порно. Но кто знает, может, Мирон недостаточно откровенен со мной. Кроме этого, он и его команда (а у него, оказывается, есть даже небольшой штат сотрудников, работают они в основном удаленно) разрабатывают приложения для смартфонов и ПК. Тоже связанные с видео и фото.
Я слушаю его, приоткрыв рот. И, кажется, начинаю восхищаться ещё больше. А ещё очень радуюсь, что он наконец пускает меня туда, куда, как мне кажется, не пускал раньше никого. Это дорогого стоит. И говорит мне намного больше скупых слов. Мирон и правда не болтлив.
Ему часто кто-то звонит и пишет, когда мой телефон, напротив, молчит бездушным кирпичом. Но я впервые в жизни не чувствую себя одинокой. Мне хорошо. Спокойно.
Боже, пусть эти ощущения останутся со мной чуть подольше. Я не готова к новым американским горкам. Но такое затишье в моей жизни всегда происходит перед грандиозной бурей. И я уже боюсь представить её катастрофичные масштабы.
Утром я просыпаюсь одна, а на мобильном висит несколько непрочитанных сообщений от Мирона.
24.1
Два часа после пробуждения, а я всё ещё не завтракала. Инспектирую содержимое холодильника. Брови ползут вверх. Он оказывается забитым под завязку фруктами, овощами, пучками зелени. Вижу красную рыбу и четыре банки икры. Хлеб. Яйца. Три вида колбас и столько же сыра. Ещё заказанная еда в коробках из ресторана. Встав на носочки, беру одну из них. Там сырники. Сойдёт.
Вскрываю пленку и, переложив еду на тарелку, ставлю в микроволновку.
Гейден заморочился, чтобы я не умерла с голоду? И даже немного перестарался.
Приятное тепло концентрируется в районе солнечного сплетения и расползается по телу.
Не могу сдержать улыбку. Мирон… он такой заботливый и внимательный. Учитывает все мелочи, о которых я даже не успела задуматься. Сегодня в ванной я обнаружила выделенную мне полку, его вещи в шкафу переехали выше, освободив мне место прямо напротив глаз, чтобы не нужно было тянуться. Удобно.
Никто никогда обо мне так не заботился. Никто и никогда.
Не знаю, смогу ли я когда-то соответствовать Мирону. На данный момент всё, что могу дать ему взамен, — это любовь, заполняющую меня, кажется, до краев. Ещё немного, и она перельётся. Буду фонтанировать из глаз сердечки при виде Гейдена и растекаться лужицей. Не уверена, что ему это нужно и понравится. Ему пока нравится, что я мокну только в определенных местах. Тогда он доволен.
Сварив кофе, беру со стола телефон и, согнув одну ногу в колене, ещё раз перечитываю сообщение от Мира:
«Уехал на пару дней в Москву. Ключи на тумбе. Деньги на карточке. И постарайся никуда не вляпаться, НеАнгел, пока меня нет».
Пишу следом:
«Спасибо за завтрак. Я столько одна не съем за «пару» дней».
На ответ особо не рассчитываю. Сажусь за стол и ковыряю вилкой сырники. Передо мной раскрыт ноутбук с лекциями по предстоящим экзаменам. Пытаюсь готовиться. Сложно это в квартире Мирона, так и хочется просто поваляться на диване, закутавшись в одеяло, которое всё ещё хранит запах Гейдена и нашего секса.
Телефон пиликает. Смотрю на экран.
Мирон.
«Позвони Марку, пусть поможет.»
И несколько цифр следом, видимо, номер второго близнеца.
«Ревновать не будешь?» — решаю пококетничать.
Пишу на эмоциях, которые бурлят и крутятся во мне вихрями. Кружат голову, лишая рассудка. Почти сразу жалею об отправленном сообщении. Вдруг вместо флирта получу порцию яда, который будет сложно переварить в одиночестве? Когда Мирон рядом, я уже научилась его немного считывать, переписки же — пока ещё неизведанное для нас поле. Так всё быстро закрутилось, что я вообще не уверена, есть ли эти «мы». Или это лишь плод моего воображения. Мечты.
«Буду. Пиздец тебе, когда приеду.»
«Я ничего не делала!» — пишу возмущённо.
Хоть бы смайлик поставил. Попробуй отгадай, какое у него настроение.
«Надеюсь, так и будет».
И никаких вопросов о том, какое на мне бельё, пролазила ли я все ящики в его столе и пыталась ли включить компьютер. Даже фотку голую не попросил.
Обиженно поджимаю губы.
Сухарь.
Я не выхожу из дома до вечера, и мне в принципе не за чем появляться на улице, морозить нос. Но всё же решаюсь немного пройтись. После долгого сидения перед ноутбуком начинает болеть шея. Не хватает движения.
Натягиваю на себя свитер крупной вязки и обычные джинсы. Беру ключи от дома, телефон и, чуть помедлив, карточку, предварительно проверив баланс. Мирон очень щедр. Даже слишком.
Мне это не нравится. Я чувствую себя обязанной ему за эти деньги, подарки, содержание. Я содержанка Гейдена? Очень похоже на то… Не могу расслабиться и принять безвозмездно.
Неожиданно в дверь два раза коротко звонят.
Помедлив, припадаю к глазку в надежде увидеть там Марка. Кто ещё может сюда прийти? Ну не Вика же… или ещё какая-то другая тёлка Гейденов. Но с удивлением обнаруживаю за дверью не нахальную рожу Марика, а Катю Чернову.
— Привет, — произношу, не скрывая озадаченности в голосе, впуская гостью на порог.
Катя немного разматывает объёмный красный шарф, плотным кольцом повязанный вокруг горла, но раздеваться не спешит. Оглядывает меня с головы до ног цепким взглядом.
— О! Отлично! Ты уже одета. Идём?
— Куда? — настороженно.
Ничего не понимаю.
— Гейден не писал? Очень в его духе. Он беспокоится о том, как ты здесь одна, и попросил — читай приказал — проведать тебя и позвать развеяться.
Боже мой… Мирон нашёл мне няньку? Переминаюсь с ноги на ногу. Как-то неудобно.
— Ты не обязана этого делать. Я собиралась спуститься в магазин за йогуртом. Мне вполне комфортно одной.
— Не придумывай. Миша всё равно занят, а я хочу выпить кофе и погулять в приятной компании, — отмахивается Катя, ныряя в свой телефон. — Всё, такси уже приехало. Захвати куртку, там такой дубак.
— Погоди… — торможу предприимчивую девицу. — Кофе можно и у меня попить. У Гейденов отличная кофемашина.
— Я придумала кое-что другое, — хитро прищуривается, на её шапке тают снежинки. — Как ты относишься к искусству?
Пожимаю плечами. Никак не отношусь.
— Сегодня в галерее старт выставки. Местные художники. Поехали. Будет весело. Пирожные, шампанское, богема. Всё лучше, чем сидеть одной дома. Я знаю, что такое одиночество. Бывает в кайф, а бывает — на стенку лезть хочется. Никакое общение в сети не заменит личной встречи, — настаивает, улыбаясь.
И я сдаюсь.
— Ладно!
— Отлично! Жду внизу.
Беру с вешалки куртку, с полки шапку и выхожу из квартиры
