глаза и расслабиться. По крайней мере, Миннесотка, которая изрядно потрепала нервы, не истерила в отличии от Ивы, не обвиняла и не упрекала. Как минимум… только за это к ней хотелось возвращаться. А еще с ней было, вроде как, весело.
Он подошел к её двери, и бесцеремонно дернул ручку.
Девушка едва не подпрыгнула с кровати от испуга, но тут же поправила белый халат, растянулась в улыбке и подошла.
— Макс. А я тебя ждала. Я тебе тоже хочу кое-что подарить.
— Что? Мне? — На мгновение парень смутился, затем тут же склонил голову вперед и слегка кивнул. — Заказала, да? И что же это… такое?
— Угу, заказала. — Она довольно закивала. — Извини, у меня нет много денег, но все равно очень хотелось сделать тебе приятное. Чтобы ты на него смотрел, и иногда… вспоминал меня, что ли. В общем… вот. — Аронст вновь вернулась к кровати, что-то оттуда взяла и поднесла Грегорасту.
Казалось, тот смутился еще больше. Попеременно хлопал глазами, глядя на мягкую игрушку синего кита, которая выглядела так глупо, что хотелось то ли смеяться, то ли вздохнуть. Зрачки в разные стороны, волнистая улыбка. Странная игрушка. Он даже невольно отступил на шаг назад.
— Разве не должно быть наоборот? — Макс вскинул брови. — Разве не… мужчины дарят женщинам игрушки?
— Ну… мне хотелось. — Взгляд становился грустным. — Не нравится, да?
— Нравится. Очень. Спасибо. — Грегораст взял в руки несуразного кита и по-доброму усмехнулся. Может… может он и ничего. Спасибо.
Ухмылка превращалась в улыбку, взгляд теплел. Давно ему не дарили таких глупостей. Так почему бы и нет? Если это в самом деле приятно. Почему-то.
— Мне бы хотелось, чтобы он был с тобой. — Дэлл замялась.
— Конечно. Будет. — Парень кивнул. — Спасибо.
— Очень хорошо. — Как-то странно сказал девушка. — Мне так приятно, что тебе понравилось. Ты сделал меня счастливой сегодня, спасибо.
— Тебе спасибо. — Он протянул руку и мягко потрепал её по голове. — Я тебя тоже люблю. Иди сюда.
Про ревность
«Вечером я организую вам конфликт» — мельком думал парень, когда вновь ложился с девушкой в постель. Когда вновь брал стеклянную тару с креветками в сливочном соусе. Когда свободной рукой поглаживал женское бедро. Если забыть, что он — вынужденный актер… если забыть, что все вокруг — не слишком-то качественный фарс, жизнь внезапно расцветала самыми буйными красками. Судьба послала ему непосредственную, забавную, любопытную, возбуждающую спутницу, и… хорошие закуски. Что еще нужно для славного вечера?
Люди гедонисты. Что бедные, что богатые, что невменяемо богатые. Они все любят удовольствие от еды, напитков, секса. Все любят… когда на них смотрят снизу вверх. Когда признаются в любви, дарят подарки, пусть даже бесполезные. В периоды слабости, усталости, боли этот гедонизм лез из них сильнее всего. Был возможностью быстро и легко отвлечься от проблем и получить наслаждение.
Она его обнимала. Не спрашивала, где он был, чем занимался, какого черта может внезапно пропасть. У нее не было вечно недовольного, нервозного лица, как у абсолютного большинства девушек, с которыми Макс вступал в короткие бесцельные отношения. Иногда он спрашивал себя, почему так. В чем причина такого… комфортного, возбуждающего, приятного поведения.
И не находил ответа. Хотя иногда даже, мельком, думал, что нечто настолько приятное стоило той нервотрепки, которая была с Дэлл ранее. Она легко и непринужденно поддерживала любой разговор. Легко и непринужденно смеялась, радовалась новым десертам, затаскивала в свою эмоциональную воронку. Черную дыру веселья и непосредственности.
Кончала. Позволяла. Краснела. Иногда ему было даже жаль, что это не настоящий отпуск. Что нельзя просто забить и наслаждаться, нужен конфликт. И он даст этот конфликт. Как хороший управленец.
* * *
Грегораст действительно упер с собой этого кита. Аронст даже проследила за этим, с тупой улыбкой маша ему вслед, пока он не скрылся за дверью своего номера. Теперь ей было все равно на чувства Ивы. Все равно, ведь певица лезла из кожи вон, чтобы выставить Миннесотку на публике жадной идиоткой, опозорить как можно больше. Дэлл спит с бывшим первого айдола страны? Или какого там… второго? Третьего? Прекрасно. Прекрасно, и… наплевать.
Как и на всех них. Здесь для неё нет друзей, и никогда не могло быть. Остатки совести относительно молодых мажоров сгорели в тот день, когда девушка собрала волю в кулак, чтобы глянуть еще пару серий. Лучше бы не смотрела.
Она сцепила зубы и пошла в уборную. Плевать, что подумают те, кто сидят сейчас за камерами. Что у нее периодический запор, или ОКР с постоянной тягой принимать душ, это все не важно. Важно понять, какого черта Макс сейчас решил так внезапно уйти, сославшись на дела. Ничем хорошим лично для нее это точно кончится не могло.
Аронст уже привычно достала из сливного бачка телефон, сняла пакеты, протерла его и села на закрытый унитаз. Подруга не подвела. Она купила то, о чем её просили. Правда, за посылкой пришлось еще раз сплавать в город, но это того стоило. Стоило, ведь сейчас Дэлл с жуткой улыбкой надела наушники и вставила в разъем телефона приемник сигнала.
Простые прослушки на небольшое расстояние продавались практически везде едва не на правах игрушек. А собственно… зачем ей большое расстояние? Номера на одном этаже. Главное чтобы пресловутый кит, которому засунули в хвост этот жучок, всегда находился, хотя бы, в комнате Грегораста. И он будет находиться. Потому что Макс строит из себя послушного благодарного парня.
«Какая попытка унизить меня будет на этот раз?» — прорычала она себе под нос. Ресницы вздрагивали от боли и обиды.
Потому что сложно обнимать того, кто воткнет тебе в спину нож при первой возможности. Сложно ему улыбаться, целовать его. Целовать и, при этом, понимать, что сердце бьется быстрее. Что хочется, чтобы это не кончалось. Было стыдно за себя, стыдно и больно, но что уж теперь.
Ведь еще было злостно. Воевать можно… с любыми чувствами. Главное делать то, что нужно.
* * *
— Думаю, нам не хватает… конфликта. Конфликта, люди ждут зрелищ. Стэн? — Макс ехидно прищурился, глядя на множество экранов камер наблюдения.
— А? — Парень поднял от телефона глаза.
— Посмотри, она сейчас в душе. Можешь ворваться к ней туда? Да, ворваться, почему нет? — Губы исказила жуткая улыбка.
— И? — Тот прищурился.
—
