И трахнуть её. — Спокойно продолжил Грегораст. — Что ты так на меня уставился? Проблемы с потенцией?
— Но Макс. — Парень вскинул брови. — Она не повелась на меня, вот вообще. Как ты себе это представляешь? Если я буду кого-то насиловать на камеру, у меня будут проблемы. — Он заметно напрягся, но не решался вступить в открытую конфронтацию. Все равно понимал, что был одним из самых слабых звеньев шоу, и, если что, избавляться будут в первую очередь от него.
— Ты не понял. — Макс прищурился. — Просто выключи свет, прежде чем входить, и разденься.
— А что потом? — Стэн скрестил руки на груди. — Что потом?
— Потом ворвусь я, и устрою сцену ревности, конечно. — Грегораст с ухмылкой закатил глаза. — Потом эпически уйду, хлопнув дверью. Пятнадцать минут. Справишься?
Парень неуверенно кивнул.
«Ах ты ублюдок» — прошептала Дэлл, вслушиваясь в этот разговор. Губы дрожали. «Лицемерный кусок дерьма. Сцену ревности хочешь, да? Что ж. Будет тебе сцена ревности, тварь» — она сорвала с себя наушники и принялась быстро заворачивать телефон назад в пакеты. Время ограничено. Время строго ограничено, если Макс послал сюда Стэна прямо сейчас. Девушка вновь бросила смартфон в бачок, затем ринулась к ванне и душевой кабине. Она осторожно встала на бортик ванны, после чего принялась слегка выкручивать лампочки, чтоб те перестали гореть. Вскоре вокруг повисла удушающая темнота.
«Идеально» — прорычала Аронст себе под нос. «Тьма тут будет и без ваших усилий» — она взяла шампунь, сняла с него дозатор, и принялась поливать им кафельную плитку в душевой кабине и рядом с ней, после чего включила душ на самый слабый поток воды. Горячей, как кипяток. Чтобы струи были недостаточно сильными для смывания мыла с пола, но все равно издавали шум.
Скрипнула дверь номера. Кто-то крался. Явно старался не делать лишнего шума. В темноте Дэлл попятилась. Осторожно встала меж душевой кабиной и стеной в туалет, затем присела. Реально ли разглядеть её тут без освещения, когда запотели стеклянные стенки? Ей казалось, что нет.
Щелкнул выключатель, сейчас наивный Стэн решил, что выключил свет.
Скрипнула дверь, и в проеме появился мужской силуэт. Судя по всему, силуэт в одних трусах, или даже… даже без них. Аронст сжала кулаки. Шаг, еще шаг… парень взялся за створку и попытался заглянуть внутрь душевой кабины.
Тут же раздался импульсивный крик. Молодой человек наступил на шампунь, стал скользить и рухнул под слабый душ. Вновь крик. Кто-то сейчас познал самую высокую температуру воды, что была в кранах одного из самых дорогих отелей страны. Он рефлекторно отстранился от потока, попытался вскочить, но тут же рухнул снова, опять под поток. Боль не давала ему собраться, чтобы встать со скользкой поверхности, а скользкая поверхность не позволяла уйти от боли. Стэн выл.
Дэлл мрачно усмехнулась.
Сейчас придет еще один.
* * *
Грегораст нервно стучал пальцами по столу. Из всех звезд Аронст сильнее всего не нравился Стэн. Она сходу начнет его отпихивать, закричит. По идее.
Но что если в темноте девушка не поймет, кто к ней вошел? Не поймет, решит, что это он, Макс. Позволит себя лапать. Позволит обнимать, наглаживать, целовать… прямо под струями теплой воды. Почему-то от этих мыслей сводило зубы.
Парень ядовитым взглядом смотрел, как его друг неловко раздевался на подходе к её ванной. Как крался, бросал все вещи на пол. Затем вошел внутрь.
Внутри все напряглось, руки сжались в кулаки. Примерно через минуту раздался глухой крик, правда… мужской. Не женский. Хотя должен был быть женский. «И что это такое?» — стучало в голове. Грегораст нервно уставился на часы. Пять минут прошло, вместо пятнадцати. Может, в лучшем случае, шесть. «Плевать, так пойдет» — прорычал он себе под нос, встал, и пошел прочь из номера. Если будет нужно, монтажеры просто растянут хронометраж и сделают иллюзию большего времени.
Сердце глухо колотилось в груди. Было жарко даже без футболки. Сейчас Макс войдет, включит свет, эпически рявкнет, мол, что тут происходит. Сосало под ложечкой. От необъяснимой нервозности сжимались зубы.
Молодой человек быстро заскочил в знакомый номер, тут же подошел к ванной, включил свет и заглянул внутрь.
Темнота. Грегораст вновь нервно пощелкал выключатель, но ситуация не менялась. Затем прищурился, видя, как… что-то происходило возле душевой кабины. Тьму резали то вопли, то болезненные стоны, а на полу мелькали силуэты тела.
— Стэн, ты что, охерел? — Прорычал парень. — Я тебе сейчас твой хер в глотку затолкаю. Я сказал просто войти. Войти, сука!! — В глазах посинело от ярости. Не помня себя, Макс бросился на лежащего в темноте друга. — Я не имел ввиду в прямом смысле, я имел ввиду создать видимость, утырок блять!! — Он размахнулся ногой в попытке ударить, но тут же начал падать.
На полу поблескивал размазанный чужими ногами шампунь. Раздался звук падения высокого тяжелого тела о мокрый кафель.
От удара головой звенело в ушах. Картинка вокруг двоилась. На секунду Максу показалось, что по стенке из ванной быстро скользнул темный силуэт, который бесшумно исчез в комнате. Парень с рыком схватился о раковину и медленно поднялся, Стэн осторожно, со стонами, задом выползал из душевой. Он тяжело дышал, руки вздрагивали. С каждой секундой зрачки все сильнее привыкали к темноте, и теперь Грегораст видел, что друг сидел там один.
— Какого хера происходит⁈ — Пискло спросил тот осторожно притрагиваясь с обожженному водой лицу. — Какого хера⁈ Я думал я тут сварюсь заживо блять!!
— Света нет. Лампы. Похоже что проводка накрылась. — Сдавленно пробормотал Макс. — Ничего не скажешь, вовремя.
— Где эта⁈ — Стэн с обидой стряхивал ладони.
— Выбежала наверно. Вставай, пошли. — Грегораст нехотя протянул парню руку и помог подняться. Да, тот ничего, вроде бы, не сделал, но нужно время, чтоб осознать это полностью.
С кислыми лицами они вышли в прохладную вечернюю комнату. Дэлл стояла в центре, прижав руки к груди. Испуганная, потерянная, обескураженная. Похлопала глазами, затем попятилась, пока не наткнулась ногами на кровать.
— А вы… вы что там делали? — Она вытаращилась на голого Стэна. — Я была в уборной, а потом внезапно погас свет. Я услышала стоны, потом увидела вас там, в ванной, вдвоем. Я выбежала, я… я не смотрела. — С каждой секундой глаза становились все шире. Уголки губ опускались вниз. — Почему у меня? Почему в… в
