почему-то, посмотрели на Гретту.
— Откуда я знаю?! — взвилась Темная, отчаянно краснея и потрясая заляпанной ложкой, награждая всех и вся вокруг кусками подгоревшей субстанции — Уполз куда-то, видимо… Я что, за всеми следить должна?
— Так а… Как ?
— Вот так — устало вздохнул вир — К трем утра уважаемая вира Градейн окончательно…
— Устала! Ясно? Я устала! Эти идиоты не в состоянии просто стащить одну из кроватей сверху и поставить ее в будуаре!
— Зачем? — не к месту, видимо, спросила я.
— Как зачем? А где твой драгоценный супруг спать будет? В твою комнату я его не пущу однозначно!
— Как интересно — протянул инквизитор — От чего же? Кажется мне, что спать с женой это как бы нормально.
Ведьма замерла истуканом на скамейке, а потом стремительно побледнела и снова покраснела:
— Только не при гостях! — наконец, пафосно выдала она.
Мы с мужчиной вновь переглянулись:
— К слову, дорогая кузина, Вас никто и не собирался приглашать… присутствовать.
— Но… но я буду знать, что за бесстыдство твориться за вашими дверями — пафосно взвыла палящаяся по всем направлениям ведьма — И могу не вынести этого!
— Куда как проще вынести мои вещи. Причем из моей спальни — хмыкнул вир.
— Это гостевая спальня — вновь вздернула нос ведьма — А я гость! Так что, спальня моя!
— А я где должен жить? — ухмыльнулся маг — Съезжать от молодой жены в медовый месяц… Нет уж, увольте! Общество не поймет.
— А…
— А то что оно поймет, я совсем не хочу, чтобы понимали в отношении меня — припечатал он — Я живу здесь.
— В будуаре — уперто надулась Гретта — Мы вчера спешно переоборудовали его во вторую спальню. Да. Между прочим, в свете вообще принято, чтобы супруги имели отдельные спальни!
— Мы имели — многозначительно вставил инквизитор.
— Это была гостевая — уперлась Верховная — Теперь все встало на свои места! Благодаря мне.
— А повар? — несмело вернулась к истокам я.
— Откуда я знаю, где он?! — снова тут же взвилась ведьма — Поищи сама. Под тумбами, может. Да откуда я вообще должна это знать?!
— Но это же Вы его обратили в очередную ползучую тварь — развел руками вир.
— Он просто не вовремя сунулся в коридор! — возмутилась Темная — Я не в него целилась!
— Так… — потрясла головой я. После мигрени она, бывало, еще могла оставаться слегка контуженной — То есть повара у нас теперь нет?
— Нет — вздохнул инквизитор — И слуг нет. Те двое, которых удалось отловить и обратить обратно, едва вновь заимели руки сразу написали заявление на увольнение. В целом, можно понять людей, дюжину раз за ночь сменивших внешний вид с земноводного на пресмыкающееся и обратно. Еще один лакей где-то прячется. Но не спрашивайте меня, кого искать. Я под конец упустил, кто в каком обличии сейчас остался.
— Значит нет — кивнула я — А завтрак?
— А вот завтрак, если верить нашей кузине, у нас как раз скоро будет готов. Не так ли, дорогая вира Градейн?
— Сказала же, что будет! — взвизгнула ведьма, отчаянно мешая что-то в котелке.
К стати, в моем котелке! Да-а! В том, который для зелий. И не сказать, чтобы мыла я его всегда тщательно. Да и, если что, попробуйте сами печень покойника, замешанную с жабьими глазами оттереть от стенок. Не так оно и просто! Особенно, если не сильно и надо.
— Э… Гретта, а что там варится? — заискивающе проговорила я, кивая подбородком на бурлящий неизвестной субстанцией котел.
— Каша — огрызнулась ведьма.
И еще усердней принялась мешать содержимое.
— Эм… Гретта, а почему в этом котелке?
— Он мне понравился — процедила Темная — А что?
— Нет, ничего. Оно понятно. Мне он тоже понравился, в свое время. Удобный, да?
— Нормальный… А что такое-то?
Я замялась под тяжелым взглядом инквизитора и, обреченно вздохнув, проговорила:
— Это ведьмовской. Я в нем магические ингредиенты готовлю.
В кухне стало тихо. Все с сомнением взглянули на блестящий предмет посуды, в котором жизнерадостно булькало то, что Верховная оптимистично считала кашей.
— Ясно — медленно кивнула она и снова помешала субстанцию — Я и варенье добавила. Из баночки с синей этикеткой. И там же, в крынке с белой восковой крышечкой, масло медовое взяла.
— С верхней полки? — зачем-то уточнила я, хотя уже прекрасно понимала, что завтрак не состоится — А почему с верхней? Туда же и не забраться… без стремянки. Потому там и хранила…
— Если на стол табуретку поставить, то вполне дотягиваешься — отрешенно проговорила Гретта — И ведь сразу ясно, что чем сложнее достать, тем вкуснее варенье. А высоко, чтобы никто не достал и не съел… Это не варенье было, да?
— Не оно — кивнула я и снова вздохнула.
— А что?
— Ой, умоляю вас, давайте без подробностей? — вдруг взмолился инквизитор — Довольно того, что есть это никто не будет!
«Это» обижено булькнуло смачным пузырем и, вдруг, выдало вверх столп голубого дыма.
Кухня снова замерла в настороженной тишине, неожиданно прерванной руладами голодного мужского желудка.
— Готово — задумчиво склонив голову на бок, определила Гретта — Накладывать?
— Увольте — выставил вперед ладони инквизитор — Это не съедобно!
В ответ «это» всколыхнулось в котелке бесформенной массой скорби и, кажется, даже немного поднялось, словно тесто в запаре.
— Вот Вы не пробывали, а сразу критикуете — обиделась Гретта — Конечно! Обидеть творца может каждый…
— Я предлагаю просто сварить другую кашу — устало вздохнул вир.
— Или ничего больше не варить — буркнула я — Тем более, что делать этого никто, кажется, не умеет.
— Или приманить повара, а потом его колдануть обратно! — оживилась ведьма.
— Чтобы он тут же уволился без выходного пособия — припечатал наши надежды вир — Давайте другую кастрюлю. И отойдите от плиты. Сейчас что-нибудь приготовим.
Он уверенно поднялся со стула, снял с крюка чистую, блестящую отполированным медным боком емкость и набрал в нее свежей воды. Котелок с остывающим нечто был аккуратно отставлен в бок, а горящая конфорка приняла на себя новый кулинарный удар.
Полчаса спустя по кухне поплыл вкусный запах доходящей овсянки, щедро
