Читаем без скачивания Горячий танец смерти - Николай Иванович Леонов

— То есть тогда она еще не была уверена, что ее фокус с добавлением в наркотик бродифакума удастся? — не понял Иван.

— Да, скорее всего, Корякина при первом своем убийстве не стала, как в других случаях, дожидаться смерти жертвы и ушла. Но, скорее всего, потому, что просто испугалась. Испугалась, что эту смерть свяжут с ней, если она будет мозолить глаза всем в клубе своим присутствием, — ответил Лев Иванович и продолжил: — Так вот, о красном блейзере. Одинаковые пиджаки, да не одинаковые — размеры у них разные. Спешно уезжая из химковской квартиры, Корякина решила оставить там свой блейзер. И решила это сделать не просто так. Во внутреннем кармане пиджака, того самого, который был оставлен Айнурой в шкафу, экспертами были найдены мелкие частицы мефедрона и бродифакума.

— Получается, что она специально подкинула пиджак в комнату, надеясь свалить всю вину на Айнуру? — спросила Виктория.

— Очевидно, так и есть, — согласился Гуров. — Корякина знала, что если в полиции посмотрят видео из клубов, то обязательно обратят внимание на яркий пиджак. Быть того не может, чтобы не обратили! Вещица-то — заметная, просто-таки бросается в глаза! Кстати, на видео лицо девушки видно только в профиль. По всему выходит, что Светлана хорошо знала расположение камер в барах. Надо будет еще выяснить — может, у нее были знакомые в охране или среди служащих в барах, которые могли рассказать ей о том, как расположены камеры.

— Вполне вероятно, что засланные казачки в этих и других барах имеются, — высказался Савелий, и Рустем с ним согласился.

— Да, похоже на то, — покивал техник головой. — Мы еще и потому долго не могли вычислить наркодилеров, что они не светились на камерах. И только благодаря Льву Ивановичу, который обратил внимание на то, как Березин странно подсовывает руку под барную стойку, когда разговаривает с барменом, поняли, что именно так и происходит передача наркотиков и денег за товар — их приклеивали с внутренней стороны столиков и барной стойки.

— Мне кажется, что со временем вы и сами бы догадались о таком способе передачи, — ответил Гуров. — У меня просто глаз был не замылен, вот я и обратил внимание. Но давайте я дальше расскажу о том, что у нас есть на Корякину. А то время уже позднее, все хотят домой. Кроме свидетельских показаний, которые нам дали точное описание внешности Корякиной и красного блейзера, у нас появилась еще одна очень существенная улика против нее — карта памяти со смартфона Корякиной. Рустем, теперь ты говори, — посмотрел Лев Иванович на техэксперта.

— Хорошо, что в мире есть любопытные соседки, — улыбнулся белозубой широкой улыбкой чернявый Рустем. — Буквально пару часов назад я подобрал пароль к карте памяти, и мы смогли посмотреть, что там на ней было. А была там целая куча фотографий, которая подтверждала интимную связь Корякиной со всеми убитыми. А еще на ней были номера телефонов жертв. Проверив историю звонков телефона Айнуры — ведь именно его Корякина брала с собой в двух случаях, когда шла в бар на «разборки» с бывшими парнями, — мы определили, что она была последней, кто звонил жертвам перед их смертью.

— Да, наверняка она именно тогда предлагала взять у нее бесплатную дозу, — дополнил Рустема Лев Иванович.

— Вот только самого телефона Айнуры мы так и не нашли, — с сожалением ответил Савелий.

— Можно попробовать поискать его в том месте в реке, где Березин столкнул Айнуру. Может, он просто где-то на дне лежит и ждет, чтобы его нашли, — предположил Миша Дербенев.

— Возможно, что так оно и есть, — согласился Гуров. — Может, и вправду есть смысл поискать? — он вопросительно посмотрел на Станислава.

— Можно, конечно, попробовать, — пожал тот плечами. — Я поговорю с Петром Николаевичем, посоветуюсь…

— О чем это ты с Орловым собрался советоваться? — В кабинет неожиданно для всех вошел Волгин, и все, кроме Виктории, встали. — Сидите, я ведь не на официальный прием пришел, — махнул Цербер рукой, — а благодарность зашел всем выразить. Молодцы, ребята, хорошо сработали.

— Это все Лев Иванович, — дружно ответили Савелий и Виктория.

— Вот и учитесь, — хмыкнул Сергей Федорович. — А я ведь знал, — погрозил он пальцем Гурову. — Поэтому и пришел к Петру Николаевичу просить, чтобы он нам тебя временно одолжил, так сказать. Рассказывайте, что у вас за проблема, может, и я смогу чем-то помочь. Небось тоже не лыком шиты и связи в министерстве имеем.

— Миша, озвучь, — кивнул Крячко Дербеневу, и тот объяснил начальнику ГУпКОНа ситуацию с телефоном.

— Водолазы, значит, нужны, — задумался Волгин, а потом сказал: — Да без проблем. Будут вам водолазы. Но только уж на следующей неделе, не раньше. В понедельник напомни мне на оперативке, — обратился он к Дееву, и тот кивнул.

— Вот и ладно. А теперь давайте по домам. — Волгин попрощался со всеми и вышел из кабинета. За ним потянулись и остальные.

Лев Иванович задержался и сказал подполковнику Дееву:

— Мы послезавтра утром со Станиславом Крячко вылетаем в Симферополь. Будем задерживать Корякину. Разрешение у судьи я уже получил. Сам я с завтрашнего дня в отпуске, поэтому Станислав ее пока тебе передаст на недельку. Помаринуете ее у себя, по торговле наркотиками допросите, а там и я подъеду. За это время, чем черт не шутит, может, и телефон Айнуры найдется.

— У нас и без него улик хватает и на Корякину, и на всех остальных, — ответил Деев. — Но — я тебя понял. Примем эту Светлану и допросим как следует — это я тебе обещаю. К твоему приезду она как птичка у нас запоет, и не только в распространении наркотиков расколется, но и в убийствах.

— Было бы хорошо, — устало-мечтательно произнес Гуров. — Отпуск у меня и так короткий, а мне его и вовсе сократить решили.

— Лев Иванович, ты идешь или ночевать тут решил? — заглянул в кабинет Крячко.

— Уже иду, — отозвался Гуров и направился к выходу из кабинета.

Глава 32

Вся суббота ушла у Льва Ивановича на написание отчетов и сборы к поездке. Крячко тоже времени зря не терял и договорился с авиабилетами. Ему повезло, и он взял одно из двух оставшихся свободными мест на тот же рейс, которым летели Гуров с женой. Маша, конечно же, расстроилась, узнав, что Орлов дал ее мужу только неделю отдыха, и долго возмущалась такой несправедливостью. Но в конце концов, когда Лев Иванович пообещал ей, что оставшуюся у него неделю отпуска они с Марией используют летом, поехав позагорать на солнышке в Сочи, она успокоилась.

Перед отлетом Гуров