просроченных виз и пришло к приблизительной цифре 702 000 человек. Программа въезда/выезда легко отследит эти цифры.
В течение долгого, долгого времени в нашей стране должна была существовать программа въезда/выезда. Законодательное требование было введено в 1996 году, а в 2001 году к нему добавился биометрический компонент. Последующее законодательство уполномочило генерального прокурора собирать данные о прибывающих и выбывающих иностранных гражданах, разрабатывать документы, устойчивые к взлому, разрешить программе взаимодействовать с базами данных правоохранительных органов и разрешить взимать сборы для оплаты проекта. Но, несмотря на эти законодательные усилия, система выезда так и не была реализована. В аэропорту сканируют паспорта. Они знают, кто прилетает и улетает. Но федеральная бюрократия так и не смогла создать способ агрегирования этих данных, ссылаясь на конфликты по поводу конфиденциальности и опасения по поводу точности. Другие страны, такие как Канада и Европейский Союз, справляются с этой задачей. Нам - нет.
Я могу пойти в свой местный магазин, и там мне скажут, сколько раз я заказывал определенный сэндвич. Когда я дойду до десятого, я получу его бесплатно. Но правительство не может сказать вам, сколько раз кто-то въезжал в страну и выезжал из нее. У нас полностью отсутствует политическая воля делать то, что команда "Б" не считает важным.
Когда речь идет о сборе частной информации, от нас ожидают, что правительство возьмет на себя роль новатора.
В 2013 году основатель и генеральный директор ID.me (тогда еще Troop ID) Блейк Холл написал статью в Wall Street Journal, в которой перечислил причины, по которым он перевел свой новый стартап в Вашингтон, округ Колумбия. В ней он описал "способность правительства стимулировать инновации через доступ к данным и системам" и высоко оценил "перспективную позицию администрации Обамы по открытию новых наборов данных и API". Он описал это явление как переход к "правительству как платформе".
По сути, это переход доступных и совокупных данных от коммерческих учреждений к любому человеку "на индивидуальном и совокупном уровне". Он считает, что данные, находящиеся в открытом доступе, необходимы для «стимулирования инноваций и роста». Однако обнародование наших частных данных может стать проблемой по нескольким направлениям - например, в области конфиденциальности или даже национальной безопасности.
Проблема заключается в том, что в настоящее время на уровне штата или на федеральном уровне не существует гарантий, определяющих, как эти данные могут храниться или использоваться в будущих целях. Многие штаты, заключившие контракт с ID.me, "не потребовали от ID.me автоматического удаления изображений кандидатов на получение пособия по безработице из своей базы данных". Это означает, что если пользователи не потребуют удаления, их фотографии и данные о лице не будут удалены в течение трех лет, "и то только в том случае, если ID.me счета станут неактивными, [в противном случае] остальные будут сохранены на неопределенный срок". Вот вам и федеральные инновации.
Глава 13. Как справиться с кукловодами и победить
Самодовольная сосредоточенность этой администрации на изменении климата, расовом равноправии, превосходстве белой расы и внутреннем наблюдении должна была дорого стоить на промежуточных выборах 2022 года. Избирателей, похоже, больше волновали те проблемы, которые администрация предпочла не решать - инфляция, энергетическая безопасность, преступность и бездомность в городах, индоктринация учащихся в классах и смертоносный фентанил из неограниченных пограничных переходов, топящий наши сообщества. Несмотря на многие предупреждающие знаки, партия Байдена осталась на прежнем уровне. И все равно была вознаграждена.
Хотя республиканцы наблюдали сдвиги в электорате, особенно среди меньшинств, вправо, эти изменения не привели к победе в Палате представителей. Еще более тревожным является тот факт, что независимые избиратели в этом избирательном цикле ушли влево, несмотря на их опасения, что страна идет по неверному пути.
Учитывая подавляющее доминирование демократов во многих американских институтах, легко почувствовать, что правые давиды никогда не победят левых голиафов. Задача перед нами стоит непростая. Но она также не является невыполнимой. По всей Америке есть Давиды, чьи рогатки нацелены верно. Мы можем многому у них научиться.
На своем последнем шоу в 2020 году, после того как у него диагностировали неизлечимый рак легких, Раш Лимбо сказал то, о чем я часто думаю: Мы, американцы, приспособились к нашим проблемам. . . . Наша свобода позволила нам адаптироваться. Если на нас надвигается катастрофа, мы не просто сидим и терпим ее. Мы придумываем способы избежать ее, отбить ее, преодолеть ее, но мы не просто сидим и принимаем ее. И, как таковые, мы не просто смиряемся с тем, что живем в самые мрачные времена, потому что у нас, по крайней мере, до сих пор самая большая степень свободы среди всех людей на земле. Сейчас она подвергается нападкам и атакам, и мы все это знаем. Но я не верю, что наши самые темные дни впереди. И никогда не верил. Люди спрашивают: "Вы всегда говорили нам, что скажете, когда придет время паниковать. Пришло ли это время?" Никогда не время паниковать, друзья. Никогда, никогда не придет время сдаваться нашей стране. Никогда не придет время сдаваться Соединенным Штатам. Никогда не придет время отказаться от себя. Поверьте мне.
Отпор со стороны государств
Лучшее оружие в нашем арсенале - это сила штатов. Именно здесь судебные иски, подобные тому, который подал ныне сенатор Эрик Шмитт из штата Миссури, могут раскрыть то, что государство безопасности пыталось скрыть. Именно благодаря этому иску американцы узнали, как администрация Байдена контролировала повествование в социальных сетях с помощью принудительных требований цензуры. Документы, полученные по этому иску, доказывают, что директор цифровой стратегии Байдена Роб Флаэрти отправлял враждебные требования на YouTube, Facebook, Twitter и Google цензурировать неблагоприятные для администрации материалы. В одном из электронных писем в Google Флаэрти потребовал заверений в том, что Google "справляется с проблемой нерешительности вакцин" и "работает над тем, чтобы решить эту проблему". Эта озабоченность, заверил он их, "разделяется на самом высоком (и я имею в виду самом высоком) уровне Белого дома". Именно здесь казначеи и контролеры штатов наносят ответный удар по политизированным инвестиционным фондам. Именно здесь губернатор Флориды Рон ДеСантис показал лучший способ управления COVID-19, а губернатор Вирджинии Гленн Янкин нанес удар по политизированным учебным программам.
Благодаря Шмитту мы знаем гораздо больше о масштабах государственной цензуры в социальных сетях.
Судебные иски - не единственный способ, которым штаты могут дать отпор. Поучительно рассмотреть подход Янкина к предлогу разнообразия, справедливости и инклюзивности в содружестве штата Вирджиния. Янкин успешно разоблачил этот предлог, используя провозглашенные левыми ценности против них самих.
Вместо того чтобы полностью отказаться
