Заглянув в глубину ее души, Брейс увидел там огромную кровоточащую рану. Она все расширялась, изничтожая тело и душу Мариссы. Брейс даже удивился, что смертельно раненная девушка еще продолжает бороться за жизнь. Только неуемная энергия и унаследованная от предков сила духа поддерживали Мариссу. Но даже она не могла больше сражаться.
Он продолжал взывать к девушке, сосредоточив на ней все свои помыслы и любовь. И наконец постепенно их души слились воедино.
Воспоминания о днях и ночах, проведенных с Мариссой, поглотили Брейса. Внешний мир перестал для него существовать. И вдруг она шевельнулась в его объятиях и тихо застонала. Радость захлестнула Брейса. Он напряг все силы, чтобы не дать оборваться их духовной связи. Марисса снова шевельнулась и попыталась отстранить его.
– Брейс, – прошептала Марисса. – Довольно. Перестань. Иначе ты лишишься сил. Перестань.
Ее слова доносились до него как будто издалека. Но выйти из этого удивительного общения с ней оказалось для Брейса куда сложнее, чем он предполагал. Чтобы отстраниться от Мариссы, ему пришлось сделать огромное усилие.
Он выпрямился и попытался преодолеть страшное головокружение, потом приоткрыл глаза. В комнате ничего не изменилось. Брейс с облегчением вздохнул и посмотрел на Мариссу.
Она прижалась к его груди, бледная, но улыбающаяся. Вдруг ее лицо омрачилось, а из глаз хлынули слезы. Ее взгляд выражал недоверие.
– Марисса, – прошептал Брейс, гладя ее по щеке. – Что с тобой, любимая?
Она отпрянула от него, оглядела комнату, увидела предводительницу содалиток и с мольбой простерла к ней руки. Раина бросилась к девушке и заключила ее в объятия.
– Ничего, милая, – ласково проговорила Раина. – У тебя шок от выздоровления. Это пройдет.
– Нет. Это ни при чем, – всхлипнула Марисса. – Все дело… в нем! Он спас меня, но убил мою сестру! Да, он убил мою сестру, а я по-прежнему хочу его! Ах, что мне делать? Что же мне делать?
Раина бросила на Брейса гневный взгляд:
– Ах, значит, ты вот как? Что ж, в мужчине меня это не удивляет! – Она снова повернулась к Мариссе и нежно погладила ее по голове: – Успокойся, милая, все будет хорошо.
– Нет, – рыдала Марисса, – не будет! Кандра погибла, а я жива! О, как мне жить с такой виной, с таким позором?
– А разве твой позор больше моего? – бросил ей Брейс. – Я едва не угробил вас обеих. Ты не сделала ничего постыдного.
– Я… я недостойна жить. – Марисса рыдала, прильнув к Раине. – Кандра была Странницей; ей, а не мне предназначалось жить на этом свете. Кому нужна моя жизнь?
– Во имя пяти лун, Марисса! – воскликнул Брейс, теряя терпение. – Не смей так говорить! Что значит дар проникновения внутрь предметов в сравнении с твоим опытом воина, служащим задачам возвеличения Империи. Без тебя все мы потерпим поражение!
– Он говорит истинную правду, Марисса, – заметила Раина, улыбаясь подруге.
– Он обещал защитить Кандру, следить, чтобы ей не причинили никакого вреда. Он убеждал меня верить ему! И я верила, верила! – Марисса вздрогнула. – Ах, за это я ненавижу его больше всего!
– Ты же хочешь его, – возразила Раина. – По-моему, ты не отдаешь себе отчета в своих чувствах. Со временем твоя хорошенькая головка прояснится. Ты должна отдохнуть.
Марисса постепенно успокоилась, ее рыдания постепенно затихли. Спустя некоторое время она подняла голову и взглянула на Раину.
– Ты права. Я… так устала, – прошептала девушка. – Пожалуйста, дайте мне выспаться.
Брейс хотел помочь ей, но Раина остановила его. Стоя в стороне, он наблюдал, как содалитка осторожно уложила Мариссу, укрыла теплым одеялом, села рядом и начала гладить девушку по голове. Наконец Марисса задремала.
Раина встала и велела Брейсу выйти из комнаты. Бросив на Мариссу прощальный взгляд, он последовал за содалитками. Олим вскоре извинилась и покинула их, и Брейс пошел с Раиной.
Глава 14
Главная зала была пуста. Раина указала Брейсу на кресло перед горящим камином. Некоторое время Раина и Брейс молчали, задумчиво глядя на огонь.
– Спасибо тебе за преданность Мариссе, – сказала наконец Раина. – Когда она попала к нам, мне не скоро удалось сблизиться с ней. Она очень боялась, что ее отвергнут. А с мыслями о бесполезности своей жизни Марисса не справилась и по сию пору. – Содалитка вздохнула. – Ее соплеменницы горько унизили ее, оставив умирать на Горе Изгнания. Боюсь, рана эта никогда уже не заживет.
– Марисса самая чудесная женщина, которую я когда-либо знал! – воскликнул Брейс. – Мужественная, отважная, умная, мягкая и нежная.
Раина усмехнулась:
– Мягкая и нежная? Она совсем недавно обошлась с тобой весьма резко. Уверен ли ты, что мы говорим об одной и той же женщине?
– Она не справилась с болью от смерти Кандры.
Невольное восхищение вспыхнуло во взгляде содалитки.
– Ты прав, это именно так. – Раина вздохнула. – Вижу, я была не права, дурно обойдясь с тобой. Я предполагала, что ты ничем не отличаешься от других мужчин. – Она улыбнулась. – Теперь я начинаю понимать, почему Марисса любит тебя.
Брейс недоверчиво посмотрел на нее:
– Даже сейчас любит?
– Дай ей время прийти в себя.
– Ничего другого не остается. Мне вскоре придется покинуть вас. Империи угрожает большая опасность, пока Фирокс владеет Магическим кристаллом.
– Неужели у этого преступника находится камень власти? – удивилась Раина. – Не об этом ли деле ты упоминал?
– Да. Он похитил Кандру и заставил Мариссу привести меня к нему. Полагая, что я наделен даром Владыки кристалла, а Кандра – способностью проникать внутрь предметов, он заставлял нас воздействовать на камень, чтобы стать его повелителем. Но когда я помог Кандре проникнуть внутрь кристалла, камень направил на меня всю свою отрицательную энергию. Я не мог… у меня не хватило сил… вовремя вытащить ее оттуда.
– Хорошо, что хоть тебе удалось спастись, – сказала Раина. – Эта история объясняет куда больше, чем ты думаешь. Около месяца назад у наших стен появился мужчина в сопровождении небольшой, но хорошо вооруженной группы людей и потребовал, чтобы мы выдали ему Олим. Тогда мне показалось странным, что ему нужна пожилая женщина. Но теперь все ясно. – Раина посмотрела на Брейса: – Это был Фирокс, не так ли? И он хотел заполучить еще одну Странницу – Олим.
– Похоже на правду. Но что ты ответила на его требование? – спросил Брейс. – «Будь ты проклят!»?
Его собеседница улыбнулась:
– Да, именно так. Он в ярости удалился, ибо последовавшая за этим довольно долгая битва закончилась не в его пользу.
