нас и так разведут. Ну, может, будет чуть сложнее. Хотя мне кажется — проще.
Забираю из квартиры свои вещи.
Надеваю костюм «Шанель» - тот, который купил мне Демид.
Еду в «Матросскую тишину».
Никогда не была в подобном заведении, и, надеюсь, что больше бывать не придётся.
Меня трясёт, когда я прохожу контроль. Мой адвокат, Герман, со мной. Похлопывает по руке. Говорит, чтобы я не волновалась..
Помещение, в котором я встречаюсь с мужем — как в кино. Перегородка.
Телефонные трубки.
Смотрю на Ивана и не представляю, что ещё совсем недавно я жила с ним в стабильном, как мне казалось, браке, в браке, в котором были чувства взаимоуважение, понимание.
Иллюзия.
- Здравствуй, жена. Быстро ты переметнулась к конкуренту. — голос у него резкий, противный.
- До свидания, Яхонтов, в таком тоне разговаривать я не намерена.
Собираюсь встать, но слышу следующее его заявление:
- Характер не показывай. Знаю я про тебя всё. Как страусиха, голову в песок…
- Всё сказал?
- Молчи и слушай. Вы там с Ростовским думаете, что всё у вас схвачено, да? Что всё закончено. Что вы меня посадили и всё. — усмехается. — Наивные.
- Иван, что ты хотел от меня? Что тебе нужно?
- Мне нужно, чтобы ты помогла мне выйти. Убеди своего любовника, что так будет лучше. Он прекрасно знает, что есть лазейки. Я могу помочь следствию, я могу начать сотрудничать. Есть много интересного, что я могу еще рассказать. Только я хочу быть не тут, а там, ясно? Домашний арест меня устроит. Сделай это, Янина Думаешь, нашим детям не аукнется-то, что я тут? А тебе? Завтра же на твои клиники будет атака, все узнают, чья ты жена. Думаешь, клиентуры прибавится?
Твой бизнес рухнет без моей поддержки. Сына выпрут из его конторы — это тоже устроить ничего не стоит. Дочь из универа. Всё сейчас покупается и продаётся.
Поэтому поступи правильно, Янина. И давай повременим с разводом. Зачем тебе вообще свобода? За Ростовского замуж собралась? Думаешь, он женится? Клюнул на тебя? Дура ты, Янина, дура... У Демида все бабы всегда были — как модели, и малолетки. Ты бы хоть узнала о нём у людей-то! Он и жене изменял. Мне вообще с ним не сравниться. У него одновременно пять любовниц. Только в столице. Еще девочки есть в Сочи, во Владике.
- Прямо гигант... - не выдерживаю.
- Погоди, слушай. Демиду не ты нужна. Ему нужны документы, которые я спрятал.
Скажи, что я готов их отдать, только пусть... пусть поможет выйти.
- Это всё?
- Да, иди.
Говорит и вешает трубку, не давая мне шанса высказаться.
Да и что тут скажешь?
Всё это неприятно.
Я понимаю, что всё это враньё! Но... осадок остался.
Я на самом деле так мало знаю Демида.
Отношения у нас странные.
А если Иван прав?
Нет. Нет!
Он не может быть прав.
Он просто…
Герман задаёт пару вопросов. Провожает до выхода. Доволен, что я вела себя как надо.
А разговор наш с Иваном он слышал. Расскажет Демиду?
Нет, я, конечно, сама расскажу, просто…
Просто не хочу об этом думать.
И не хочу, чтобы Иван выходил.
Оказываюсь на улице и почему-то глубоко дышу.
Словно там, за периметром я не могла себе позволить вдоха.
Там другая атмосфера. Ты словно в параллельной вселенной.
Жутко.
Торможу у ворот. Поднимаю голову, чтобы на небо посмотреть, краем глаза замечаю движение — из остановившегося такси выходит девушка.
Арина?
Это Арина?
Но она же... Что она тут делает?
- Здравствуйте, Янина Вячеславовна
- НУ, здравствуй.
- Как там Ваня? Держится? Надеюсь, его скоро отпустят. Всё это... не более чем показательные выступления. На него у них ничего нет. Его просто подставили. Вы подставили с любовником. И об этом узнают все, если вы не заставите своего Ростовского отпустить моего Ивана.
- Свой, мой...Интересно ты говоришь, Арина. Скажи, зачем он тебе? Ну, вот так, в принципе? Не молодой, не самый богатый, да еще с таким геморроем?
- С таким геморроем как вы? Да уж, это реально проблема. Но всё решаемо. Иван выйдет, и мы будем жить долго и счастливо.
- БОГ В ПОМОЩЬ.
Поворачиваюсь и иду к машине.
Почему Арина здесь, её ведь должны были…
И как странно говорил Иван.
И Герман тоже вроде...растерян?
Адвокат Крестовский бывает растерян? Это нонсенс.
Выезжаю на дорогу.
Интересно, на что Иван рассчитывает? НУ, на что?
Демид приезжает поздно.
Мы с девочками уже поужинали, они ушли к себе, я жду в гостиной.
Он заходит, и как-то так странно смотрит.
Иду к нему, обнимаю, кладу голову на грудь.
- Соскучилась.
- Не поверила ему?
- А должна была?
- Я люблю тебя, Янина. Кажется... вот так.
48.
Оказывается, совсем не сложно говорить эти слова.
Люблю.
Не сложно, когда любишь.
Тогда просто плевать на условности. Говоришь и всё.
И ждешь... как приговора.
Она молчит.
Только обнимает Целует.
Это не ответ, конечно, но тоже хорошо, да?
Утешаю себя. Лучше так, чем... чем слушать враньё.
К вранью я привык, к правде — не очень.
Ночь нежная. Уютная такая. Семейная.
Хотел бы я так всегда?
Хотел бы. Определенно.
После таких ночей и работать в кайф.
Утром уезжаю слишком рано, все ещё спят. Хочу успеть до пробок, да и работы до хрена. По всем фронтам.
Сделка с арабами новая. Привет от Викули, у которой всё в шоколаде. В дубайском шоколаде.
После снова возвращаюсь к делу Яхонтова.
Еще раз слушаю запись разговора, которую привёз мне Герман.
Да, Яхонтов, конечно, конченая мразь.
Зря я позволил Янине пойти к нему. Ну, собственно, как позволил. Она особо не спрашивала.
«Ты считаешь, мне надо с ним встретиться?»
Я, как мужчина, неравнодушный к женщине, считал, что не надо.
А как сотрудник определённых правительственных структур.
Да, чёрт возьми, мне надо было, чтобы она туда пошла.
Я предполагал, что Яхонтов всё это скажет. Мне нужно было, чтобы он это сказал.
И всё-таки... Зря она не ушла сразу, хотела же…
ЕЙ пришлось всё это слушать.
А потом еще Арина.
Тут мой косяк. Этого я от Яхонтова и его компании не ожидал.
Оперативно выясняю кто позволил этой дряни не просто выйти из подполья, а еще и специально попасть в нужное время, в нужное место.
Да, у этого ублюдка еще остались если не верные друзья, то
