Скайлар же отказалась так скоро отправляться в путь.
— Что тебя задержало у Генри? — спросила она.
— Ничего, имеющего отношение к тебе. Ах! Что я слышу, неужто вздох облегчения?
— Выдумки, и вообще мои вздохи тебя не касаются, — парировала она сладким голоском.
— Все, что касается тебя, имеет ко мне самое прямое отношение. Генри еще раз подтвердил, что мы законным образом связаны неразрывными узами. А все-таки хотелось бы узнать, зачем ты вышла замуж? Ради денег или титула?
Как же ей хотелось сейчас ударить его! К чему все эти намеки, выпытывания, насмешки?
— Ни то ни другое! — заявила она. — Но похоже, у тебя нет обыкновения менять свое мнение, так что можешь забирать себе свой титул с деньгами вместе и катиться ко всем чертям! Кроме…
— Кроме чего?
Нет, этого ему никогда не понять. Она вышла замуж для того, чтобы убежать. А сейчас, злись не злись, она его должница. Гордо вскинув голову, молодая женщина произнесла:
— Благодарю тебя. — Голос ровный, спокойный, насколько, конечно, это возможно.
Индеец хмыкнул, явно потеряв всякое желание спорить.
— Муж обязан помогать родственникам жены.
— Но жену ты иметь не хочешь, а ее родственников тем более. Хотя, может статься, свояченица тебе понравится куда больше.
— Скайлар, я не говорил, что ты мне не нравишься.
— Но ведь ты не доверяешь мне, боишься оставить одну в доме!
— Да, я не доверяю тебе, но это не значит, что ты мне не нравишься.
Внезапно Скайлар пожалела, что начала этот спор: и всего-то нужно было сказать обыкновенное «спасибо». Настроение у него отвратительное, ну и пусть с ним останется.
— Я не лгала тебе.
— Ты вообще мне ничего не говорила. Скайлар раздраженно всплеснула руками:
— Мне нечего тебе сказать!
— А я думал, есть.
— Послушай, я всего лишь хотела поблагодарить тебя…
— Лучшей благодарностью будет сказать мне правду.
— Но я…
— Хотелось бы услышать, что такого ты сказала отцу, что он выбрал именно тебя мне в жены?
А теперь, интересно, в чем он ее обвиняет?
— Да иди ты… — Ругательство чуть было не сорвалось с ее языка. — Мне жаль, что я так раздражаю тебя. — Скайлар отвернулась к лошади. Она и сама сможет сесть в седло.
Вот только у него на этот счет было иное мнение. Ястреб остановил ее, обхватив за талию, и помог взобраться на Орешка. Скайлар уже сидела в седле, но руки Ястреб убирать все не хотел, подняв голову, он смотрел на нее.
— Люблю ночи, — протянул он.
Скайлар почувствовала, как щеки заполыхали румянцем, и саркастически протянула:
— Какая жалость, что мы не можем остаться дома! Что мы на пути в страну сиу с одним индейцем из племени оглала, одним полуиндейцем-полубелым и десятью коровами! У нас и секунды свободной не будет, чтобы побыть одним.
Ястреб, вскочив на Тора, залился смехом.
— Леди Даглас, было бы желание, возможность всегда найдется. Откуда, по-вашему, моя дорогая, берутся маленькие индейцы?
— Ты совершенно невозможен! Думать еще о том, чтобы уединиться…
— И делать мы это будем очень часто! — Он явно знал, о чем говорил. — Нет ничего красивее тех мест, куда мы сейчас направляемся, — за Блэк-Хиллз. С моей стороны было бы непростительно не показать тебе восхитительную природу во всем ее великолепии.
— Какая предусмотрительность! Как ты добр! — с саркастическим смешком воскликнула она.
— Что ж, леди Даглас, я не хотел иметь жену, но тем не менее получил ее. А если что находится в моем владении… я просто делаю все от меня зависящее.
— Слава тебе, Господи! В твоем владении! Еше скажи, что я в полной безопасности.
— Безопасность, любовь моя, я тебе действительно гарантирую, поскольку убью любого человека, будь то белый или красный, кто посягнет на мою собственность.
Убежденность, с какой были произнесены эти слова, заставила Скайлар вздрогнуть. Портить отношения с таким человеком лучше не стоит. Да, впрочем, она и не собирается.
— Мне казалось, ты спешишь поскорее отправиться в путь? Ястреб покачал головой, на губах его заиграла хитрая усмешка.
— Больше не спешу.
— Это еще почему? — изумилась она.
— Только не теперь.
— Весь день рычал, как дикий кот, и вот… Он указал на небо.
— Солнце скоро сядет. Придется встретиться с Ясенем и Слоаном завтра.
— Но… но… они же ждут. Будут беспокоиться. Рассчитывают, что мы…
— Я сказал Слоану, что, если задержимся в городе дотемна, встретимся завтра. Они подождут.
— Но тогда…
— Мы снимем комнату в гостинице.
— Сегодня?
Улыбка Ястреба стала еще шире.
— Разумеется, моя дорогая.
— Но…
— Только представь себе! Уединенность! — не без удовольствия протянул он. — Да-да, уединенность и жена, которая на данный момент должна быть весьма и весьма благодарна своему мужу. Уверен, эта ночь мне очень понравится!
Глава 14
— Повесить тебя мало! — выпалила Скайлар. Ястреб вскинул бровь, глядя на нее с притворным огорчением в глазах.
— А где же: «Благодарю вас, лорд Даглас, мой дорогой супруг»?
— Ты сам знаешь, Ястреб, как подло умеешь воспользоваться случаем и повернуть все к своей выгоде.
— К выгоде? Да, несомненно, а еще и к удовольствию!
Скайлар застонала. Глаза же индейца вспыхнули зеленым огнем.
— Брось дуться! Ты подождешь меня в комнате, а я отведу лошадей на платную конюшню.
Ястреб проводил ее в гостиницу. Похоже, он знал здесь все и вся, знал и хозяйку; если нужно было изобразить типичную владелицу гостиницы, миссис Смит-Соме как раз таковой являлась. Почтенная дама, едва завидев на пороге Ястреба, сразу же уверила, что предоставит все необходимое для хорошего отдыха.
Скайлар осталась в фойе поджидать за чашкой чая, когда «все обычные требования» дорогого гостя будут исполнены. Ястреб же повел лошадей на конюшню. К тому времени когда чашка с чаем опустела, появилась горничная с известием, что комната для них уже готова. Скайлар последовала за девушкой в опрятном черном платье, накрахмаленном белом переднике и с белой кружевной наколкой в волосах вверх по лестнице к комнате в конце коридора. Двойные двери распахнулись, открывая взору роскошные апартаменты. Огромная кровать с пологом на четырех столбиках, напротив камин, настолько большой, что занимал едва ли не полстены, а перед камином ванна таких размеров, какой Скайлар в жизни не видела, сделанная из меди и дерева. От воды клубами поднимался пар.
— Вот лавандовое мыло, — сказала молоденькая горничная, положив сиреневый кусок на аккуратно сложенные банные простыни. — А это сандаловое мыло — для лорда Дагласа.
— Чудесно! — пропела Скайлар. Девушка подошла к двери.
