— Что? Прямо сейчас? — Он вздохнул, взъерошил волосы и стрельнул глазами в мою сторону. — Нет-нет, ничего. Не парься. Я скоро буду.
Брэден сунул телефон в задний карман и издал что-то вроде разочарованного стона.
— Это Даррен. У него возникли семейные проблемы, так что сегодня вечером он не сможет приехать в «Пламя». А у нас там по воскресеньям всегда столпотворение, к тому же сегодня в первый раз выступает приглашенный диджей. Даррена, конечно, никто заменить не сможет. Кроме меня. Так что придется мне сегодня взвалить на себя его работенку.
Взгляд его встретился с моим, и я ощутила острый укол разочарования.
— Ты что, собрался опять прогулять семейный обед? — проворчала Элли. — Мама будет безутешна.
— Передай ей мои извинения, — грустно пожал плечами Брэден, по-прежнему не сводивший с меня глаз. — Но другого выхода нет.
Значит, наши планы летят к чертям. Никакого сексуального десерта в его квартире. К разочарованию тем не менее примешивалось облегчение. Я сама не знала, какое чувство сильнее.
— Не расстраивайся, Джоселин, — ухмыльнулся Брэден. — Мы с тобой еще наверстаем упущенное.
— Я была бы вам на редкость признательна, если бы вы не обсуждали свои бонусные программы в моем присутствии, — с саркастической улыбкой вставила Элли.
Брэден наклонился и поцеловал ее в щеку:
— Пока, Элс.
Он подошел ко мне, сжал мою руку, провел большим пальцем по тыльной стороне ладони:
— Пока, Джоселин.
Я смотрела ему в спину, пока за ним не закрылась дверь. Что за фокус он ухитрился выкинуть с моей рукой? Ладонь, которую он сжал, до сих пор слегка пощипывало, словно после легкого удара током. Все это не слишком похоже на дружбу с сексуальными бонусами.
— Голый секс, — буркнула Элли.
— Что?
Я повернулась к ней и встретила скептический взгляд.
— Что? — повторила я.
— Голый секс, — покачала она головой, надевая куртку. — Если вам обоим хочется верить, что вы занимаетесь именно этим, не буду вас разубеждать.
Сделав вид, что пропустила эти слова мимо ушей, я набросила куртку и вслед за Элли выскочила из квартиры.
* * *
— Ты зачем сюда явился?
Стоя в дверях за спиной Элли, я не видела, кто находится в гостиной ее матери, и, следовательно, не представляла, кто это так возмутил ее своим нежданным появлением.
— Меня пригласила твоя мама.
А, так это Адам. Выглянув из-за плеча Элли, я увидела, что он восседает на диване, а рядом с ним примостился Деклан. Они смотрели по телевизору футбол. Кларк, сидя в кресле, с безучастным видом уткнулся в газету. Он, похоже, не относился к племени футбольных фанатов.
— Тебя пригласила мама? — Элли вошла в комнату и остановилась перед Адамом, скрестив руки на груди. — Когда это она успела?
— Вчера, — раздался у нас за спиной голос Элоди.
Они с Ханной вошли в комнату, неся стаканы с содовой.
— Ты чем-то недовольна, милая?
— Я абсолютно всем довольна, — проворчала Элли.
Она попыталась испепелить Адама взглядом. Он, как ни в чем не бывало, сиял улыбкой.
— Адам, Адам, смотри! — крикнул Деклан. — Самое интересное пропустишь!
Мальчик потянул Адама за рукав светло-голубого свитера, который чертовски выгодно обтягивал его мускулистую грудь. Неудивительно, что Брэден с Адамом — друзья неразлейвода. Оба выглядят как реклама какого-нибудь пафосного магазина мужской одежды.
— Прости, Элли, но сейчас я не могу с тобой побеседовать, — изрек Адам и бросил на Элли лукавый взгляд. — Мы с Декланом очень заняты. Смотрим футбол.
— Смотри лучше, как бы тебе не получить прицельный удар в задницу! — прошептала Элли.
Я тем не менее прекрасно ее расслышала. Адам тоже. Он рассмеялся и снова уставился на экран.
— Вижу, вам весело, — ласково улыбнулась Элоди, не замечавшая, что воздух между ее дочерью и Адамом пронизан грозовыми разрядами.
— Элли ругается плохими словами, — поспешил наябедничать Деклан, хватая стакан с кокой.
Конечно, у мальчишки ушки на макушке.
— Элли, прошу тебя, поосторожнее, — взмолилась Элоди. — Не подавай ребенку дурного примера.
Элли обиженно нахмурилась и плюхнулась в кресло. Я устроилась на подлокотнике, решив, что мой долг — оказать подруге поддержку. Этот прохиндей Адам подстроил ей западню.
— Какой уж там дурной пример, — вздохнула Элли. — Он сам кого хочешь научит. Представляю, какие словечки он употребляет в разговоре со своими школьными приятелями.
— Иногда приходится, — захихикал Деклан. — Иначе не поймут.
Кларк беззвучно захохотал, закрываясь газетой.
Элоди бросила на мужа предостерегающий взгляд и снова повернулась к Элли:
— И все же я тебя очень попрошу, дорогая, не употребляй непечатных слов, когда тебя может услышать ребенок.
— А я и не употребляла. Я всего лишь сказала «задница».
Деклан фыркнул.
— Элли!
— Мама, это вполне приличное слово, — округлила глаза Элли.
— Да, «задница» говорить можно, — согласился Деклан. — Я знаю слово намного хуже. Оно начинается на букву «ж»…
Грозный взгляд матери не дал ему договорить.
— А зачем ты сказала «задница»? — с видом ангельской невинности осведомилась Ханна, сидевшая на другом конце дивана.
Кларк давился со смеху, но по-прежнему не поднимал от газеты глаз.
— Ханна! — возмутилась Элоди. — Молодые леди не употребляют таких слов.
— Мама, но тебе же объяснили, что «задница» — вполне приличное слово.
— Я посоветовала Адаму беречь свою задницу, — объяснила Элли младшей сестренке. — Потому что кое у кого может возникнуть желание дать ему в эту самую задницу хорошего пинка.
Элоди, похоже, готова была взорваться:
— Может, все-таки прекратим говорить о заднице?
— Придумала! — предложила я. — Давайте вместо «задница» говорить «таз». Слово не очень изысканное, зато вполне нейтральное. Можно подумать, что речь идет о хозяйственном предмете.
Кларк и Адам покатились со смеху, а я, улыбнувшись Элоди, виновато пожала плечами. Она вскинула руки в знак того, что прекращает бессмысленные препирательства.
— Пойду на кухню, посмотрю, как там обед.
— Может, вам нужна помощь? — вежливо предложила я.
— Нет, спасибо, я справлюсь сама. Нет необходимости толкаться в кухне тазами.
После ухода Элоди я сказала Элли, с трудом сдерживая смех:
— Теперь я понимаю, почему ты так старательно избегаешь непечатных слов.
— А кто хочет дать Адаму пинка в задницу? — не унималась Ханна.
Элли встала, метнув в сторону Адама негодующий взгляд.
