весь остальной мир исчез, когда они заперлись в этом ужасном месте, но сейчас окружение вновь заявило о себе, и Зиби с Кейт стали просто двумя людьми в комнате, а не тем, чем были раньше. Чем готовились стать.
Еще больше стука. Женщина начинает кричать сквозь дешевый мазонит. Она дергает за ручку, но стул удерживает дверь закрытой.
— Зиби! — кричит она. — Зиби!
Затем следует целая серия злобных пинков по двери и дерганья ручкой, которые обрушиваются на дверь, как россыпь боевых патронов с поражающими элементами.
— Открывай дверь, сейчас же.
— Я занят, — отвечает Зиби, снова проходя взглядом по телу Кейт. — Оставь меня в покое.
От этих слов женщина приходит в еще большую ярость. Она перестает стучать и начинает таранить дверь всем телом. Пытается ее выбить. После третьего удара, стул смещается, и со следующим толчком она влетает в комнату с растрепанными косами и с блестящим блеском на губах. Кейт никогда в своей жизни не была так рада видеть проститутку. Зиби резко разворачивается, но это не спасает его от града ругани. Когда женщина решает, что словесных оскорблений недостаточно, то бьет его рукой в придачу. По шее и рядом с ушами. Он так высок, что ей приходится подпрыгивать, чтобы его ударить — немалый подвиг на ее электрически розовых шпильках — ее грудь трясется, а подтяжки пружинят. Он бранит ее, пытаясь защититься, и пытается отбросить ее, но она злится еще сильнее, нанося удары еще пару раз и все это время крича.
Кейт пользуется моментом и пытается покинуть комнату, но женщина хватает ее за руку. Они смотрят друг другу в глаза. Глаза проститутки излучают ярость, и Кейт задумывается, получит ли и она тоже, но затем женщина пожимает ее руку.
— Mara wena (прим.: с зулу «Эй, ты в порядке?»)?
Женщина напоследок еще раз сильно толкает Зиби, так что он падает назад на стол, и тащит Кейт прочь из ужасной комнаты, разрушенного здания, на слепящий искусственный свет.
Как только они выходят на свет, она быстро осматривает Кейт. Хватает ее за подбородок и поворачивает набок, чтобы осмотреть ее шею в синяках, убедиться, что ее нижнее белье не порвано. Грубая медсестра в горячем розовом белье. Когда она удовлетворяется тем, что нападение на Кейт не удалось, кивает, а Кейт снова застегивает свой пиджак. Такая простая вещь, как крошечные металлические зубцы молнии смыкающие ряды, почти заставляет ее расплакаться от облегчения.
— N-n-ngiyabonga (прим.: с зулу «Спасибо»), — произносит она с запинкой. — Спасибо вам, — но женщина не отвечает.
Она поднимает руку и кричит двум мужчинам что-то о том, чтобы они быстрее заканчивали, у нее есть для них другая работа. Кейт понимает, что по сути они ее подручные, а не мистера Зиби. Сет сейчас сидит, привалившись у стены, но похоже, что он то приходит в сознание, то снова уходит в забытье. Он не осознает ее присутствия. Рядом с ним лежит сверток с одеждой. Полинявшая рубашка «Iron Maiden» с дыркой на шее, и блестящие черные брюки-слаксы. Она хочет сразу же уехать, но они все еще заняты его лечением. Скармливают ему ложкой какую-то голубую кашу, как ребенку. Когда она присматривается повнимательнее, то замечает, что он кашляет и заляпывает пол бирюзовым. Для Кейт это цвет шипения, и он холодный.
— Что вы с ним делаете?
— Muti (прим.: с зулу «Дерево»), — произносит один из них. — Оно заберет яд от лучей.
Не поверив, она смотрит на женщину, которая ей кивает. Они скармливают ему последнюю ложку микстуры, вытирают ему рот. Им приказывают перенести его в машину. Они бросают одежду за ним следом.
— Не знаю, как поблагодарить вас, — говорит Кейт.
Женщина отправляет мужчин в направлении Зиби, а затем протягивает ладонь Кейт.
— Двадцать тысяч, — говорит она.
— О, — произносит Кейт. — Конечно.
«Она проститутка, — думает Кейт, — или просто сутенерша?»
Девушка роется в машине и достает всю наличку, которая у нее есть, и отдает. Женщина пересчитывает, ее блестящие накладные ногти сверкают в ярком свете.
Определенно, сутенерша.
Женщина убирает двадцать тысяч в карман своего пальто и отдает Кейт пять тысяч назад. Кейт жестом показывает ей оставить их, но та отказывается и сует ей их обратно в руки. Сет, кажется, начинает приходить в сознание.
— Котенок, — невнятно произносит он. — Сильвер.
— Пожалуйста, выберите местоположение, — просит веселое такси, будто сейчас самая обычная ночь, и они едут поужинать.
Женщина стоит, уперев руки в бока, и ждет, когда они уедут. Но куда они поедут? Где ее дочь?
Позади, Кейт впервые замечает выцветшую фреску на фасаде автомойки. Страус с мусорным баком. «Смастери это» гласит баннер над птицей, но она не может прочитать остальное. Буквы выгорели на солнце и покрылись толстым слоем грязи.
— Куда вы хотите отправиться? — спрашивает такси.
Кейт не отвечает. Женщина закрывает дверцу машины и машет ей через затонированное стекло. Тьюринг запирает все двери и отъезжает. Только тогда Кейт начинает по-настоящему трястись и не может остановиться.
Глава 62
Одной ногой в могиле
Йоханнесбург, 2024
Темба заканчивает проверять Марко, поправлять трубки и провода, опустошать кишечный пакет и пакет из-под катетера. Она снимает свои фиолетовые латексные перчатки. Кеке поднимает на нее взгляд, чтобы узнать ее мнение по поводу его состояния, но медсестра поджимает губы и покидает комнату. Она больше не разговаривает с Кеке после того, как та привела нечестного на руку технодоктора из черной клиники в Форвейз. После того, как та велела мужчине извлечь глазной имплантат Марко.
Марко лежит спящим, как и раньше, но теперь над его левым глазом белая заплатка и бандаж.
Над его левой глазницей, поправила она себя. Потому что глаза больше нет.
Медсестра не должна быть такой ханжой. Она не знает, что на кону. Это решение было очень трудно принять, но в конце она не могла не учитывать тот факт, что Марко, ее возлюбленный, ее любовник, уже одной ногой в могиле, а у дорогой Сильвер, ее сказочной крестницы, вся жизнь впереди.
Если она все еще жива, думает Кеке, глядя на сладко спящего Мэлли, свернувшегося на ленивом кресле под одеялом. Если она все еще жива.
Пэтч Кеке звенит, и она садится.
DarkDoc: Загрузил найденное нами видео. Пройди по ссылке. Пароль: x0PeNx. Думаю, ты найдешь это крайне занимательным.
Кеке нажимает на ссылку темной сети на своем «СнэпТайл» и вбивает пароль. Пока она ждет завершения аутентификации, замечает бамп от Зака.
ZikZak: Как/пациент?
Kex: Без изменений. Хуже.
ZikZak: Мне жаль.
Kex: Он умрет, если/не получит/новое сердце.
