Читаем без скачивания История амулета - Эдит Несбит

— Пожалуйста, останьтесь в моем сне еще ненадолго! — вдруг попросил он.

Последовала умильная пауза.

— А вы случайно не помните, когда мы подарили вам амулет? — прожевав слезы, произнес наконец Сирил.

— Если бы вы не были сном, то помнили бы, что это случилось третьего декабря одна тысяча девятьсот пятого года, — ответил ученый джентльмен. — Уж кто-кто, а я-то никогда не забуду этого удивительного дня!

— Спасибо! — с чувством сказал Сирил. — Огромное вам спасибо!

— У вас теперь новая комната, — сказала Антея, подходя к одному из трех огромных окон и выглядывая наружу. — О, а какой там чудесненький маленький садик!

— Ах, это! — откликнулся ученый джентльмен. — Я, знаете ли, стал слишком стар, чтобы подыскивать себе дом поближе к Музею. А здесь мне очень нравится (да и ближе к Музею, кажется, просто не бывает). Но знаете что? Мне почему-то опять кажется, что вы никакой не сон, а самые настоящие дети… Знаете что? — повторил он каким-то враз поникшим тоном. — Вам-то я, конечно, могу сказать — мы люди свои, — но если об этом узнает кто-нибудь посторонний, не из сна, а из жизни, то меня немедленно упрячут в сумасшедший дом… Так вот, я хочу сказать, что этот самый амулет, который вы мне подарили, отнюдь не является обыкновенным артефактом. Он, знаете ли, какой-то необыкновенный…

— О, нам это давно известно! — сказал Роберт.

— Я вовсе не имею в виду ваши детские фантазии — всяческие там путешествия по времени, обмен мыслями на расстоянии и прочую чепуху. Нет, я имею в виду конкретные (и, нужно сказать, весьма необычные) ощущения, которые я в связи с ним испытывал. Сначала были все эти удивительные сны с вашим участием, которые начались сразу же после того, как вы показали мне половинку амулета. Без ложной скромности скажу, что основанная на одном из таких снов книга об Атлантиде положила начало моей мировой славе — и нынешнему благосостоянию, кстати. А последовавшая вслед за тем брошюра, которую я назвал «Британия в период римского завоевания», прояснила немало спорных мест в современной историографической науке.

— Еще бы! — перебила его Антея. — Вы же видели их собственными глазами.

— Кого это «их»? — рассеянно переспросил ученый джентльмен.

— Я имею в виду эти самые «спорные места», — объяснила Антея.

— Ах да, конечно! Но это было только начало! После того как вы подарили мне целый амулет — что, кстати, было самым настоящим королевским подарком с вашей стороны, — у меня вдруг отпала всяческая необходимость в построениях различных теорий и гипотез относительно истории древнего мира. Я вдруг понял, что досконально знаю все аспекты древнеегипетской цивилизации — знаю так, как если бы сам жил в это время в Египте. И ни один ученый в мире так и не смог опровергнуть положений, выдвинутых в моей новой книге «Египет в эпоху Рамзесов»! — добавил он торжествующим тоном. — Естественно, для академических кругов это всего лишь теории, но для меня… Для меня это скорее воспоминания. Я знаю, что секретные обряды жрецов Амон-Ра описаны мною с детальной достоверностью!

— Я так рада, что вы разбогатели! — сказала Антея. — Насколько я помню, когда вы жили в доме на Фицрой-стрит, вы были очень бедны.

— Так оно и было, — согласился ученый джентльмен. — Но теперь я и в самом деле богат. Теперь у меня есть этот прекрасный дом и чудесный маленький садик возле него. Иногда я выхожу туда покопаться на грядках. Если помните, вы всегда советовали мне побольше упражняться физически. Но всем, что я имею, я обязан исключительно вам — и вашему необыкновенному амулету, конечно.

— Я так рада за вас! — воскликнула Антея и пылко поцеловала его в щеку.

Ученый джентльмен вздрогнул и помотал головой.

— Странно! — сказал он слегка дрожащим голосом. — Вот опять мне кажется, что все происходящее — вовсе никакой не сон!

— Все правильно! — мягко сказала Антея. — Это никакой не сон. Это все амулет и его, как вы говорите, «необыкновенность» (хотя мы предпочитаем называть это волшебством). Это очень особенный, очень реальный сон, дорогой вы наш Джимми!

— Ах! — воскликнул успокоенный ученый джентльмен. — Раз вы называете меня Джимми, то это уж точно сон. Когда мне снится моя младшая сестра, она всякий раз называет меня именно так. И все-таки сны с ее участием не так реальны! Ну, довольно об этом! Скажете лучше, вы помните тот день, когда мне снилось, что вы принесли мне на экспертизу кольцо вавилонской королевы?

