Личико Екатерины перекошено от страха.
— Анна, ваша светлость, дорогая королева, говорят — это вы!
Я почти отгородилась от мира, из комнаты выхожу только пообедать, перед двором стараюсь выглядеть безмятежно-спокойной, больше того, невинной. Томаса Кромвеля допрашивали, аресты продолжались, появлялись все новые и новые обвиняемые. Измена, попытки лишить короля мужественности с помощью колдовства — раскрыта целая сеть заговорщиков. Лорд Лиль признался — центр заговора в Кале, он помогал папистам и семье Поль, а они давно претендуют на трон Тюдоров. Его заместитель на посту коменданта крепости сбежал в Рим к кардиналу Полю — прямое подтверждение вины. Чтобы мой брак с королем не увенчался потомством, лорд Лиль и его партия прибегли к помощи колдовства, им ни к чему еще один наследник сторонника новой веры. Но в то же самое время Томас Кромвель помогал лютеранам, реформаторам, евангелистам. Он предложил меня в жены королю и велел ведьме лишить короля мужской силы, чтобы править единолично. Но кто эта ведьма — вот главный вопрос, который задают себе придворные. Она в дружеских отношениях с лордом Лилем, ее привез в Англию Томас Кромвель. Кто же она? Кто мог совершить эти ужасные злодеяния? Задайте вопрос еще раз — ее привез Томас Кромвель, она дружна с лордом Лилем.
Есть только одна такал женщина.
Только ее привез в Англию Томас Кромвель, ее поддержал лорд Лиль, она с самой первой брачной ночи лишила короля мужественности.
Ее имя еще не произнесено, доказательства копятся.
Предстоит отъезд принцессы Марии, лошадей уже выводят из конюшни. Я улучила минутку, чтобы поговорить. Суетятся слуги, стражники подзывают коней, среди общего шума нас не подслушают.
— Вы знаете, я не делала ничего дурного. Что бы вы ни услышали обо мне — верьте, я невиновна.
— Конечно, я вам верю. — Голос звучит твердо, хотя она в мою сторону даже не смотрит. Истинная дочь Генриха, прошла хорошую выучку, ничем себя не выдаст. — Я каждый день буду молиться за вас. Молиться, чтобы вам поверили.
— Уверена, лорд Лиль тоже ни в чем не виноват.
— Вне всякого сомнения.
— Его можно спасти?
— Нет.
— Принцесса Мария, бога ради, что-нибудь можно сделать?
Она рискнула искоса бросить взгляд в мою сторону.
— Дорогая Анна, ему ничем не поможешь. Думайте о себе и молитесь о лучших временах.
— Можно задать один вопрос?
Она оглядывается — лошадь еще не подвели. Берет меня под руку, мы идем к конюшне — будто бы поторопить слуг.
— Спрашивайте.
— Что это за семейство Поль? И почему король боится папистов, ведь он победил их давным-давно?
— Поли — Плантагенеты, из династии Йорков; некоторые считают их законными наследниками английского трона. Леди Маргарита Поль была лучшей подругой матери, второй матерью для меня, всецело преданной королю, а он заключил ее в Тауэр вместе со всеми родственниками, до которых смог добраться. По обвинению в измене, но всем известно: их единственная вина заключается в том, что в них течет кровь Плантагенетов. Король опасается за свой трон, он не позволит этому семейству выжить. В Тауэре и внуки леди Маргариты — два маленьких мальчика, помоги им Бог. Боюсь, мою дорогую леди Маргариту убьют. Остальные члены семьи в изгнании и никогда не смогут вернуться домой.
— Они паписты?
— Да. Они паписты. Реджинальд — кардинал. Можно даже сказать — они истинной веры и истинные короли Англии. Но так говорить — уже измена, которая карается смертью.
— Но почему король так боится папистов? Он же их победил.
Принцесса Мария качает головой.
— Нет. Совсем не все англичане рады переменам, многие хотели бы вернуть старое. Король уничтожил авторитет Папы, разрушил монастыри. На севере Англии начались бунты, люди защищали церкви и святые реликвии. Они называли себя паломниками Благодати и шли под знаменем пяти ран Иисуса Христа. Король послал против них целую армию, но все равно так их боялся, что предложил переговоры, разливался соловьем, пообещал помилование.
— Кто стоял во главе армии? — Я уже знаю ответ.
— Томас Говард, герцог Норфолк.
— Их помиловали?
— Как только войска бунтовщиков были рассеяны, главарей обезглавили, а остальных повесили. — Она рассказывает спокойно, будто просто жалуется на плохо уложенный сундук. — Все обещания короля оказались пустыми словами.
— Повстанцев уничтожили?
— Ну, он повесил семьдесят монахов в их собственных монастырях. Больше они не сопротивлялись. Но истинную веру так просто не уничтожишь.
Мы повернули обратно к дверям. Она кивнула кому-то, кто пожелал счастливого пути, улыбнулась. Я не смогла выдавить улыбку.
— Король опасается даже собственных людей. Он мой отец, но даже я порой думаю — он помешался на подозрительности. Любые, самые глупые страхи кажутся ему настоящими. Ему пришло в голову, что лорд Лиль предатель, значит, лорда Лиля можно уже считать мертвецом. Кто-то заподозрил, что супружеские неприятности — часть заговора, — и вы в смертельной опасности. Если вам есть куда уехать — уезжайте. Он не способен отличить правду от лжи, свои кошмары от реальности.
