Логан встал.
— Ферно вернулся? — Он провёл рукой по волосам. — Не повредит добавить немного хаоса во всю эту чертовщину.
Глава 28
Глаза Дрейвена распахнулись, и его взгляд сфокусировался на серых стенах.
Сколько часов он пролежал в бессознательном состоянии? И кто знает, что, чёрт возьми, эти бледнокожие ублюдки сделали с ним за это время?
По его телу пробежал холодок. Холод. Его тело содрогалось так, будто никогда не могло согреться. Мышцы болели, а в голове взрывались микробомбы, отдаваясь солнечными вспышками в глазах.
Он взглянул на своё обнажённое тело. Тошнота скрутила его живот, и он перевернулся на бок, ожидая потока рвоты.
Его высосали до нитки, а следы укусов по всему телу означали, что они весело провели время.
Что-то ударило его в лицо, и мышцы Дрейвена напряглись.
— Ты, должно быть, проголодался. — Райк встал над ним, бросив штаны Дрейвена на пол.
Проголодался? Разве?
— Следуй за мной. — Райк вышел из комнаты.
Дрейвен неуклюже одел своё израненное тело и поковылял за ним.
Преодолев коридор, похожий на сцену из современного фильма ужасов, они дошли до лестничного пролета. Он спускался вниз позади, уверенный, что Райк знает, как утолить его дикую жажду, от которой у него пересохло в горле, а желудок был готов вылезти изо рта.
Они спустились до подвала здания.
— Что… куда мы идём? — Хриплый голос Дрейвена был едва слышен.
Райк повернулся к нему лицом.
— Чувствуешь, как горит твоя кровь? Как это пламя овладевает каждой клеткой твоего тела? Теперь оно часть тебя, навечно. Если ты будешь отрицать его, оно поглотит тебя.
Всхлипы донеслись до ушей Дрейвена, когда они остановились перед дверью.
Райк вытащил из кармана ключи и, бросив зловеще коварный взгляд на Дрейвена, открыл дверь.
Дрейвен наклонился вперёд и схватился за живот. Он упал на колени, слабость превратила его конечности в желе, и Дрейвен поднял дрожащую руку к лицу, чтобы прикрыть рот.
Обнаженные тела свисали с потолка, подвешенные на цепях. Лица каждого из них он узнал.
На их бледной плоти виднелись сочащиеся дыры, откуда сочилась кровь и скапливалась под ними на бетоне. К некоторым из них прицепились белые, похожие на личинок существа, их лица были сплющенными искривленными, как у летучих мышей.
Те самые, как и те, которых он видел в заброшенных доках.
Это их трапеза.
Одно из существ рванулось к ним.
Мускулы Дрейвена напряглись.
Райк протянул ладонь, и зверь замер.
— Он пришел покормиться. Как вы.
Что? Бл*ть, нет. Только не так.
Дрейвен смотрел, как грудь его братьев и сестёр Алекси вздымается и опускается от их дыхания.
Все ещё живы.
Больные, отвратительные ублюдки. Они куда хуже ликанов.
По крайней мере, ликаны убивали своих жертв.
Дрейвена крепко схватили за затылок, подняли с пола и подтащили к одному из тел.
Медленно глаза Дрейвена скользили по обнаженному мужчине.
Дьюс.
Таким беспомощным выглядел великан сейчас, его тело тряслось в конвульсиях, лязгая цепью, удерживающей его. Краем глаза он заметил Дрейвена, и его губы сжались.
Слова Дрейвена, сказанные ранее, эхом отдавались в его голове: «Поверь мне».
— Приступай.
Дрейвен наклонился и покачал головой.
— Я не буду.
От стен прокатился взрыв смеха.
— Ах, социальная нравственность правильных поступков, — сказал Райк. — Вы, люди, меня забавляете. — Он прошёл мимо Дрейвена, стоящего рядом с Дьюсом, и провёл пальцем по голой коже. — Скажи мне, если бы роли поменялись, как ты думаешь, что бы сделал твой друг? — Он обошёл вокруг солдата, как змея, и присел рядом с Дрейвеном. — Кровь Алекси — единственная кровь, достаточно сильная, что может поддержать в тебе жизнь. Если будешь питаться от людей — погибнешь. — Толчок сзади бросил Дрейвена к телу Дьюса. — Пей. Или я повешу тебя вместе с остальными.
Дрейвен зажмурил глаза.
