— Я хотела сказать ему сама…
— Глупости. Тебе нечего делать рядом с этим грязным заключенным. — его рука собственнически сжалась на ее талии.
Брин снова стало плохо. Это было неправильно, совсем неправильно. Если она не сможет подобраться к Рангару достаточно близко, чтобы произнести заклинание, его повесят по-настоящему…
— Я плохо себя чувствую, — вздохнула она, зная, что ее бледное лицо будет выглядеть убедительно. — Боюсь, мне нужно присесть.
Она, спотыкаясь, отошла от капитана Карра к лестнице, ведущей в карету, но тут же сделала вид, что споткнулась. Она позаботилась о том, чтобы упасть рядом с Рагнаром.
Даже со связанными руками Рангар тут же двинулся вперед, чтобы предотвратить ее падение. Она вцепилась одной рукой в его плечо, пытаясь удержаться на ногах, а толпа ахнула, видя, как их принцесса прикасается к грязному пленнику.
— Доверься мне, — настоятельно прошептала она, ища взгляд Рангара. — Обещаю, ты не умрешь.
Его карие глаза впились в нее с такой же силой, с какой бушевала буря над головой. А потом солдаты капитана Карра схватили ее, чтобы увести от Рангара в безопасное место. За секунду до того, как ее увели, Брин провела указательным пальцем по шраму на его щеке. След пепла из ее камина оставил след на его коже.
Она почувствовала, как участилось ее дыхание. Прикоснуться к Рангару публично было рискованно, но Брин должна была пометить его, чтобы заклинание сработало. К счастью, пепел слился с грязью на его лице.
Капитан Карр сердито подошел.
— Леди Брин. С вами все в порядке? Он не поранил вас?
— Я в порядке, — сказала она, ахнув и поднимая руку к голове. — У меня просто закружилась голова… Я шла к карете и споткнулась.
Капитан сузил глаза. Возможно, притворное падение можно было бы счесть за неуклюжесть, но он видел, как она нежно прикасалась к лицу Рангара голой рукой.
Объяснить это было невозможно.
На его лице отразилось подозрение. Капитан Карр не доверял ей с момента возвращения; если бы она не была ему так нужна, как сейчас, она сомневалась, что он поверил бы хоть одному слову из ее рассказа о том, что ее против воли заточили в Берсладене.
Теперь ей оставалось надеяться, что он поверил в то, что она прикоснулась к лицу Рангара из-за привязанности…. это была опасная правда, но это было лучше, чем если бы он догадался, что это связано с магией.
Его челюсть напряглась, когда он шагнул к Брин. Вся его энергетика изменилась, и та угроза, которую он обычно маскировал самообладанием, теперь была полностью направлена на нее. Он наклонился достаточно близко, чтобы услышала только она, и притворился, что поправляет ее юбку.
— Не знаю, что было между вами и этим принцем Барендур, но сейчас это не имеет значения. Он умрет, любите вы его или нет. Так что, надеюсь, вы с ним попрощались.
Он отступил назад, резко махнув солдату.
— Она плохо себя чувствует. Отведи ее в карету. И присмотри за ней.
Солдаты насильно увели ее с помоста под предлогом оказания помощи женщине, которой, видимо, стало плохо. По толпе прокатился ропот. Когда солдаты вели ее сквозь толпу, до Брин донеслись некоторые сплетни.
— …такая хрупкая…
— …слишком много для дамы, она не должна быть так близко к петле…
— …это показывает, что она не кровожадна, как прежние король и королева…
По крайней мере, толпа не подозревала ее… они были слишком далеко, чтобы увидеть, как она коснулась лица Рангара.
Когда солдаты втащили ее в карету и резко закрыли дверь, она услышала, как капитан Карр снова обращается к толпе. Брин прижалась к окну кареты, устремив взгляд на помост. Солдаты подвели Рангара к люку под петлей. Палач опустил веревку на его шею.
— Рангар Барендур, за твои преступления королевство Мир приговаривает тебя к повешению!
В одиночестве никто не наблюдал за тем, как Брин подняла руку и начертила в воздухе магический знак смертельного сна.
Она должна была идеально подобрать время для заклинания. Слишком рано, и Рангар потеряет сознание еще до повешения, и станет ясно, что кто-то вмешался с помощью магии. Слишком поздно — и петля сделает свое дело.
