стороны поля, то боюсь моё повторное гостеприимство к вам будет не столь тёплым, как сейчас.
Лица князей вытянулись, а подошедший Небсений подтвердил, что серебро точно по весу и даже чуть больше.
— Что же господа, нам всем пора в путь, — улыбнулся я, скрашивая ранее прозвучавшую угрозу.
Князья кланяясь мне, уходили к своим людям и вскоре разбирая колесницы, стали выезжать из лагеря. Больше меня здесь ничто не держало.
— Что же, на этот раз точно всё, — я повернулся к ожидающим моего решенья центурионам, — выступаем.
— Слушаемся царь, — они склонили головы и почти сразу над остатками лагеря зазвучали горны призывая на общий сбор.
***
— Боюсь посол мы не можем больше принимать вас у себя, — сидевший на троне князь Мегиддо, обратился к стоящему перед ним человеку с красиво переплетённой в три косички бородой с кучей золотых нитей в ней.
— Могу я узнать причину, столь странного и поспешного решения, князь? — спокойно спросил посланник царя Митанни.
— Разумеется, — пожал плечами князь, — и она напрямую связана с молодым царём Менхеперра. После того, как мы побывали у него в гостях, я и большая часть князей решили пока присмотреться к нему получше и не предпринимать никаких активных действий в отношении фиванского трона.
— Это ваше окончательное решение, князь? — сквозь зубы спросил посол, — царь Шауштатар не очень рад будет услышать, что зря потратил на вас столько серебра.
— Царь Шауштатар должен в первую очередь переживать за своих подданных, — уголком рта улыбнулся князь Мегиддо, — мы подчиняемся нашему истинному царю, владыке Двух Земель Менхеперре.
— В Египте что-то поменялось? — спесь с посланника спала, он наконец понял, что князя напротив него беспокоит вовсе не гнев царя Митанни, — я чего-то не знаю?
Князь Мегиддо, сам получивший послание день назад, встревожившие всё его окружение, спокойно ответил.
— Думаю эта новость уважаемый господин посол, вскоре станет общедоступна. На этом всё, я не смею отнимать у вас больше драгоценное время.
— Благодарю за приём, — тот лишь условно склонил голову и вышел из зала.
***
— Говоришь, не имея конницы разбил сорока пятитысячное войско и практически не потерял людей? — князь Кадеша, который отправил своих родственников участвовать в предприятии царя Хатшепсут, против царя Менхеперра, задумчиво гладил бороду, слушая вернувшегося из плена брата.
— Да брат, — второй князь покачал головой, — непривычно было всё. Построение солдат, непоколебимость их строя, а главное тысяч и тысяч лучников. Первые ряды войск не успевали доходить, будучи полностью выбиты ими.
— Но конницы у него нет, может в этом его слабость? Нам нужно больше колесниц? — поинтересовался князь Кадеша.
— Его лучники на флангах не давали нам свободно действовать, к тому же после этой битвы он точно поймёт то, что ему нужны всадники.
— Точнее сказать они у него были, — поправил брата князь Кадеша, — и лишился он их не по своей воле.
— Я этого не знал, — удивился второй князь, — что случилось?
— Царь Хатшепсут перекупила их землёй для наследного владения и они все покинули царя Менхеперра в самый ответственный момент, — объяснил родственнику князь Кадеша.
— Должен сказать, что он отлично справился и без них, — покачал головой собеседник, — а ещё меня страшит то, что будет, когда конница у него снова появится.
— Меня это тоже тревожит, я решил, как и князь Мегиддо, пока подождать с активным противостоянием Египту. Нам нужно время и больше шпионов в Фивах.
— Я этим займусь брат, — тут же согласился родственник.
— Хорошо Пашув, будь только осторожен.
***
— Мой царь, все князья Ханаана, после поражения в битве при Сева отказались больше сотрудничать с нами и затаились, ожидая новостей из Фив, — посланник, стоя на коленях обратился к царю, сидевшему на троне, а также к тринадцати главам номов, которые сидели ниже правителя на одну ступень.
— Как это отказались? — удивился Шауштатар, старчески поморщившись от боли в боку, — за что я им платил тогда?
— Они явно стали опасаться больше молодого царя Менхеперра, чем Ваше величество, — аккуратно ответил посланник, чтобы гнев повелителя не упал на него. Всё же он принёс слишком дурные вести с юга.
— Хм, — царь задумался, — я слышал умерла дочь царя Хатшепсут?
— Истинно так мой царь, говорят укус змеи.
— Слишком какой-то своевременный укус, — хмыкнул один из глав номов и его смешок поддержали остальные.
— В любом случае нам нужно напомнить им, что они годы брали наше золото и его нужно отрабатывать, — царь постарался не обращать на сидящих ниже внимание, — пошлите немного войск, чтобы потревожили их границы. Думаю в Египте сейчас будет не до пограничных стычек, а мы можем попробовать воспользоваться той неразберихой, какая сейчас там начнётся. Ведь царь Менхеперра не настолько тупой, чтобы не узнать о том, что это царь Хатшепсут выставила против него армию наёмников.
— Князь Мегиддо, который близко общался с молодым царём, рассказал мне что он был им весьма впечатлён. А особенно тем, как по одному жесту его руки все бегом бросаются выполнять приказы. Князь сказал, что воины его одновременно боготворят и панически боятся. Весьма странная смесь для столь юного царя.
— Отправляйся в Фивы, мне нужно больше информации о происходящем там.
— Слушаюсь повеление моего царя, — посланник облегчённо вздохнул. Шауштатар не стал его наказывать за плохие новости, вместо этого дал хорошее задание. Столица Египта была хорошим местом для проживания в нём шпиона, имеющим царские деньги для своих ежедневных трат.
***
— Наше солнце, прибыли донесения из Митанни, — обратился гал меседи к царю.
— Что там? — вяло поинтересовался человек сидящий на троне, — опять заигрывают с Ханааном?
— Нет наше солнце, — гал меседи покачал головой, — шпионы сообщают, что князья Ханаана отказались подчиняться Митанни и заняли выжидательную позицию.
Эта новость расшевелила царя, он удивлённо спросил, приподнимаясь на стуле.
— Что там случилось?
— Была битва при оазисе Сева на западе от границ Египетского царства, в которой участвовало сборное войско царя Хатшепсут в количестве сорока пяти тысяч кочевников и почти тысячи колесниц ханаанских князей, против двадцати тысяч пехотного войска царя Менхеперра.
— Победила конечно царь Хатшепсут, с таким-то перевесом в силе, — хмыкнул царь хеттов.
— Боюсь, что нет наше солнце, победа осталась за царём Менхеперра, так говорится в послании, — сам покачал головой в удивлении начальник царских телохранителей.
Удивила такая новость и царя.
— Что там за бездарность такая была из военачальников царя Хатшепсут, которая подобными силами проиграла сражение?
— Доподлинно это не известно наше солнце, но именно после этого князья Ханаана решили притихнуть, а царь Шауштатар решил их проучить, отправив на границы войско, напомнить им о данных
