Едва выйдя из коридора в холл, Марина ощутила тревогу. Не то постоянное, но ровное волнение с примесью страха, что не отпускало до сего момента, а нечто острое, словно балансирование на краю пропасти. А потом её внутренний сканер обнаружил монстров, пятерых, и они приближались к больнице.
— Скорее! — выпалила Марина.
Нонна устремила на неё взгляд.
— Мрази?
— Они, чёрт бы их побрал. Приближаются. И… один монстр какой-то… особенный.
— Похоже, зайдя в палату к Татьяне, мы активировали что-то вроде сигнализации, — выдал предположение Семён. — Ментальной сигнализации. Варвара, сука, всё предусмотрела. Боюсь, скоро сюда сбегутся все чудовища в округе.
Они поспешили к выходу, выбежали наружу, где перед дверями до сих пор стояли медсёстры, а возле будки застыл охранник, борода которого стала белой от снега. Марина едва не упала — голова закружилась. Мир Комы забрал у неё слишком много сил. Все мысли были о том, как скорее добраться до «Газели» и рухнуть на сиденье. А монстры подступали, за пеленой снега их не было видно, но Марина явственно ощущала присутствие порождений Варвары. И Семён оказался прав, похоже, твари стекались к больнице со всей округи, их стало больше.
В ушах зазвенело, снова закружилась голова, перед глазами потемнело. На этот раз Марина не удержалась и упала на колени. Её тут же подхватила Нонна, помогла подняться.
— Гляжу, тебе совсем погано. Держись, слышишь?
— Я держусь, — прошептала Марина. Сделала глубокий вдох, выдох. Стало немного полегче, но внутренний локатор «сломался», она больше не ощущала чудовищ, на этом локаторе был полный сумбур. Потеря контроля спровоцировал новый приступ паники — им крышка! Теперь она понимала, как чувствовал себя Ярослав, который из-за проблем с головой наверняка порой считал себя ничтожным, бесполезным.
Снегопад усилился, будто тот, кто его создал очень торопился покрыть мир белым саваном.
Справа раздалось шипение, из снежной пелены показалось призрачное щупальце. Будто белёсая конечность какой-то глубоководной твари, оно потянулось к Семёну с Татьяной. Движение было плавное. Видимо, странный снегопад хоть и не сковывал чудовищ, как людей, но, по крайней мере, замедлял. Впрочем, из-за плохой видимости они были столь же опасны, Семён щупальце не замечал, зато заметила Нонна, которая тут же вынула из кармана куртки электрошокер и буквально нырнула в белое пространство. В тот момент, когда эфемерный хобот почти достиг головы Семёна, послышались треск, хриплые звуки. А через пару секунд показалась Нонна.
— Одной мразью меньше, — в её голосе звенело торжество. — Даже такие старухи как я иногда бывают…
Договорить она не успела — из стены снегопада вывалился очередной монстр. Как-то натужно, будто при замедленной съёмке, он раскрыл пасть, щупальце, закручиваясь штопором устремилось к Семёну и Татьяне, словно кроме них двоих поблизости вовсе не было других жертв. Семён уже собирался положить Татьяну на снег и броситься в бой, но Нонна снова проявила инициативу, опередив его. Довольно резво для женщины её возраста она подбежала к монстру и яростно вдавила контакты электрошокера ему в горло. Падая, чудовище издало булькающие звуки, «хобот», конвульсивно дёргаясь, заполз обратно в глотку.
Марина злилась на себя из-за того, что больше не видела внутренним взором, где находятся монстры и откуда следует ожидать опасности. Совсем бесполезная. Совсем слабая. Причём в самый неподходящий момент.
Впрочем, вот уже и «Газель».
Нонна открыла дверь в салон. Семён занёс Татьяну внутрь, положил на сиденье, снова вышел, чтобы помочь Марине, которая уже была на последнем издыхании.
— Вижу вас-с, — прозвучало из белой мглы. — Всех вас-с вижу.
Голос был глухой, холодный, будто сама Зима вдруг нагрянула и заговорила. До этого мерно и плотно падающие снежные хлопья закружились, разорвав завесу и словно бы отстранившись от приближающейся старухи с чёрным зонтом.
