не больно.
— Знаю, именно поэтому не кричу.
Она удивленно моргнула.
— Не кричишь?
Оберон сощурил глаза.
— Я использую свой внутренний голос.
Она прикусила губу, стараясь не рассмеяться.
— Хороший мальчик. Твоя мама, должно быть, гордится тобой.
— Кэсси, — мужчина потер переносицу и закрыл глаза.
— Хм? — она обняла его за шею, взволнованная, когда гамма между ними тихо загудела.
Он открыл глаза и прижался лбом к ее лбу.
— Ох, хорошо. По крайней мере, мне никогда не будет скучно.
— Это то, что я люблю в тебе. Ты всегда видишь светлую сторону.
Оберон усмехнулся, прежде чем поцеловать ее в первый раз за день.
Глава 20
— Готовы, сир?
Оберон глубоко вздохнул. Вот он, день, которого он ждал с тех пор, как увидел Кэсси в той машине на шоссе, умоляющую позволить ей помочь ему.
Сегодня была его официальная церемония бракосочетания, день, когда Кэсси официально станет его в глазах Дворов.
Кэсси находилась в отдельной комнате, прячась, так как по традиции до церемонии жених не должен был видеть платье невесты.
Хотя Оберон считал, что девушка больше боялась того, как на нее отреагируют Дворы. Он намеревался объявить Кэсси королевой, а не королевой-консортом. Так у нее будет такая же власть над Серым двором, как и у него, что сделает ее самой могущественной женщиной в мире фейри.
И некоторые ясно дали понять, что им это не нравится. Пока ни одна из жалоб не достигла ушей Кэсси, но это был только вопрос времени. Люси, Гарольд и Хавьер сомкнули ряды вокруг королевы Оберона, защищая девушку от худших сплетников и скептиков, но даже их усилия не помешают слухам выползти наружу.
Однако Кэсси была сильной и привыкла к придворным интригам. Возможно, он зря беспокоился, но если королева хоть немного расстроится, то он быстро наведет порядок.
— Сир?
Оберон встряхнулся. Мрачным мыслям не было места в этот день. Позже он обязательно разберется со двором. А те, кто поддерживает Кэсси, заслужат одобрение Оберона.
Те, кто против…
Ладно. Не зря же именно Оберон стал Повелителем Серых.
— Давай сделаем это, Гарольд.
Гарольд кивнул и открыл дверь в тронный зал.
— Удачи, сир. Если позволите, то я не мог бы пожелать для вас лучшей женщины, с которой вы могли бы связать себя узами брака.
— Спасибо, Гарольд, — Оберон улыбнулся.
— Не за что, сир, — мажордом прочистил горло и трижды стукнул посохом по мраморному полу. — Верховный король Оберон, Серый лорд, Повелитель фейри.
Весь двор зашептался, когда он вошел в зал при всех регалиях, и стал низко кланяться, когда Оберон направился к трону. Он устроился на своем месте, немного поправив меч, Клаом Солайс, пристегнутый к бедру. Меч Света был последним подарком Нуады перед смертью короля. Корона прочно сидела на голове Оберона, но не в привычной форме, а в виде настоящей короны, символизирующей значимость данного события. Он даже позволил Робину выбрать для себя костюм, темно-угольно-серый с серебристой рубашкой и угольно-черным галстуком. Булавка для галстука была украшена голубым бриллиантом, напоминающим цвет волос его пары. Запонки соответствовали булавке для галстука.
Цветные камни и меч Света, казалось, ошеломили двор. Оберон редко носил клинок. Обычно его устанавливали над троном так, чтобы отражающийся свет освещал Оберона, доказывая его право на суверенитет.
Сегодня он воспользуется им на церемонии коронации Серой леди.
Посох Гарольда трижды стукнул об пол, заставив замолчать все еще взволнованную толпу придворных.
— Принцесса Кассандра Нерис, истинная пара Верховного короля, леди Атлантиды.
Кэсси вошла в тронный зал под руку со своим братом. Оберон еле сдержал улыбку. Его леди выглядела сногсшибательно в серебристом платье, усыпанном крошечными аквамариновыми самоцветами. Каштановые волосы были собраны в сложный узел, который подчеркивал стройную шею. Девушка была без короны, поскольку технически до конца соединения не считалась королевой, но после клятв Оберона все изменится.
Кэсси плавно шагала вперед. В ее движениях сквозила грация, присущая всем русалкам. Придворные кланялись, выказывая уважение к своей новой королеве, но не так низко, как Оберону.
Скоро они будут преклоняться перед ней так же низко, как перед ним. Оберон мог бы сделать ее королевой-консортом, тем самым ограничив полномочия, но он никогда бы так не поступил. Он полностью доверял Кэсси, ценил ее мнение и хотел, чтобы она восседала на троне даже тогда, когда его не будет рядом. Единственным другим человеком, в которого он верил так же сильно, был Робин. И Оберон ясно продемонстрировал свое мнение, когда Робина провозгласили не только принцем Серых, но и преемником короны.
Теперь Кэсси займет место Робина в качестве преемницы Оберона, если с ним что-то случится. С благословения Кэсси Хоб сохранил титул принца королевства, поскольку в ее глазах Робин был братом Оберона.
Но Робин совсем не обрадовался. Единственными титулами, к которым он стремился, были Хоб и муж, но Кэсси было не переубедить, как и Оберона. Итак, Хоб остался принцем королевства, а леди Робина была признана принцессой, что заставило ее глаза заблестеть от восторга и смягчило характер Хоба.
Кэсси и Дейтон подошли к подножию трона и поклонились. Затем Дейтон поцеловал сестру в щеку и засеменил к своему будущему супругу, оставив Оберона и Кэсси одних на возвышении.
— Принцесса Кассандра, — как же ему не нравилось обращаться к ней с указанием титула принцессы. Он бы предпочел называть ее своей королевой, а еще лучше просто Кэсси.
— Король Оберон, — взгляд Кэсси был полон любви.
Оберон встал, возвышаясь над ней на ступеньку, и взял ее за руку, приготовившись шокировать всех.
— Клянусь, что с этого дня ты не будешь одна.
Придворные ахнули, когда он начал произносить традиционную клятву, связывающую Сидхе. Кэсси, однако, лишь покраснела, крепко стиснув его ладонь. Слова, хоть и красивые, были формальностью, ведь они уже давно завершили связь. Но Оберон не мог найти лучших фраз, чтобы описать, как хотел прожить с ней вечность.
— Моя сила — твоя защита,
Мое сердце — твое убежище,
А мои объятия — твой дом.
Я буду служить тебе так, как ты потребуешь.
Обещаю, что буду жить и умру рядом с тобой.
Твое имя я буду шептать в конце каждого дня, а твоим глазам улыбаться каждое утро.
Я отдам тебе все, что принадлежит мне.
Свое сердце и душу я вверяю тебе.
Ты моя Избранная.
Ты моя Пара.
Ты связана со мной на вечность.
Меч Света сиял так ярко, что его было видно даже сквозь серые кожаные ножны.
Кэсси, пренебрегая формальностью мероприятия, протянула руку и погладила Оберона по щеке. Вместо клятв, которые, как он предполагал, она должна