«Пожалуйста, не дай ему свернуть шею…»
Она должна была верить, что Рангар поверил ее словам о том, что они не дадут ему умереть. Если он постарается упасть под углом, раскачиваясь, а не прямо вниз, то будет гораздо больше шансов, что его шея не сломается.
Палач взялся за рычаг люка.
— За Мир! — крикнул капитан Карр.
Палач потянул за рычаг. Люк открылся. Рангар упал вниз. Брин вцепилась в ручку дверцы кареты так, что побелели костяшки пальцев…
Веревка натянулась, но тело Рангара забилось в конвульсиях… он задыхался, но не свернул себе шею.
— Ana somna mortinya, — быстро прошептала она.
Его тело сразу же замерло.
Все произошло быстро. Он висел на веревке, словно труп, с красным лицом, не дыша.
Толпа одобрительно загудела.
Брин закрыла лицо руками, не в силах смотреть на мужчину, раскачивающегося на веревке, в ужасе от того, что ее заклинание могло не сработать… и Рангар Барендур был мертв.
Глава 37
СИЛА МАГИИ… ДОЛГОЖДАННОЕ ВОССОЕДИНЕНИЕ… ДВА ПРИЗРАКА… «КОГДА ЖЕ ТЫ СТАНЕШЬ МОЕЙ?»
— Где он? — Брин не могла двигаться достаточно быстро через скрытый проход в старый угольный склад. — Где Рангар? Он жив?
После ее выходки во время казни капитан Карр приставил к ее двери дополнительную охрану, поэтому, чтобы выйти, ей пришлось лезть через окно в старую комнату Элисандры. Она порезала руку об один из железных гвоздей на крыше. Кровь испачкала рукав, но она не могла ни о чем думать, кроме как сработало ли заклинание.
Марс и Иллиана склонились над подстилкой, освещенной свечами и фонарями. Брин заметила босые ноги Рангара, холодные и неподвижные. В панике она протиснулась между братом и ведьмой.
— Рангар! — закричала она.
Он лежал на подстилке и выглядел бледным. На шее виднелся след от веревки, но глаза были открыты.
Брин рухнула рядом с ним, поглаживая его по спутанным волосам.
— Слава Святым… не могу в это поверить. Ты жив!
Рангар протянул руку к ее челюсти и провел большим пальцем по тому месту на щеке, где она пометила его пеплом.
— Ты сказала, чтобы я доверился тебе. Я доверился. И всегда доверял.
Она обняла его, но тут же опомнилась и отстранилась. Она похлопала руками по его телу, убеждаясь, что ничего не сломано.
— Как ты? Чувствуешь слабость?
— Да, после пребывания в темнице, — признал он. — Но ничего такого, чего не исправит несколько дней сытной еды и отдыха. Боюсь, что некоторое время мой голос будет звучать как у твоего жениха.
Он прикоснулся рукой к следу от веревки. Его голос был слегка хриплым, но совсем не похожим на тяжелый скрежет капитана Карра.
Рангар внезапно схватил ее за запястье.
— Брин, у тебя кровь.
— Это ерунда, — пренебрежительно сказала она. — Мне пришлось забраться на крышу, чтобы выбраться из своей спальни.
Рангар сел и потянулся за тряпкой, которую они засунули в наволочку в качестве импровизированной подушки. Он разорвал ее на длинные лоскуты и стал обматывать ими ее ладонь.
— Позволь мне, — предложила Иллиана. — Тебе надо отдохнуть.
Рангар, казалось, не хотел передавать заботу о Брин кому-то другому, но Иллиана уже доставала травы из корзины. Она принялась промывать руку Брин и втирать в нее травяную мазь.
— Я рада, что ты здесь, — сказала Иллиана Брин, а затем слегка подмигнула. — Нелегко было успокаивать этих двух. — она кивнула в сторону Марса и Рангара.
Брин была настолько озабочена состоянием Рангара, что не заметила, как между ним и Марсом повисло напряжение. Ее брат прислонился к стене, покручивая нож. Должно быть, он много времени посвятил тренировкам с ним, потому что даже вслепую он орудовал им со стремительной грацией уличного артиста.
Брин положила руки на бедра.
— Марс, ты жестоко обращался с Рангаром? После того, как он чуть не погиб?
