бабушки Гиты… Не помню, какой там был язык. И мужчину помню смутно.
— Это был Эмиль Гульден — племянник Гиты. Говорили там по-шведски. А ты Эрмина, скорее всего, или дочь Эмиля, или дочь его сестры Моны, то есть, тоже моя дальняя родственница.
— Так они тоже волшебники? — осторожно поинтересовалась девочка.
— Да, — подтвердила Анна. — Они были волшебниками. Шведская дворянская семья. Чистокровные волшебники и моя дальняя родня по линии матери. Это все, что я пока могу сказать. Большего я просто не знаю.
— А ты кто? — задала давно назревший вопрос Лиза. Долго терпела, к слову сказать, но каждому терпению есть предел.
— Ты хочешь услышать мой полный титул и все мои имена?
— Да, хотелось бы.
Что ж, сейчас это было уже уместно, так отчего бы и не сказать?
— Мое полное имя Анна Элисабет графиня Готска-Энгельёэн, а твое, Лиза — Кассиопея Елизавета Анна Блэк-Энгельёэн.
— Блэк — это мой папа? — чуть подалась вперед девочка.
«Быстро соображает!»
— Ну, поскольку другого мужчины у меня никогда не было, — улыбнулась Анна, — то да, твоего отца зовут Сириус Орион Блэк.
Наступило молчание, и было очевидно, что каждый думает сейчас о своем.
— Вы отберете у нас детей? — сформулировала самый важный для себя вопрос миссис Грейнджер.
— Не так однозначно, миссис Грейнджер, — ответила, вздохнув, Анна. — Наверное, я должна вам кое-что объяснить. Это важно.
— Если бы я тогда умерла, — сказала она мгновение спустя, — Лизу бы все равно нашли и тогда бы точно отобрали, даже не спрашивая вашего мнения и ничего не объясняя. Когда я начала ее искать, поиски уже шли. Просто, пока сохранялась надежда, что я вернусь, никто никуда не торопился, и поиски велись не так интенсивно.
— Кто меня ищет? — нахмурилась Лиза. И было непонятно, что это за реакция. То ли испугалась, то ли заинтересовалась и задумалась над перспективами. Очень необычное поведение для маленькой девочки.
— Во-первых, тебя ищет мать твоего отца, — честно ответила Анна. — Твоя бабушка — Вальбурга Блэк.
— А сам он где?
«Ну, и где ты Сириус?» — А девочка продолжала ее по-хорошему удивлять. Быстро соображает и мыслит не по-детски.
— К сожалению, — сказала она вслух, — по ложному обвинению твоего отца посадили в тюрьму. Это отдельная и не слишком веселая история, но сейчас за его освобождение взялись очень серьезные люди. И я надеюсь, что его, в конце концов, оправдают.
— А в чем его обвинили? — Хорошая девочка, и вопросы задает правильные, по существу дела, а не лишь бы как.
— Его обвинили в том, что он предал семью Поттеров, — объяснила она, прежде всего, имея в виду дочь, а потом уже всех остальных. — Но я точно помню, что к их дому, где разгорелся тогда бой, меня вызвал именно он. И мы дрались с ним вместе, рядом, плечом к плечу. Так что, не думаю, что он предатель. Предателю нет смысла рисковать своей жизнью, защищая тех, кого предал.
— А его мать, кто она? — спросил мистер Грейнджер, уловивший совсем иной подтекст рассказа. У девочки один интерес, а у него — другой.
— Вальбурга Блэк — регент Благороднейшего и древнейшего семейства Блэков и член нашего парламента. — Скрывать эту информацию было не к чему. Напротив, Грейнджерам надо было объяснить всю сложность возникшей ситуации. — Если перевести в реалии вашего мира, она герцогиня и член Палаты Лордов. Для нее важно только то, что ее сын успел ввести тебя, Лиза, в Род Блэков. Ты появилась на их родовом гобелене… Это волшебный гобелен, он показывает фамильное древо Блэков и всех членов Рода. Ты появилась на нем и обозначена, как дочь Сириуса. Для Вальбурги, на данный момент, ты самая лучшая чистокровная наследница, какую только можно найти. Но я думаю, она перебьется. Ты, прежде всего, моя наследница.
— А кто еще ее ищет? — А это уже Эрмина. Тоже, к слову сказать, бриллиант. Умна, сдержанна, и талантами не обделена. Проявление Дара целительства в столь нежном возрасти — это более, чем серьезно.
— Лизу ищет секретная служба королевы. — Факт, но такой, что неизвестно, что с этим знанием делать. То ли удивляться и восхищаться, то ли пугаться.
— А она-то здесь при чем? — удивился мистер Грейнджер.
— Я английская графиня, мистер Грейнджер, — объяснила Анна, — к тому же последняя в своем роду. Королева знала моих родителей и помнит меня маленькую. Родители представили меня королеве, когда мне было семь лет, и потом я довольно часто бывала во дворце, играла с принцами Эндрю и Эдвардом[1]. Вот королева и забеспокоилась, когда я пропала с радара. Так что, дело не только во мне и моей материнской любви. Однако это не значит, что я просто отберу у вас дочь. Поэтому, раньше, чем мы продолжим, я бы хотела объясниться, чтобы не оставалось «темных мест». Во-первых, Лиза будет по-прежнему с вами видеться. Вы сделали для нее больше, чем можно представить, и вы ей родня. Но жить она будет со мной, по-другому не получится, да и я не соглашусь. Но она будет бывать у вас, а вы у нас. Во-вторых, вы уже поняли, что обе девочки талантливые ведьмы. Им надо учиться, и я обеспечу им соответствующую подготовку. Со мной живет моя приемная дочь. На самом деле, она тоже моя дальняя родственница, но уже не по материнской линии, а по отцовской. Ей тоже семь лет, она полная сирота, и совсем недавно я ее удочерила. Вот и будут заниматься втроем. В одиннадцать лет им всем все равно придется пойти в школу магии. Таков закон. Там они будут учиться вместе. И я надеюсь, что со временем они станут друг другу настоящими сестрами. А это ничем не заменишь.
— Теперь особо об Эрмине, — продолжила Анна. — Эрмина, я полагаю, останется с вами, но я бы хотела дать ей и свою фамилию, что сильно поможет ей в жизни. Что-нибудь вроде Энгельёэн-Грейнджер или Грейнджер-Энгельёэн. Если захотите, конечно. Я настаивать не могу. Она не моя дочь. Что же касается вас… Деньги, связи, моя протекция в обоих мирах. В общем, все, что потребуется и вам, и ей, у вас будет. Знайте, что я всегда готова помочь в любом деле. Захотите переехать в другой район, куплю вам новый дом. И хочу, чтобы было совершенно ясно. Я вас не подкупаю. Я даю вам то, что по праву причитается родне. А кто вы мне, как не родня, после всего того, что вы сделали для моей Лизы? Я просто хочу помочь…
Разговор продолжался еще долго, и в этот день, и на следующий,
