27 февраля 1946 г. Пилосьян самовольно покинул расположение своей части (это было расценено как дезертирство) и на присвоенной им трофейной машине «Опель-Олимпия» уехал в Будапешт. Там эту машину у него изъяла военная комендатура, но Пилосьян, как видно, без средств передвижения уже жить не мог.
2 марта, угрожая оружием, он отобрал у другого венгра машину точно такой же марки и уехал на ней в Вену, где успешно ее продал за 12 тысяч шиллингов.
9 марта он был задержан, а 18 июля того же года осужден военным трибуналом гарнизона советских войск г. Будапешта к 4 годам лишения свободы. Трибунал лишил его звания «старший лейтенант» и возбудил ходатайство перед Президиумом Верховного Совета СССР о лишении звания Героя Советского Союза.
Срок был небольшой, и, скорее всего, после отбытия наказания он был сравнительно легко восстановлен в звании Героя. Однако в последующем суды выноси ему приговоры еще четыре раза:
— 15 января 1954 г. в г. Тбилиси к 5 годам лишения свободы;
— 10 января 1957 г. в г. Кисловодске к 10 годам лишения свободы;
— 25 мая 1961 г. в г. Сочи к 5 годам лишения свободы;
— 20 мая 1967 г. в г. Ереване к 5 годам лишения свободы.
Надо ли говорить, что все преступления (среди них кражи, порча личного имущества) были им совершены в состоянии алкогольного опьянения. Видно также, что советская Фемида довольно снисходительно относилась к вынесенным ей срокам наказания. Следовала очередная амнистия, и Пилосьян досрочно освобождался. Свой последний срок он также не отбыл до конца. В связи с 25-й годовщиной Победы его освободили в 1970 г.
Накануне 40-летия Победы в 1983 г. Пилосьян, который работал в то время наладчиком 5-го разряда, обратился с ходатайством об очередном восстановлении его в звании Героя.
Генеральная прокуратура оставила это ходатайство без удовлетворения.
Литература
Бирюков Н.И. Трудная наука побеждать. — М., Воениздат, 1968 г.-С. 154–156.
Герой Советского Союза Гегам Пилосьян // Советский воин, 1945 — май — 23.
Дунайская военная флотилия в Великой Отечественной войне. — М., Воениздат, 1962 г. — С.267–268.
Звягинцев В. Трибунал для Героев. — М.: ОЛМА-ПРЕСС-Образование, 2005 — 505–506, 511–512,522— 524.
Локтионов И.М. Дунайская военная флотилия в Великой Отечественной войне. — М., 1962 г.
Малахов М.М. Освобождение Венгрии и Восточной Австрии. М.1965.
Малхасян А. Армяне — генералы и Герои Советского Союза. Ереван. Армгиз (на армянском языке). 1947 г. — С. 72.
Миронов Г., Миронов Л. Мост Красной Армии. В книге «Комиссары на линии огня. На море». — М., ИПЛ, 1985 г. — С.209–221.
От волжских степей до Австрийских Альп. — М., 1971 г. (Боевой путь 4 гв. А).
ПОСТОЛЮК Александр Павлович
(20.10.1920 — 26.10.1982)
Родился в с. Луговики Полесского района Киевской области. Украинец. Работал в совхозе им. Ленина, Кагановического района Киевской области. 1 января 1942 г. Мирзачульским РВК Ташкентской области призван в ряды Красной Армии.
Комсорг 2-го батальона 120-го сп (69-я сд, 65-я А, Центральный фронт), старший сержант. Отличился 15 октября 1943 г. при захвате плацдарма на реке Днепр в районе Лоева. Звание Героя Советского Союза присвоено 30 октября 1943 г.
Награжден орденами Ленина, Красной Звезды (16.10.1943)[160], медалями.
Лишен звания Героя Советского Союза 7 февраля 1951 г.
С 1950 г. проживал и работал в совхозе «Приазовский» Приморско-Ахтырского района Краснодарского края.
В ПЕРВОМ БРОСКЕ
8 октября 1943 г. после ряда боев 120-й полк в числе других полков 69-й стрелковой дивизии получил боевой приказ: войти в местечко Радуль, что в Лоевском районе Гомельской области, и подготовиться к форсированию реки Днепр. В ночь с 8 на 9 октября полки дивизии совершили 30-километровый переход и вышли в местечко. Во избежание жертв гражданское население из Радуля было временно эвакуировано. Ширина реки в этом районе достигала 400 м, а глубина 7–8 метров. На западном берегу реки, где возвышались 12—16-метровые откосы, противник оборудовал две линии траншей, соединенные между собой ходами сообщения. Многочисленные огневые точки простреливали каждый метр зеркала реки и впереди лежащей местности. Наблюдательные пункты и отдельные постройки были приспособлены к длительной обороне. Особенно сильно была укреплена стоящая на крутой высоте деревня Щитцы. В полосе же предстоящего форсирования лежал заболоченный луг с низким кустарником. Посредине реки находился небольшой остров.