Боже, от одной мысли об этом ему хотелось кричать.
Непреодолимый запах ударил в ноздри Дрейвена.
Кровь.
Каждая унция солдата Алекси отпечаталась в мозгу Дрейвена, даже его чувства: насыщение от вчерашнего ужина, секс, который у него был с Дженной прошлой ночью, и, конечно же, страх.
Сильный страх щекотал Дрейвена изнутри.
Клыки Дрейвена удлинились. У всех Алекси были клыки, но те, что торчали из-за его губ, казались утолщёнными, полыми и заострёнными. Когда золотой туман затуманил его зрение, он наклонился вперёд и укусил Дьюса за запястье.
Каждый глоток из вены его старого товарища вызывал чистый экстаз, вкус, наполнявший рот Дрейвена, согревал его тело, наполнял желудок. Словно густой тёплый ликер, способный привести его в состояние эйфории. Лучше любого наркотика, который он когда-либо пробовал.
Дьюс задрожал в его хватке, и Райк вырвал запястье Алекси изо рта Дрейвена, разорвав плоть.
— Достаточно. Мы должны экономить то, что у нас осталось. — На лице нефилима появилась ещё одна ухмылка. — Пока ты не приведёшь нам больше таких, как ты. Минимум одного.
— Почему они не оборачиваются? — Он оглянулся на Райка. — Почему они остаются Алекси?
— Тебе предстоит многое узнать о том, что сейчас пульсирует в твоих венах. Твои зубы выделяют яд. Одним укусом ты можешь обратить человека, но только если ты захочешь обратить его. Ты контролируешь выброс яда.
Дрейвен вытер капающую кровь изо рта. Мысль о крови Дьюса, затекающей в его желудок и о том, как он наслаждался каждой её каплей, отталкивала Дрейвена.
— Почему я?
— Во-первых… — Райк взглянул на Дьюса. — …они доверяют тебе. А во-вторых, я знаю, ты вернёшь их всех. В отличие от наших грубых друзей, — он повернулся с вытянутой рукой к существам, — ты в основном человек. И, как и люди, ты боишься смерти. Они не боятся. Как дети. Молодые, невинные. Голод — единственное, что ими движет.
— Откуда они?
— Из места, куда боится ступить даже смерть. — От его ухмылки по спине Дрейвена пробежали мурашки. — Ты будешь кормиться сегодня вечером. Завтра ты будешь уже достаточно окрепшим.
— Для чего?
— Приведи Каллу сюда. — Дрейвен вздрогнул, когда Райк обнял его за плечо. — Видишь ли, без нее ты умрёшь. Она одна несёт в себе то самое противоядие, которое вам нужно, чтобы выжить. — Он схватил Дрейвена за плечи и повернул лицом к себе. — Как тебе такой мотив?
— Я отказываюсь.
— Думаю, пришло время посмотреть на мир с моей точки зрения. Ты всего лишь пешка, а я твой король.
— Ты не мой король, — процедил Дрейвен.
Напряжение в шее Дрейвена заставило его опуститься на колени. Интенсивное жжение пронеслось по его телу, едкое, как будто оно было из дыма и распространилось во все его части тела.
— Твоя душа принадлежит мне. Теперь я твой хозяин.
Напряжение ослабло, и Дрейвен упал на четвереньки, задыхаясь. Однако бешеное заглатывание воздуха никак не облегчило перенесённую боль.
— Я ценная фигура в этой игре. — Говоря это, Райк встал над Дрейвеном. — Я — незаменим.
— Я не умру за тебя и твоё дело.
— Возможно нет. Но я верю, что ты умрёшь за женщину. И это именно то обстоятельство, которое мне на руку. — Он положил руку на голову Дрейвена. — Пойдём, обсудим план. Домашняя зверушка.
***
Не то, чтобы Логан презирал своих братьев или что-то в этом роде, но возвращение Ферно окажется сущим дерьмом. Мужчину можно было считать психопатом совершенно другого уровня, по сравнению с Логаном. По крайней мере, Логан всегда был расчётлив в своих убийствах. Ферно был чем-то вроде бешеной росомахи, с характерным клеймом боли, которое могло уничтожить целый квартал одним ударом, если бы он был так амбициозен.
Логан вошёл в свой кабинет и подкрался к тому месту, где стояла Калла и смотрела в большое окно, из которого открывался вид на Детройт.
