– Я собрала вас здесь, чтобы поговорить о предстоящем вам деле, – начала Олим. – Мне известно о Магическом кристалле то, чего, вероятно, не знаете вы – его ужасное предназначение и тайная уязвимость. Сообщив вам об этом, я надеюсь уберечь вас от поражения и обеспечить вам успех.
– Откуда у вас эта информация? – спросил Брейс.
Олим смутилась.
– Пока вы отдыхали в наших подземных покоях, я позволила себе поинтересоваться вашими вещами. Коллекция драгоценностей произвела на меня впечатление, но более всего – позолоченный футляр с аранийским пауком. – Она обвела всех взглядом: – Кто-нибудь из вас понимает значение свитка, хранящегося в этом футляре?
– Его нашла я, и никто, кроме меня, туда не заглядывал, – ответила Марисса. – Мне неведом язык свитка, хотя почему-то он кажется мне смутно знакомым.
– Свиток написан на антиквиуме, предшественнике нашего всеобщего имперского языка, – пояснила Олим. – Именно поэтому он и кажется тебе знакомым. Антиквиум был в ходу, когда Магический кристалл впервые появился на свет.
– И в этом свитке есть информация о кристалле? – насторожился Брейс.
Олим кивнула:
– В нем сказано, как он был создан и какие у него изъяны. Но главное, как его уничтожить.
Марисса вздрогнула:
– Ты хочешь сказать, что все это время мы носили с собой тайну кристалла, не подозревая об этом?
– Свиток написан много сотен циклов назад Эдатом, аранийским верховным жрецом, первым похитителем кристалла, – ответила Олим. – Он был первым, кто испытал на себе темную силу камня. Работая над этим свитком, Эдат под влиянием кристалла постепенно погружался в безумие.
– Значит, свиток – предостережение для всех последователей Эдата, – задумчиво сказала Марисса.
– Не только предостережение, но и источник жизненно важной информации. В хаосе, который последовал за похищением кристалла и смертью Эдата, тайна, вероятно, передавалась из уст в уста, пока не была утрачена. И вот теперь этот свиток обнаружили вы.
– Судьба! – воскликнул Брейс. – Я вижу перст судьбы в том, что именно мы нашли его, и в тот самый момент, когда это нам так необходимо.
– Нет, – покачала головой Марисса. – Тогда, в Сокровищнице, предо мной возник старик в белых одеждах и велел мне взять этот футляр. Я подумала, что это дух, охраняющий Сокровищницу, и никому ничего не сказала. Позднее, когда мои усилия прочитать свиток оказались тщетными, я решила, что старик мне только померещился.
Брейс задумался:
– Старик в белых одеждах… – И тут его осенило. – Ватис! Это, должно быть, Ватис! – Брейс взглянул на Мариссу. – Его дух охраняет нас! Клянусь пятью лунами, с такой помощью и зная все это, мы обязаны победить!
– Возможно, – согласилась Олим. – Но эти знания бесполезны, если попадут в неумелые руки или… – добавила она, взглянув на Мариссу, – в руки любовников, которые ссорятся или обижены друг на друга.
Марисса покраснела.
– Мы не любовники! По крайней мере сейчас. И дело вовсе не в чувствах! Он подвел меня, и я ему больше не доверяю.
– Но если вы не сможете работать вместе, знание пропадет впустую.
– Мы будем работать вместе, – пообещала Марисса. – Не сомневайтесь. Кроме того, я же воин и сумею подавить личные чувства. У нас мало времени, Олим, – добавила она. – Сообщи нам о том, что ты прочла в свитке.
Олим вздохнула:
– Боюсь, теперь уже невозможно управлять Магическим кристаллом, ибо он безошибочно предвидит любое логическое действие и предотвращает его. По этой же причине его нельзя перепрограммировать.
– Не слишком обнадеживает, – пробормотал Брейс. – Идеальное создание, непогрешимое и неразрушимое, а к тому же стремящееся обрести полный контроль над Империей.
– Создание рук человеческих не может быть идеальным, – возразила Олим. – Как я уже сказала, он способен предотвратить любое логическое воздействие. Вам придется сразиться с ним, не прибегая к логике, предпринять действия, которые камню не удастся осмыслить и понять.
– Но каковы же эти действия? – спросила Марисса. – Мы все воины, Олим. Все, что мы совершаем, должно быть логичным и обдуманным. Прибегнув к иным способам, мы потерпим поражение и, вероятно, погибнем.
Олим улыбнулась:
– Вам придется решить эту загадку.
– В этом деле и без того слишком много загадок, – заметил Брейс. – Но у нас нет выбора. Мы должны попытаться. Если мы потерпим неудачу, Империя рухнет. Но лучше умереть, чем жить безумцем, порабощенным Магическим кристаллом.
– Хорошо сказано, юный воин, – похвалила его Олим. – И все же, несмотря на всю сложность ситуации, надежда есть. Помните ли вы строки древнего пророчества на пьедестале власти?
Полуприкрыв глаза, она наизусть произнесла благоговейным тоном:
– «Магический кристалл, светлый и прекрасный, тайна величайшего богатства. Царственная задача – приступить к исцелению величайшей боли бесплодной Империи».
Она помолчала, чтобы ее слушатели прониклись величием этих слов, потом обратилась к Брейсу:
– Приступить к исцелению, о молодой воин!
Брейс нахмурился:
– Не понимаю тебя.
– В этом и состоит парадокс, – сказала Олим. – Все эти циклы мы неправильно понимали пророчество, считая, что возвращение кристалла исцелит Империю. Этого не произошло. Значит, надо предотвратить его влияние, отказавшись обладать им. Вот это и есть сверхзадача.
– О боги, но разве не святотатство – уничтожить камень, которому поклонялись как благодетелю Империи? – воскликнул Брейс. – Неужели нет другого выхода?
– Боюсь, нет.
Лицо Брейса исказила душевная мука.
– Тогда скажи мне, как уничтожить неистребимый камень, который не позволяет сменить его программу?
– Свиток отвечает и на этот вопрос. Кристалл был сделан из редкого минерала, добытого в огненных озерах Камбрая. Только там может быть уничтожен камень, ибо эти озера такие горячие, что, попав в них, все вещества превращаются в кипящую жидкость.
Брейс перехватил взгляд Мариссы. Ее глаза горели воодушевлением. Ну наконец-то, подумал он. Наконец у них появилась надежда.
– Уничтожь камень в озерах Камбрая, – торжественно добавила Олим.
Они ощутили прилив энергии. Сердца их забились быстрее в предвкушении грядущей битвы – последней битвы – за жизни и души их соплеменников.
– Покончи с кристаллом, – воскликнула Олим, – во имя всех поколений, которым еще только предстоит появиться в этом мире! Покончи с ним во имя Империи. Покончи с ним раз и навсегда ради нас всех.
Брейс видел из окна, как Марисса плачет в осеннем саду. Стоял холодный день, сквозь облака не могли пробиться слабые лучи красного мораканского солнца. Резкий ветер крутил снежную пыль. «И зачем только Марисса так долго остается под открытым небом?» – подумал он.