Времени на подготовку к форсированию Днепра командованию 120-го полка отводилось мало — всего четыре дня. Но командир полка полковник И. Бахметьев[161]сумел так организовать дело, что личный состав успел отремонтировать лодки и другие переправочные средства, провел практические занятия на старом русле Днепра, отрабатывая порядок форсирования, взаимодействие десанта с поддерживающими подразделениями.
В ночь на 13 октября на остров была высажена десантная группа, в состав которой вошел пулеметный взвод младшего лейтенанта А. Редько[162]. Перед ней ставилась задача удержать островок — хороший трамплин для стремительного броска через Днепр.
Командир второго батальона капитан И. Кулешов[163]сказал Постолюку:
— Тебе, как комсоргу, надо быть там первым, — командир показал на правый берег Днепра. — Отбирай товарищей, самых боевых, и вот на этой лодке переправляйся. Надо занять траншеи и держаться в них, пока я с батальоном подоспею.
— Есть, — ответил Постолюк, — будет исполнено.
Он отобрал 16 бойцов. У каждого с собой автомат, гранат они взяли побольше.
Партийно-массовая работа в период подготовки форсирования реки в полку была проведена на должной высоте. В лесу на поляне перед наступлением состоялся митинг под развернутым знаменем полка. Командир дивизии генерал-майор И.А. Кузовков[164], обращаясь к бойцам, сказал: «Нам предстоит большая и ответственная задача — форсировать Днепр. Врага нужно бить умело и смело. От смелого враг бежит».
После того как было зачитано обращение Военного, совета фронта, выступил заместитель командира полка по политчасти подполковник А.В. Сидоров[165]: «Путь на правый берег Днепра труден. Жертвы неизбежны. Но Родина никогда не забудет тех, кто не пожалел ни сил, ни жизни при выполнении этой сложной задачи. Поэтому — ни шагу назад. Раненым оказывать помощь за Днепром, а убитых будем хоронить на правом берегу Днепра. Я еду с вами, товарищи. И если я проявлю неустойчивость и трусость — каждый из вас имеет право и обязан застрелить меня на месте. Трусам и паникерам никакой пощады! Живым или мертвым, но обязательно быть на правом берегу Днепра — вот наш лозунг».
14 октября была проведена проверка готовности дивизии к форсированию Днепра командующим 65-й армии генерал-лейтенантом П.И. Батовым. Затем лодки перетянули с озера, на котором производилась тренировка, к берегу Днепра. Там их замаскировали. Ночью к лодкам выдвинулись бойцы батальона, в кустарнике окопались, гитлеровцы ничего не заметили. Понимая, что доплывут не все, бойцы обменивались адресами: кто останется жив, сообщит родным. Парторг батальона Рындин[166] подбадривал солдат. Его уверенность и спокойствие передавались бойцам.
15 октября 1943 г. в 6 часов 30 минут реактивные минометы сделали залп по правому берегу, загрохотала артиллерия. Туман и дымовая завеса, поставленная с островка высадившимися ранее саперами, скрыли переправу. Но и противник принялся обстреливать реку.
Как только был подан сигнал, лодки быстро спустили на воду. Каждый знал свое место, номер лодки, поэтому посадка была произведена без промедления. Один из участников десанта вспоминал: «Весь участок реки задымлен. В лодке напряженное дыхание гребцов… Перевалили середину реки, ударил немецкий пулемет. Разорвался снаряд. «Надбавь!» — крикнул гребцам старший. Снова разрывы. Тонет соседняя лодка. Из лодки ведут огонь… На берегу взметнулись разрывы наших снарядов. Полегчало. Люди прыгают в воду и бегут вперед. Гоанаты ударили залпом. Впереди мощная фигура Кулешова. Пригнувшись, строчит из автомата».
Батальон Кулешова переправлялся в центре. Справа и слева должны были форсировать реку батальоны других полков дивизии, но их фашисты сразу смяли.
Десантники второго батальона во главе с капитаном И.З. Кулешовым первыми достигли западного берега Днепра. В это же время с острова также отчалило несколько лодок. Но выбраться из них, зацепиться за берег десантники сразу не могли: перед ними возвышался вертикально срезанный берег, высота которого местами достигала четырех метров! В ход были пущены лопаты и даже весла. Первыми на берег ступили разведчики сержанта П.М. Пахомова[167] из разведроты дивизии, за ними бойцы роты, среди которых был парторг Рындин.
