Карнаж записал на свой счет первую победу: воин понял, кто будет против него драться. Теперь оставалось самое сложное: орудовать невразумительной в прямом бою техникой шпионов, не оставляя Такеторе и шанса на сомнение.
Феникс уклонился от традиционного прямого удара и еле успел перепрыгнуть клинок. Противник резко бросился ему под ноги, явно собираясь подрубить колено. Кувырок назад, вроде бы, дал полукровке необходимую дистанцию, но Такетора с резкими выкриками бросился в атаку, запустив устрашающую серию ударов еще до того, как противник оказался на расстоянии клинка.
Карнаж безнадежно отступал, еле поспевая своим мечом за этим «ураганом».
И снова треклятый удар в ноги!
Феникс просто не успел сделать кувырок в сторону, неуклюже отбросив корпус на стену, что спасло его от смертельного выпада — после удара в подкате, Такетора перекатился еще ближе и рубанул снизу вверх. Когда острие клинка свистнуло в дюйме от носа полукровки, тот всё понял. Это была смерть о двух ногах, а не человек, даже при всех способностях, которыми обладал «ловец удачи»… Точнее, всё, чем они смогли помочь, было то, что он еще дышал!
Сколько времени герою положено играть с собственной смертью?… Карнаж не считал себя героем. Полукровка пришел в ужас от того, с кем ему пришлось связаться и, не теряя времени, решил уносить ноги. Заглушка на основании рукояти отошла, и слепящий порошок устремился в лицо Такеторы. Но тот был не так прост. Воин мотнул головой, закрыв глаза своими густыми волосами, и выбросил вперед клинок. Карнаж уловил момент и сцепил свой меч с мечом противника, сокращая дистанцию для удара ножнами. Но воин опередил его, проворно шагнув навстречу, вывернул рукоять и ударил ее основанием в живот «ловца удачи» с такой силой, что тот свалился на пол, судорожно пытаясь набрать в легкие воздух. Бандаж смягчил удар ровно настолько, чтобы Фениксу успеть прийти в себя и откатиться от мощного рубящего сверху.
Такетора не смутился тем, что меч засел в досках пола, а перехватил рукоять, громко рыкнул и провел следом за красноволосым борозду, осыпав того щепками и освободив кончик клинка.
— Черт возьми! — Карнаж вскочил и попятился, — Сударь, не стоит так усердствовать, иначе от вашего дома камня на камне не останется.
— Я убью тебя. Ты заплатишь мне за все, — отрешенно произнес Такетора, занося меч над головой.
Пустые черные глаза, не моргая, смотрели на полукровку. У того, признаться, от подобного взгляда пробежал мороз по коже. Ран'дьянская половина крови не спешила пробудиться так, как она это сделала в драке со шпионами или мистиками, хотя, казалось бы, здесь это было весьма кстати. Даже гораздо в большей степени «кстати», чем во всех предыдущих поединках. Откровенной панике Феникс не поддался только потому, что выпил отвар в старой хижине, однако понимал, что любое продолжение этого боя в любом случае окажется против него. Глаза внимательно осматривали зал, отыскивая путь к бегству. Вход был один, также как и выход, и там стояли двое воинов наблюдавшие поединок без особого интереса. Еще бы! Они то заранее знали, на что способен их молодой господин!
Такетора ринулся в новую атаку, орудуя мечом по-прежнему с той же холодной безжалостностью, которая не прощает ошибки или замешательства. Феникс старался не ошибаться, что в подобной схватке значило толком и не драться. Со стороны все выглядело так, будто молодой островитянин лихо гонял полукровку выше себя на три головы, а тот не знал куда деваться.
Но вот нагнал. Замах, удар и резкий бросок с колющим в спину, на уровне лопаток.
— Вот и всё, — заключил Такетора, застыв в выпаде, с торжеством гладя на повалившегося ничком противника.
Карнаж упал так, что левая рука оказалась под животом. Ей он осторожно забрался под куртку, стараясь незаметно зацепить несколько метательных пластин, прежде чем снова вскочить. Подкладка из драконьей чешуи на спине несколько раз уже позволяла ему огорошить противников в прошлом, и «ловец удачи» очень рассчитывал, что и в этот раз нужный эффект будет достигнут.
Такетора на мгновение задержал кончик своего меча на уровне глаз, прежде чем убрать его в ножны — ни капли крови:
— Что б тебя! — зрачки молодого воина расширились от неожиданной догадки.
С гортанным урчанием красноволосый подскочил к нему. Воин даже не переменился в лице, выставив перед грудью клинок. Отбив атаку, он сместился, занес меч… и в тот же миг резкий удар ступней в грудь отбросил его к стене.
Решение как поскорее прекратить эту «игру» пришло к Фениксу сразу же, как только он нашел среди метательных пластин маленький мешочек из грубой бумаги, что он прихватил с собой в качестве трофея после стычки со шпионами.
Такетора приготовился защищаться, но атаки не последовало. Молодой воин взревел, когда понял, что его противник пустился в бега.
Сторожа загородили выход, но им в ноги полетел тот самый мешочек, разорвавшись столбом густого белого дыма. Феникс уверенно нырнул в завесу и там уже не стал строить из себя адепта островитянской школы шпионов, а подсел под противников и в два мощных разворота угостил обоих — локтём в лицо и коленом в подбородок.
— Не-ет! Ты не уйдешь!!! — вскричал Такетора, устремляясь за Карнажем.
Выбежав в коридор «ловец удачи» обернулся и запустил руку под куртку. Он и не собирался уходить сразу, пусть и оказался в опасном положении, иначе все усилия грозили пойти псу под хвост.
Такетора и его телохранители не заставили себя долго ждать, а Феникс не стал жалеть манджи. Всё равно они достались ему почти даром, благодаря пристрастию к мародерству. Заточенные пластины засвистели в воздухе. Ранкен пускал их с двух рук, не останавливаясь и особо не целясь, ведь коридор был достаточно узким, и не давал воинам возможности маневра. Первый свалился где-то на середине, «поперхнувшись» засевшей в горле пластиной. Второй припал на колено, но Такетора подхватил его за шкирку и, выставив перед собой, продолжил наступление. Карнаж, чертыхаясь, шпиговал несчастного островитянина манджи, но тому было уже все равно, а вот нарастающий рык за спиной этого импровизированного щита, свидетельствовал о том, что уцелевший был зол как сто чертей и церемониться больше не собирался.
Труп телохранителя полетел в «ловца удачи». В это мгновение его чуткое острое ухо уловило, как скрипнули половицы наружной двери за спиной. Феникс размазался по стене, подхватывая труп и отправляя его дальше по коридору, в сторону еще двоих телохранителей.
— Он мой! — рявкнул Такетора, когда воины оттолкнули тело, готовясь атаковать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
