сдобренной липовым медом и отборным сливочным маслом.
Вир порхал вокруг плиты, словно одухотворенный творческим экстазом эльф вокруг новой скульптуры. А уж как скульптурно прорисовывались при этом рельефные мышцы накаченной спины под черным шелком инквизиторской сорочки! А могучий бицепс, который едва не порвал тонкий рукав, когда вир переставлял тяжелое ведро с водой! А эти упругие яг…кхм…
На этом месте я вслух прокашлялась и с ужасом отметила что покраснела. Благо хоть мой новообретенный "пока еще супруг" был сильно занят готовкой, а потому не смог всласть полюбоваться моим смущением.
— Слушай, Делия, — вполголоса прошептала Гретта, которая, в отличии от Деймона все прекрасно видела. Кстати, она и его достоинства не упустила. Даже комментировала то тихим свистом, то неприличным причмокиванием — А скажи мне, вот экземпляр как бы сразу должен совсем помереть? Или есть варианты?
— Какие еще варианты? — хмуро огрызнулась я.
— Ну какие они бывают? Слушай, я все понимаю. Ты у нас молодая еще. Необъезженная. Может оно тебе и не надо. А мне ох как пригодилось бы. Так дай старушке погонять! Я потом верну. Прям честно-честно!
— Вы о чем? — громко спросила я, подозрительно прищуриваясь на Верховную.
— О чем, о чем… О готовке, само собой — недовольно поджимая губы на быстро развернувшегося в нашу сторону инквизитора, выдала Гретта — И вообще, повар-это мужская профессия.
— Конечно — вежливо, отозвался вир, аккуратно (не в пример палящей ведьме) помешивая аппетитное варево.
Потом он наклонился к нижней полке, за изюмом. Темная снова присвистнула.
А я сидела и, подперев рукой щеку и любовалась идеалистической картинкой. Нет, все-таки, что ни говорите, а вид кашеварящего мужчины это нечто!
«Если готовит вкусно, то, пожалуй, оставлю его себе» — неожиданно подумалось мне — « А то и правда Гретта к себе переманит».
«Временно!» — тут же поправила розовые мечты внутренняя ведьма и шлепнула меня ментальной метлой под зад — «Исключительно поелику нам жрать что-то надо! А сами мы готовить не могем.»
Я, нерешительно, с ней согласилась. Нет, ну правда. Именно поэтому. Почему еще-то? Не из-за его выдающегося пресса же…И не из-за поцелуя, который, совершенно не кстати снова всплыл в голове.
Хозяйственный мужчина, тем временем, достал с полки чистые тарелки и выставил их около плиты:
— Все, уважаемые дамы. Готов пригласить Вас к столу — с неожиданно доброй улыбкой проговорил он, накладывая первую порцию и выставляя ее рядом собой, на приготовленный поднос — Многого не ожидайте. Но когда мы проходили практику на границе с Дикими землями, кашеварить в походе, само собой, приходилось. Надеюсь, навык не растерял.
— Ах, не томите уже, любезный — почти в экстазе простонала Гретта — Я по запаху чую, что Ваши навыки в этой области просто ошеломляюще.
— Оказывается, путь к сердцу Темной ведьмы-то лежит через желудок — рассмеялся инквизитор — Скажу в Ордене — меня озолотят, поди!
— За всех ведьм не скажу — фыркнула Темная — Но лично я Ваша навеки, если Вы меня сейчас накормите.
— Всенепременно — выдал изящнейший поклон вир — А Вы, Делия? Тоже станете «навеки моей»?
— А я просто не прибью Вас, пожалуй, от голодной злости — фыркнула я — Но, поверьте мне, это тоже очень дорогого стоит.
— Тогда не буду более играть с такой серьезной опасностью — покачал головой мужчина и развернулся к плите.
А дальше мы все замолчали и впали в стопор.
Потому что только что разложенной по тарелкам каши больше не было.
То есть, тарелки как раз были. Они стояли на приготовленном подносе. И даже намекали нам своим испачканным дном, что каша там была. Когда-то. Но вот именно теперь ее там не наблюдалось.
Глава 19
Итак, совершенно пустые тарелки стояли рядом с плитой и всячески намекали, что каша в них еще совсем недавно точно была. Но куда-то делась.
— Очень странно — прокомментировал очевидное инквизитор — Я определенно наполнял тарелки кашей.
— Да — сухо согласилась Гретта, тут же теряя легкомысленность и подскакивая к плите — Чую остатки магии.
— Темной магии — вставила свои пять копеек и я, обследуя пустую посуду.
— Как интересно — задумчиво протянул вир — Зачем кому-то каша?
Мы согласно кивнули, не сводя взгляда с подноса.
Ответа у нас не было. Как, собственно, и новой порции каши. Точнее, она была, но максимум одна. И то, если как следует поскрести по стенкам кастрюли.
— Нет, еще одну сварить я не успею — правильно оценив наши просительные взгляды, помотал головой мужчина — Мне через полчаса нужно быть в Управлении.
В кухне ощутимо запахло безнадегой и унынием. И остатками каши. Которая совершенно определенно куда-то делась. А мы все так на нее рассчитывали.
— А давайте проведем эксперимент? — вдруг, предложила ведьма.
И, ничего никому не объясняя, выложила в тарелку те самые, жалкие остатки питательной смеси.
— Вообще-то, я очень рассчитывал на эту порцию — почти обиженно, пробубнил вир.
— Тю! Я может тоже рассчитывала. Особенно на то, что Вы, будучи джентельменом, уступите пищу мне.
— Почему это? — возмутился мужчина.
— Потому что я женщина — тут же вскинулась ведьма.
— Я, кстати, тоже женщина — буркнула я, сглатывая голодную слюну — Почему не мне?
— Тогда по старшинству — уверенно припечатала Темная — Если, конечно, нам вообще останется что делить.
И мы, не сговариваясь, попятились к столу, не сводя взглядов с тарелки.
Пару мгновений ничего не происходило. Я уж, было, сделала плавное движение вперед, чтобы первой бросаться к остаткам каши, как вдруг, забытый нами остывший котел с невнятным варевом, сотворенным Верховной, привлек внимание.
Внутри медной емкости всколыхнулась и тихо булькнула невнятная жижа. Поверхность субстанции дернулась, всхлипнула и медленно поднялась кверху, образуя остроконечный холм, пестрящий комками не проваренной крупы. Холм рос и рос, возвышаясь над краями посуды. Целостная, поначалу, структура натягивалась, словно покрытая пленкой. А, затем, внезапно лопнула посередине, образуя этакий провал. Черное жерло пару раз открылось и закрылось. И, внезапно, ухмыльнулось этой дырой, словно беззубым ртом. Следом, с обеих сторон холма вытянулись в бок два тонких отростка, которые тут же, словно осминожьи щупальца, заколыхались на сквозняке.
Ведьмина каша осторожно оглянулась по сторонам, но, не иначе как за отсутствием глаз, ничего подозрительного не обнаружила. Тогда, чуть наклонившись к тарелке, наполненной едой, она аккуратно прихватила
