Лоуренсу показалось, что он слышит вдалеке волчий вой; впрочем, он был не уверен.
- Эй.
- Хмм?
- Как ты думаешь, волки доставят нам хлопот? – понизив голос, спросил он.
- О, как все плохо. Они нас уже окружили.
Даже от столь очевидной шутки у него перехватило дыхание на какое-то мгновение.
Хоро беззвучно хихикнула.
- Твою безопасность я обещаю. Про других – не могу сказать.
- Нам обязательно нужно, чтобы целыми вернулись все.
- Но я вправду не могу сказать. Лес от нас по ветру; если там есть волки, они давно уже нас почуяли и начали точить клыки.
Внезапно у Лоуренса возникло ощущение, что что-то наблюдает за ними из леса.
Вдруг до него донесся топот лап. Вздрогнув, он обернулся на звук – но то был лишь Энек, черным пушистым пятном промчавшийся мимо.
Энек гнался за двумя отбившимися от стада овцами.
- Умный пес, - проговорил Лоуренс.
Ничего особого он не имел в виду, но Хоро раздраженно фыркнула.
- Если ты лишь наполовину умный, это только приближает смерть, - заметила она.
- ...Что ты имеешь в виду? – спросил Лоуренс. Ему не хотелось бы, чтобы их разговор услышал Либерт или Нора, так что он понизил голос.
Хоро, возвышаясь над ним на лошади, смотрела кисло.
- Этот пес – он знает, кто я.
- Знает?
- Спрятав под одеждой уши и хвост, можно обмануть людей, но не собак. С нашей первой встречи он все время поглядывает на меня, и это бесит.
Лоуренс уже замечал, что Энек время от времени смотрит на них, но он не мог понять, почему.
- Но что меня вправду бесит, - уши Хоро под капюшоном дернулись; похоже, она действительно была в ярости, - это его глаза. По ним видно, что он думает: «Только попробуй тронуть овец. Я тебе глотку перегрызу».
Лоуренс криво улыбнулся, словно говоря: «Не может быть». Но, наткнувшись на холодный взгляд Хоро, испуганно вздрогнул.
- Ничто не злит меня сильнее, чем пес, который не знает, где его место, - заявила она, отвернувшись.
Похоже, волки и собаки – такие же заклятые враги, как вороны и голуби.
- Как бы там ни было, я волчица Хоро Мудрая. Я не поддамся на выходки обычной шавки, - сердито нахмурившись, заявила Хоро. Удержаться от смеха было почти невозможно.
Однако, понимая, что если Хоро рассердится еще сильнее, ему придется туго, Лоуренс все же подавил смешок.
- Да конечно, этот пес тебе не ровня. Ты сильнее, умнее, и мех у тебя на хвосте красивее.
Это была очевидная лесть, но последний комплимент, похоже, подействовал.
Уши Хоро под капюшоном встали торчком, на лице расплылась гордая улыбка, которую скрыть Хоро не удалось, как они ни старалась.
Хихикнув, она произнесла:
- Похоже, ты научился, как надо говорить.
И правда, Лоуренс теперь понимал, как следует обращаться с Хоро; но, разумеется, говорить это он не стал и лишь склонил голову в полупоклоне.
Постепенно трава под ногами стала редеть, земля сменилась желтой глиной.
Горы подошли совсем близко, они напоминали штормовое море.
Путники продолжали идти прежней дорогой (хоть она и недостойна была зваться дорогой – особенно когда путь преграждали толстые корни деревьев, через которые приходилось перелезать).
Теперь в ушах у них стоял непрерывный шум ветра в ветвях деревьев.
Они шли и шли, пока второй день путешествия не подошел к концу – без происшествий.
По словам Норы, если они продолжат свой путь завтра на рассвете, то достигнут Рамторы днем. Иными словами, они пройдут более чем вдвое быстрее, чем если бы шли безопасной дорогой. Их нынешний путь был короче где-то в три-четыре раза. Если его как следует расчистить, торговать с Рамторой станет совсем просто. Вспоминая оставшуюся позади часть пути, Лоуренс вдруг осознал, что волков они так ни разу и не встретили. Здесь вполне можно было бы проложить нормальную дорогу.
Но, конечно, такая дорога сделает Рамтору куда более уязвимой для нападения. Едва ли Рубинхейген смирится с тем, что языческий город живет буквально под боком. Такого, однако, не происходило; можно было заподозрить, что Рамтора платит Рубинхейгену, чтобы те не прокладывали эту дорогу. В конце концов, где власть, там и мздоимство.
После безвкусного ужина Лоуренс, потягивая прихваченное Либертом вино, сидел на земле и думал. Поговорить было не с кем, и он оказался предоставлен самому себе.
Хоро уже прикончила свое вино и сейчас, приклонившись к Лоуренсу и завернувшись в одеяло, безмятежно спала. Либерт, утомившийся от непривычного путешествия, дремал у костра.
Оглядевшись, Лоуренс увидел Нору; та сидела чуть поодаль от костра и гладила Энека, лежащего головой у нее на коленях. Очевидно, она не подходила близко к костру, чтобы ее глаза не слишком привыкли к свету, иначе, если что-то произойдет, ей придется труднее.
Похоже, Нора почувствовала взгляд Лоуренса – она тоже повернулась к нему.
Затем она опустила глаза на свои колени, снова взглянула на Лоуренса и улыбнулась.
Почему она улыбается, Лоуренс понял не сразу - лишь после того, как сам посмотрел вниз.
Хоро беззаботно храпела, положив голову Лоуренсу на колени. Нора явно увидела сходство, потому и улыбнулась.
Лоуренс, однако, погладить Хоро по голове боялся. Волчица у него на коленях была куда страшнее Энека.
Он снова опустил глаза на Хоро, такую милую и невинную во сне, и соблазн погладить ее усилился. Уж конечно, никакого вреда не будет, если он последует примеру Норы с Энеком.
Либерт спал, а Нора, гладя Энека, одновременно следила за овцами.
Лоуренс поставил на землю грубо выдолбленную деревянную чашку, которую держал в руках, и медленно потянулся к голове Хоро.
Он уже гладил ее прежде, и много раз, но именно сейчас это действие стало казаться ему едва ли не священным.
Его рука задрожала. А затем –
- !..
Хоро рывком подняла голову.
Лоуренс поспешно убрал руку; Хоро окинула его настороженным взглядом, но тотчас переключила свое внимание на что-то другое. Лоуренс подивился, что происходит, но тут же заметил, что Нора вскочила на ноги. Энек стоял рядом с ней, оскалив зубы.
Он огляделся, но повсюду было одно и то же – лишь непроглядная чернота леса.
- Господин Лоуренс, назад! – внезапно крикнула Нора, и торговец, не задумываясь, попытался сделать что было сказано, но что-то вцепилось в него и не давало двигаться.
Обернувшись, Лоуренс обнаружил, что это была всего лишь Хоро, которая держала его за рукава. Он уж собрался было потребовать, чтобы она его отпустила, но тут Хоро пристально посмотрела ему в глаза. Насколько он мог предположить, взгляд этот означал примерно вот что: «Не слушай девчонку и держись у меня за спиной».