— Конечно, помним! — ответил Роберт, а Сирил, в свою очередь, спросил: — Скажите, а вы переехали с Фицрой-стрит, потому что стали очень богатым для такого старого дома?

— Да что вы! — укоризненно произнес ученый джентльмен. — Неужели вы могли подумать, что я на такое способен? Конечно же, я переехал лишь потому, что ваша милая старая нянечка умерла, и дом пошел… Эй, что это с вами?!

— Старая нянечка умерла? — задохнулась Антея. — О нет, только не это!

— Увы, это печальная участь каждого смертного, — сказал ученый джентльмен. — С тех пор прошло уже много времени.

Джейн нащупала за отворотом платья амулет и трясущейся рукой воздела его над головой.

— Скорее! — кричала она. — Скорее домой! А вдруг она умрет прямо сейчас, и мы не успеем вручить ей извинительный подарок, и она так никогда и не узнает, что все это время мы ее очень любили! Ну, скорее же!

— Пожалуйста, не уходите из моего сна так неожиданно! — взмолился ученый джентльмен.

— Извините, но нам пора! — твердо ответила Антея и на прощанье еще раз поцеловала его.

— Знаете ли, когда речь заходит о жизни и смерти… — заоправдывался Роберт. — Одним словом, прощайте! Я ужасно рад, что вы теперь богатый, счастливый и все такое прочее.

— Да пошевеливайтесь же вы! — кричала Джейн, притопывая от нетерпения ногой.

Один за другим дети проскочили в арку. Чуть ли не в ту же самую секунду, как они снова оказались в столовой дома на Фицрой-стрит, в дверях показалась старая нянечка с подносом в руках. В следующий момент обе девочки набросились на ничего не подозревавшую пожилую женщину и чуть было не опрокинули ее на пол вместе с подносом.

— Не умирай! — кричала уже порядком зареванная Джейн. — О, пожалуйста, не умирай!

— Милая, добрая, дорогая нянечка! — вторила ей Антея. — Прошу тебя, не умирай!

— Господь с вами, что это вам вдруг пришло на ум! — изумилась старая нянечка. — Я, слава Богу, пока еще даже и не думаю умирать! Что это вдруг стряслось с моими миленькими цыплятками?!

— Ничего, ничего! Только, пожалуйста, не умирай!

Нянечка поставила поднос на стол и по очереди обняла обеих девочек. Мальчики же в это время, как и подобает скупым на слезы мужчинам, ласково похлопывали ее по спине.

— Да я еще никогда в жизни не чувствовала себя лучше, чем сейчас, — говорила между тем старая нянечка. — Придет же вам в голову такая чепуха! Вы слишком долго сидели в полутемной комнате, вот что я вам скажу. Устроили тут себе комнату страха, а потом хотят, чтобы я их утешала. А ну-ка, пустите меня! Сейчас я зажгу газ, и вам сразу станет повеселее.

При желтом газовом свете лица всех четырех наших приятелей казались необычайно белыми.

— О, нянечка, мы так тебя любим! — сказала Антея. — Мы даже приготовили специальный подарок, чтобы доказать тебе это. А ну-ка, Синичка, вытаскивай его!

Сирил полез под диван и через секунду извлек на всеобщее обозрение упрятанный под стекло извинительный подарок.

— Осторожнее! — сказал он. — Клей еще не совсем высох.

— Какая красотища! — восхитилась нянечка. — Чтоб мне провалиться на этом месте! Смотрите-ка, тут и ваши фотографии, и подписи, и даже прекрасные розы (они, правда, немного похожи на маки, но это ерунда). Я всегда говорила, что ваши сердца сделаны из чистого золота, и не ваша вина, что вы об этом иногда забываете. Клянусь Господом, вот уж чего никогда от вас не ожидала, так это такого роскошного подарка! Я просто не могу припомнить, когда в последний раз мне было так приятно!

А потом она обняла всех по очереди — включая мальчиков, которые на этот раз почему-то не издали ни одного протестующего вопля.

— Как получилось, что, будучи в настоящем, мы отчетливо помним все, что происходило с нами в будущем? — спросила Антея у Псаммиада после того, как ей удалось выманить его из песка. — Почему все то, что мы видели в будущем, как живое стоит у нас перед глазами, но, в то же самое время, когда мы оказались в будущем, мы не могли припомнить ровным счетом ни капелюшечки из того будущего, в котором мы нашли амулет?

— Господи, ну что за идиотский вопрос! — набросился на нее Псаммиад. — Конечно же, вы никак не можете помнить того, что еще не случилось!

— Но ведь и то будущее, в котором мы побывали, еще не случилось, — настаивала Антея, — а мы его, между тем, прекрасно помним.