— В очередной раз раздался хриплый вздох. — Мне жаль, что все так вышло. Я… жду твоего возвращения. Надеюсь, этот богатый хмырь накупит тебе украшений на пару десятков тысяч долларов, будет хоть какая-то компенсация. Отнесешь потом в ломбард.
— Круто будет. — Дэлл улыбнулась пустой, мертвой улыбкой. — Приеду. Закажем еды из китайского ресторанчика. Посидим, как раньше.
— Да, точно.
В тот же момент из комнаты раздался тихий стук. Аронст сразу повесила трубку и включила душ, после чего вынула из кармана небольшие плотные пакеты и принялась засовывать в них смартфон. Хорошенько затянула, после чего пошла в туалет и спрятала его под крышкой сливного бака, что был доверху наполнен водой. Даже если в её отсутствие номер обыскивают, в бачок унитаза точно никому не придет в голову соваться.
Стук повторился. «Зайдет сейчас, понимание личного пространства ему чуждо» — с обидой подумала Дэлл, и действительно. Через пару мгновений послышался щелчок ручки двери. Девушка ринулась под душ, по пути стаскивая с себя белье, и тут же начала нарочито растирать по телу гель для душа.
Даже сквозь удары воды по кафелю она услышала медленные приближающиеся шаги. Затем скрип двери, и даже через мутное стекло душевой кабины стал заметен высокий темный силуэт.
— Добрый вечер. — Раздался хриплый, ласковый мужской голос. — Я принес нам коктейли, легкую закуску из морепродуктов и десерты. — Молодой человек сложил руки на груди и прислонился спиной к стене, внимательно рассматривая тело хозяйки номера. — Можно попросить тебя не одеваться? По крайней мере через чур. Тебе идет… быть голой.
— Ты ввалился ко мне в ванную. — Прошептала сквозь зубы Дэлл, но тут же натянула на лицо улыбку и медленно повернулась. — Подождешь меня там, хорошо? Я в душе, мне неловко.
— Брось, перестань. — Он чуть опустил веки. — Мы теперь вместе, так ведь? Так что… могу я присоединиться? — Грегораст стал небрежно, одной рукой расстегивать пуговицы на черной рубашке. — Я соскучился.
Она нахмурилась и опустила голову, пока на пряди лилась теплая вода. Раз уж решила состричь с него денег за моральный ущерб, придется с ним спать. Вряд ли давящий мажор согласится на отношения без секса. Кроме того, душ для таких мероприятий — лучшее место, ведь тут нет камер. И их соитие не увидит потом вся страна.
Дэлл вздохнула и, прищурившись, покосилась на его лицо. Менее красивым он, к сожалению, не стал. Или к счастью, потому что только внешняя красота парня заставляла девушку отвлечься от сути. От понимания того, что Макс играет. Делает то, что нужно шоу. Что у него внутри на самом деле?
Может, он насмехается. Может, временами, чувствует отвращение. Высокомерие. Злость. Что еще Грегораст способен чувствовать в такой ситуации? Черт его знает, просто Аронст казалось, что ничего хорошего. Этот факт заставлял губы дрожать. К чему спать, если никому тут это, по факту, не нужно? Даже камеры не увидят. Зачем?
— Макс. — Она пустым взглядом уставилась на слив под своими ногами. — Может, повременим с этим?
— Что? Почему? — Он прищурился и склонил голову в сторону. — Ты днем мне говорила, что любишь меня. Так в чем дело?
— Слушай. Как ты смотришь на открытые отношения? — Девушка вновь покосилась на парня. — Это когда можно. Всем, ну. Со всеми.
Лицо вытянулось. Молодой человек застыл, злостно таращась на «Миннесотку». Нервно подрагивали длинные ресницы.
— Я знаю, что такое «открытые отношения». — Прорычал Грегораст. — Почему ты об этом сейчас заговорила? Хочешь спать с кем-то кроме меня?
— Ну, просто, я это о том, что если ты тоже захочешь переспать с кем-нибудь еще, то можешь пойти. И переспать. — Она незаметно сжала кулак. Вряд ли он будет качественно играть свою роль сейчас, ведь этот отыгрыш не увидят камеры.
— Что, прости? — Он прищурился. — Хочешь сейчас отправить меня к кому-то еще, лишь бы не спать⁈ Да что хоть не так?!! — Грегораст сжал кулаки. — Я собираюсь спать только со своей девушкой. И раз ты дала согласие вступить со мной в отношения, то это должны быть нормальные отношения. Без мишуры в лице левых людей. — Парень стал сдирать с тебя рубашку, после чего шагнул под теплый душ. — Не заикайся об этом. Никаких «открытых отношений», я не намерен делить свою женщину с кем-то еще.
«Почему он так себя ведет?» — стучало в голове. «Наверно, спать со мной он правда не против, ублюдочный лжец».
Ублюдочный лжец с красивым лицом.
Джинсы намокали и прилипали к его телу. Дэлл мрачно улыбнулась, прикрыв глаза. Даже приятно было… слышать все это. Приятно и злостно, одновременно. Но раз она приняла на себя роль его девушки, раз намерена взять все, до чего только сможет дотянуться, то придется соответствовать этой роли. Придется сделать то, что Макс призывал сделать с самого начала. Забить на все, и… расслабиться? Все равно эту боль, этот позор и эти ночи навсегда остануться здесь, в Майами. А Аронст после такого… никогда больше в Майами не поедет. Ни за что в жизни.
— Скажи, ты правда не против вести свободные отношения? Это не блеф? Не проверка? Не шутка? — Вдруг выпалил Грегораст, раскрыв глаза. Джинсы продолжали мокнуть.
— Почему ты спрашиваешь? Хочешь попробовать? — Дэлл улыбнулась. Мрачно, но так мило, что за совершенно фальшивой улыбкой не было заметно этого мрака.
— Просто мне тошно оттого, что ты это предложила. Что ты… допускаешь мысль меня с кем-то делить. — Губы изогнулись в некотором отвращении. — По-твоему это любовь? Или ты решила забить и трахаться по-дружбе до конца месяца? — Взгляд становился злым. — Я собственник. И я жду от тебя того же.
— Хочешь, чтобы я ревновала? — Девушка прижала руки к груди.
— Да? Да, хотя бы так. — Он вновь прищурился. Губы начинали искажаться в ухмылке. — Любовь… это когда не хочется делиться. Хочется человека всего себе, без остатка. Ты хочешь меня себе без остатка?
Ресницы дрожали от этого вопроса. Хотелось дать ему пощечину, потому что больно. Потому что пару дней назад она правда хотела его себе без остатка, просто считала это наивными мечтами, которым нельзя давать почву прорасти в реальность, чтобы не чувствовать боль. Хотела… полностью. Стать любимой. Женой, музой. Теперь его слова резали по живому, звучали как насмешка.