— Вижу вас-с… — её глаза походили на серые льдинки. Локоны седых волос извивались будто какие-то причудливые водоросли в потоке воды. — Странные дела творятся… Этот снег… Кто-то вам помогает. Или что-то. Вы, ребята, не так просты, как кажетесь. Вот и Ярослав твердит о том же. Мы с Ярославом теперь лучшие друзья. Точнее — я просто обожаю его оторванную башку. Постоянно ношу её с собой. Жаль вы её не видите. Просто прекрасная башка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Варвара? — опешил Семён. Он словно бы тоже, как и Марина, лишился всех сил и стоял теперь растерянный, измождённый.
— Да, предатель Сёма, это я, хоть и не собственной персоной. Долго же эта старуха, наблюдательница, вас караулила.
Марина снова увидела на внутреннем локаторе чудовищ, их было много, и они приближались медленно. Если бы не чудесный снег, твари давно уже были бы здесь. Если бы не снег, ловушка Варвары сработала бы и оказалась смертельной.
— В машину! — резко приказала Нонна. Ей пришлось ударить Семёна по плечу, чтобы тот пришёл в себя. — Я сказала — в машину! Живо!
— Не так быстро! — осклабилась старуха. По её лицу прошла рябь, кожа стала серой с вкраплением чёрных пятен. Верхняя губа вздёрнулась, обнажив кривые коричневые зубы. — Я ещё не договорила!
Отбросив в сторону зонт, она прыгнула на Семёна точно гигантская жаба. Он пытался уклониться, но не успел. Тварь вцепилась в него, разорвала зубами ухо, вонзила когти в шею. Нонна, сообразив, что током сейчас бить тварь неразумно, вдарила ей рукоятью шокера по затылку. Семён шипел от боли, пытаясь сбросить старуху, но та будто бы к нему прилипла. А из мятежной пелены приближались другие монстры — справа появилась тень, слева.
«Ну же, соберись!» — приказала себе Марина, выдохнув облачко пара. Плохо соображая, она схватила старуху за волосы, рванула на себя. Нонна нанесла ещё удар рукоятью шокера, после чего нырнула в салон «Газели», выскочила спустя несколько мгновений с пневматическим пистолетом. Семён, побагровев от дикого напряжения, всё ещё пытался отодрать тварь от себя, снег под его ногами покраснел от крови.
— Марина, отойди, не мешай! — выкрикнула Нонна.
Будто из невероятных далей услышав её слова, Марина отшатнулась. Нонна тут же нажала на спусковой крючок, шприц с «лошадиной» дозой снотворного угодил в спину старухи. Та дёрнулась, взвизгнула, её начало трясти, да так мощно, словно в грудной клетке вдруг заработал отбойный молоток. Глаза выпучились, из широко раскрытой пасти в лицо Семёна хлынула ядовито-зелёная густая масса. Уродливая голова повернулась будто на шарнирах, часть зелёной жижи попала на куртку Марины. После этого старуха упала на снег, продолжая дёргаться, сучить ногами.
Нонна схватила за руку Семёна.
— В машину!
Он громко застонал, прижав ладони к лицу. Нонне пришлось втолкнуть его в салон, при этом она выдала порцию отборного мата. Марина нашла в себе силы, чтобы забраться в «Газель» самостоятельно, после чего совершенно изнеможённая рухнула на сиденье. Закрыв дверцу, Нонна быстро обошла газель, заняла место на водительском сиденье, завела двигатель — вовремя, потому что чудовища уже были рядом. Двигаясь неестественно плавно, словно пробираясь сквозь толщу воды, они обступили со всех сторон автомобиль, один из них — парень лет двадцати — ударил по лобовому стеклу изогнутой рукояткой старомодного зонта. Удар вышел слабым, на стекле даже царапины не осталось.
В салоне громко стонал Семён, всё ещё прижимая ладони к покрытому зелёной слизью лицу. Марина вцепилась в спинку переднего сиденья, её мутило, мысли в голове путались. Ей одновременно было нечем дышать и знобило.
Нонна включила заднюю скорость, отъехала метров на три, развернула «Газель» и рванула вперёд, специально направив автомобиль на парня с зонтом. Видимо, возомнив себя Эллен Рипли, она врезалась в монстра, переехала его и, судя по мимолётному радостно ожесточённому выражению на её лице, она в этот момент ощутила удовлетворение.
— Вот так, суки! — процедила. — Вот так!
«Газель» стремительно двигалась вдоль ограды больницы, свет фар с трудом пробивал снежную мглу. А позади шествовали монстры — будто зомби из фильмов Ромеро. Один из них наступил на старуху, которая словно бы таяла, растекалась, превращаясь в нечто бесформенное, желеобразное.
