придать себе важности и пафоса. А затем коротко выдал:
— Второй принц Шэнь Сяолун умер.
«Как умер, я не давал такого распоряжения!» — мелькнула неуместная мысль. Подумав, однако, что «Служебный роман» в королевстве Шэнь никто не смотрел, Даниил ограничился более коротким вопросом:
— Как это случилось?
— Никто не знает, — ответил Куан, — Говорят, что ночью на дворец Хуаджу было совершено нападение. Никто не видел, кто это был: стены дворца укрыл густой туман. Все его обитатели перебиты. Одни говорят, что нападали злые духи, другие — что группа сильных заклинателей или даже сам Чонли, Владыка Небесного Огня.
— Первый принц?.. — высказал первую версию, что пришла на ум, Дан.
— Он сейчас там, — сообщил мальчишка, — Вместе с городской стражей расследует происшествие. Это был точно не он, господин. Принц Веймин всю ночь провел в доме лекаря Бокина. Его многие видели.
«Значит, Веймин, как и Лиминь до меня, не включил лекаря в свою свиту… Не очень практично само по себе, но неожиданно полезно, когда нужно обеспечить алиби…»
— Хорошо, — кивнул Дан, — Ты правильно сделал, что рассказал мне. Я подумаю, как на будущее обеспечить экстренную связь. Сейчас сделаем так.
Он обернулся к евнуху Вону:
— Найди ему провожатого и пусть отведет к служанке Лю.
Снова обратившись к Куану, он пояснил:
— Официальная версия для общественности: ты пришел по делу, связанному с твоей семьей. Сам придумаешь, по какому, но поставь в известность сестру и отца, чтобы они могли подтвердить. Ни к чему людям знать, что ты снабжаешь меня информацией. Проведи какое-то время с Лю, затем возвращайся домой. До вечера веди себя тише воды, ниже травы; затем у меня будет для тебя ворох поручений. Во-первых, ты должен распустить побольше слухов о том, что сегодня сама наследница Фен была у меня в гостях, нанеся поздний визит, чтобы выразить благодарность за спасение из плена. Только аккуратно, не подпорть ей репутацию. Тем, кто будет болтать, будто Сюин лишилась невинности, клан Фен и отомстить может.
Да и просто это было бы непорядочно по отношению к даме.
— Далее. Ты должен будешь узнать обо всем, что говорят в связи с убийством принца Сяолуна. Все версии, даже самые фантастические. Если будут спрашивать твоего мнения: принц якшался со злыми духами, вселяя их в черные клинки, и одна из сделок обернулась против него. Пусть эта версия распространится, но не в ущерб другим: узнать возможные варианты для нас важнее. Кроме того, мне нужна информация обо всех заклинателях, кому хватило бы сил совершить это нападение, кто находится в Тьянконджичене. Представители кланов, бродячие заклинатели с репутацией, приближенные Его Величества… И так далее. После того, как посещу место преступления, я передам тебе через служанку Ликин уточненный запрос.
— Да, господин.
Когда Куан в сопровождении евнуха Юна направился вглубь дворца, Даниил обратился к оставшимся спутникам:
— Шаманка Панчён, будешь сопровождать меня во дворец Хуаджу. Твоей задачей будет тщательно проверить территорию на предмет влияния духов — любых, будь то земные духи, демоны или Небожители. Также если принц Веймин возьмет с собой черный клинок Шехунгуая, я хочу, чтобы ты украдкой взглянула на него и впоследствии высказала независимое экспертное мнение, чего от него ожидать. Евнух Вон, подготовь мне небольшую свиту, в сопровождении которой я предстану перед старшим братом. Сам не иди: у тебя будут другие задачи. Мне нужно, чтобы ты собрал максимальное подробное досье на участниц Отбора и на тех представителей кланов, что служат во дворце. Особенно меня интересует Лунь Танзин.
— Сделаю, Ваше Высочество, — кивнул Вон.
— Евнуху Паку и служанке Ликин прикажи аккуратно собрать информацию о городских контрабандистах и перекупщиках. Пример Миншенга показывает, что с подходящим оружием даже бродячий заклинатель может угрожать принцу. Возможно, кто-то слышал о том, где такое оружие можно раздобыть. Сейчас, когда принц Сяолун мертв, стоит попробовать перехватить его дела по этому направлению. Но только без ненужного риска. Никаких решительных действий без согласования со мной.
— Вы думаете, черный клинок тому бандиту отдал второй принц? — переспросил Вон.
— Я знаю, что черный клинок ему отдал второй принц, — с легкой улыбкой поправил Даниил, — Информация из надежного источника. Но об этом позволь не распространяться.
Главный слуга смешался:
— Простите, Ваше Высочество, я проявил непозволительное любопытство. Я…
— Если ты полностью исключишь из лексикона фразу «Я заслуживаю смерти» и её вариации, то сможешь выполнять мои приказы на двадцать процентов быстрее, — прервал его Дан.
На удивление, дворец Хуаджу не носил следов особых разрушений, и с первого взгляда не так уж и сильно отличался от ставшего родным дворца Чиньчжу. Та же типовая планировка с тремя зданиями, ориентированными по сторонам света. Такая же высокая стена, готовая встречать любое нападение, — но почему-то не остановившая захватчиков этой ночью. Разве что сад был гораздо пышнее и красивее, и крыши зданий вместо фигуры рыбожабы, которая, как знал теперь Даниил, изображала речное божество Чи-Во, украшали деревянные статуи красивой женщины с птичьими когтями.
Даже странно, что женскую фигурку выбрал себе не Лиминь.
В первый момент Дан даже не понял, что именно казалось неправильным в открывшейся картине. Затем до него дошло: деталь, которая показалось ему странной при первом осмотре своего дворца, и к которой он успел настолько привыкнуть, что не обращал особого внимания.
На стенах дворца Хуаджу не было ни одного талисмана. Для заклинателей этого мира это был абсурд: не мог заклинатель быть настолько беспечным, чтобы не защитить свое жилище от магического вторжения. Даже бродячие заклинатели уделяли внимание этому вопросу; даже шаманка Панчён повесила слабенький талисман над порогом своей комнаты.
Сяолун не был беспечным, — скорее наоборот. И внимательнее осмотрев стену, Дан отыскал пятна черноты, оставленной огнем через равные промежутки пространства.
Защитные талисманы приняли на себя первый удар — и сгорели без следа. Причем судя по тому, что пламя не распространилось, — практически мгновенно.
Тела умерших он нашел чуть глубже, перед самым порогом дворца. И выглядело это до того жутко, что Даниил невольно поежился.
Вооруженные слуги дворца Хуаджу лежали ровными рядами — там, где и настигла их смерть. Видно было, что они пытались сопротивляться, но также видно было и то, что их усилия были бесполезны. Это даже не было сражение: скорее избиение младенцев.
На их телах не было видно ран; одежды и доспехи остались невредимыми. Многие из слуг до сих пор сжимали в руках дубины, щиты и копья, оказавшиеся бесполезными перед погубившей их силой. Но при этом кожа и плоть ссохлись, почти мумифицировавшись, лица были искажены выражением чудовищной муки, глаза
