Знаю, – отвечает ублюдок, заглядывая в мои глаза.
– Значит понимаешь, что твой единственный шанс остаться в живых – это я.
– Я не буду говорить.
– Тебе нечего терять? – спрашиваю я и мразь отрицательно кивает головой.
Я срываюсь с места, хватаю стул и с размаху бью по мужской спине. Удар за ударом, пока от стула не остаются одни ножки, которые я сразу же отбрасываю в сторону. Делаю паузу, пытаясь отдышаться. Вдох… Выдох.
– Слушай сюда, гнида. Если ты не расскажешь, чью прикрываешь жопу, то я подниму всё твое генеалогическое дерево и уничтожу всю семью. Достану каждого родственника, выкопаю из земли и похороню заново, вместе с теми, кто еще не успел сдохнуть. Ты меня понял? – хватаю за волосы на голове и со всей силы тяну их назад, вызывая гримасу боли на лице храброго ублюдка. – Говори. Ну! Я не слышу. Если скажешь, обещаю, ты будешь жить. Я дам тебе денег, и ты сможешь уехать, если нет, убью прямо сейчас.
Достаю из кармана раскладной нож и подношу лезвие к горлу, слегка надавливая на кадык. Усиливаю нажим, оставляя красную полосу. Ещё сильнее, ещё.
– Имя, – сжимаю челюсти, доходя до точки кипения. – Ну!
– Слепой, – хрипит ублюдок. – Я всё скажу, только пообещай, что не тронешь мою семью.
Ухмыляюсь, одобрительно кивая головой. Не трону. Если эта мразь не врёт, то всё будет так, как я и говорил.
Выхожу из подвала, встречаясь на входе с Олегом. Сокол бросает в мою сторону вопросительный взгляд и тянет за руку, на улицу. Смотрит на меня с каким-то укором в глазах, но ничего не спрашивает, ожидая, когда я первым заведу диалог.
Тянусь к пачке сигарет и зажимаю одну между губ, долго чиркая колёсиком зажигалки. Глубоко затягиваюсь, ощущая, как лёгкие наполняются сизым дымом. Никотин разносится по крови, немного расслабляя тело и успокаивая нервы.
– Он назвал имя и расскажет где искать.
– Кто? – спрашивает Олег, сгорая от нетерпения.
– Слепой. Ты знаешь его?
Сокол одобрительно кивает головой, а затем тоже закуривает сигарету, отрешённо смотря перед собой. Я вижу, как трясутся его руки. Вижу, как высоко вздымается грудь и белеет лицо. Если бы я не знал родного отца, то подумал, что он увидел призрака, что испугался...
– Кто этот человек? – Сокол не реагирует и тогда я цепляюсь руками за его плечи и пару раз встряхиваю. – Кто этот человек, Олег? Ты меня слышишь?
– Слышу, – наконец-то он реагирует, поднимая взгляд. – Этот человек давно покойник.
– Не понял? Объясни.
– Семь лет назад мы со Зверем пересекались со Слепым. Он заставил нас провернуть одно дело, связанное с наркотой. Мы перевезли груз, а затем Зверь должен был вальнуть Слепого и всю его шайку.
– Как это? Должен? Не убил?
– Я не знаю, – пожимает плечами Олег.
– А кто знает?
– Никто. Уже никто, – вздыхает Олег. – Если бы я мог спросить у Зверя, то спросил, но его уже год, как нет в живых.
– Отец Маши умер?
– Да, – подтверждает Сокол, подкуривая ещё одну сигарету.
– Я не знал, – отхожу в сторону, пытаясь переосмыслить новость.
Откуда мне было знать? Семь лет я провел за бугром. В ус не дул все эти годы, стараясь не вспоминать Одессу и людей, живущих в этом городе.
– Ладно, допустим он выжил семь лет назад. Но почему сейчас? Почему он решил мстить, спустя годы, Олег? – в моей голове не укладывается информация. Бред какой-то. Чего ждал этот ублюдок? Почему раньше не предпринимал никаких шагов?
– Скорее всего, он ждал, – отвечает Олег.
– Чего ждал?
– Твоего возвращения, – тихо протягивает, опуская взгляд вниз. – Он знал, что у меня есть сын, наследник, самый важный человек в моей жизни, но не мог его найти. О твоём местонахождении, кроме меня, никто не знал, сын.
– Бред какой-то, – смеюсь я, не веря в этот абсурд. – Почему именно я?
– Потому что мы со Зверем убили всю его семью, в том числе и сына...
– Пиздец, – хватаюсь за голову и отхожу в сторону. – Ну надо же! Только подумать: моего возвращения ждали целых семь лет! Семь грёбаных лет!
– Успокойся, Макс. На этот раз, это точно конец. Я закопаю его.
– А мне уже похуй, Олег. Девушка, которую я люблю, находится при смерти. Мне теперь насрать, понимаешь? Все твои разборки, все твои расклады. Вся эта месть. Мне похуй.
Глава 53
Карина
Больничные стены тяготят сердце. Я смиренно лежу на койке, пытаясь не роптать на врачей и их предписания. Капельницы, уколы, перевязки. Как же всё достало, а?! Каждый день похож на предыдущий. Сегодня среда или четверг? Утро или вечер? Не важно, как и не важно то, что мой организм справился со смертельной угрозой и теперь я уверено иду на поправку. Жизнь не имеет смысла без него. Я так хочу увидеть Максима, хочу услышать его низкий голос и ощутить терпкий запах. Но он не приходит. Ни вчера, ни сегодня, ни завтра. Его больше нет в моей жизни, что нельзя сказать о сердце. Там только он.
– Почему он не приходит, мам? – заглядываю в печальные глаза и ловлю каждый импульс, скользящий вдоль позвоночника.
– Доченька, ну, может хватит уже? Ты постоянно спрашиваешь об этом человеке.
– И буду! – пытаюсь кричать, но голос предательски дрожит, а вместе с ним – руки.
Хочу коснуться женского плеча, хочу схватиться пальцами за запястье, но тщетно. Стоит оторвать от кровати ладонь, как она с какой-то тяжестью падает обратно.
– Карина, пожалуйста, не надо рвать материнское сердце. Мне больно смотреть,
