тогда мне уже никто не сможет помочь! Прошу вас, Алиса Сергеевна, вы поклялись оберегать меня!
— Ладно, — недовольно фыркнула аристократка, но затем хорошее настроение вновь вернулось к ней, потому что в голове созрел новый, куда более эффектный и безумный план.
* * *
Направляясь в редакцию, я решил зайти в лавку Сергея Сергеевича Евсеева. Во-первых, на прошлой неделе мне пришла в голову идея сделать небольшую кухонную зону в нашем офисе и нужно было наполнить её всякими вкусностями. Вспомнив офисы крупных IT-компаний из моего времени, я подумал что неплохо было бы перенять оттуда практику бесплатного снэк-бара для работников.
Мне хотелось сделать Невский вестник и Голос улиц лучшими не только для читателей, но и для работников. Чтобы наш офис стал образцово-показательным и владельцы фабрик и предприятий увидели, что счастливый и довольный сотрудник работает куда эффективнее. Ведь то, насколько человеку приятно находиться на работе — это очень важно. Чтобы он с улыбкой и хорошим настроение шёл в офис, зная, что там ему будет хорошо.
Это немаловажный момент в том числе и в вопросе лояльности моих людей. Сейчас, когда я стал рупором перемен и объявил незримую войну старому порядку, мне очень важно, чтобы окружающие люди были преданы мне на сто процентов.
Ну а во-вторых, я хотел проведать Сергея Сергеевича и узнать как у него обстоят дела. С тех пор, как с моей подачи они с Севастьяновым помирились, Евсеев пропал из моего поля зрения. А означало это одно из двух: либо у него всё хорошо, либо…
— Предатель и лицемер! — услышал я разгорячённый голос Виктора Наумовича. — Как ты можешь целовать свою жену этим ртом, что изрекает подобную ложь⁈
Ох, похоже перемирие продлилось недолго, — выдохнул я и направился к толпе людей в сквере рядом с лавкой Евсеева.
— Это я то лгу? — эмоционально воскликнул Сергей Сергеевич. — А доказательства будут? Или опять надо «просто верить»?
— Иуда! — ударил его соперник по скамейке, на которой между ними стояла шахматная доска.
Поле подскочило и шахматные фигуры разлетелись в разные стороны.
— Доказательства, уважаемый, — постучал пальцем по пустой доске Евсеев.
— Репутации Даниила Александровича тебе недостаточно⁈ — картинно огляделся Виктор Наумович по сторонам в поисках поддержки окружающих, благо меня он не заметил.
Мне не хотелось вмешиваться, чтобы понять истинную причину их разгоревшегося спора, тем более она видимо напрямую связана со мной.
— Даниила Александровича я безмерно уважаю и ни на секунду не сомневаюсь в его словах, — тут же оборонительно приподнял руки его собеседник. — А вот как мне знать, что самого Даниила не ввели в заблуждение? Как он узнал, что Хозяйка кухни — действительно служанка в чьём-то поместье, а не какой-нибудь бородатый выдумщик, сочинивший там всё до последнего слова?
— Вот те крест! — судорожно перекрестился Севастьянов, на что Евсеев лишь отмахнулся, откинувшись на спинку скамейки и отвернувшись.
Я не выдержал и рассмеялся. Они сейчас спорили из-за статьи в Голосе улиц и похоже, что окружавших их людей тоже крайне интересовала эта тема. Вот что значит действительно популярная народная газета.
— Даниил Александрович! — лучезарно улыбнулся стильный дедок, когда все люди обернулись на мой смех. — Вы не представляете как вовремя тут появились! Скажите этому Фоме неверующему, что вы не занимаетесь обманом людей и Хозяйка кухни — настоящая!
Мне никак не удавалось сдерживать широченную улыбку. В какой-то момент у меня даже устали щёки.
— Вот видишь, старый? Смеётся он над тобой, потому что обвели тебя вокруг пальца, как ребёнка доверчивого! — тут же приободрился Сергей Сергеевич.
— Неужто неправда в статье той понаписана? — притихшим голосом спросил седовласый старичок, обмякнув на скамейке.
— Чистейшая правда, — поспешил я успокоить эмоционального бакалейщика.
— Ага! Говорил же тебе, плут! — мгновенно вскочил он и ткнул пальцем в опешившего от такого Евсеева.
— Но доля истины в подозрениях Сергея Сергеевича имеется, — хитро произнёс я.
— Так шож нам думать то⁈ — схватился за голову ничего не понимающий Севастьянов.
И опять я не смог сдержать улыбку:
— Думать то, что думается. Но дабы разрешить ваш спор, то отвечу: я лично знаком с Хозяйкой кухни и всё, что написано в статье — чистейшая правда до последнего слова.
— А почему тогда он прав? — уточнил старичок, указывая на своего соседа по скамейке.
На что я загадочно пожал плечами, лишь раззадорив их любопытство. Уверен, что теперь все эти люди будут ещё пристальнее следить за статьями Распутиной.
— Могу лишь сказать, что Хозяйка кухни — юная и прекрасная особа. И больше — ничего, — подмигнул я и провёл сложенными пальцами по губам, показывая, что рот мой теперь на замке.
— Жаль, что не узнать кто это, я бы этой красавице написал парочку писем, — игриво присвистнул дед.
— Витя, конверты побереги! Тебя Любава в лавке ждёт, — прописал ему дружеский подзатыльник Евсеев, а затем добавил: — Но конечно жаль всё-таки, что нельзя написать, есть у меня парочка вопросов к её статье. Страсть как интересно узнать некоторые детали, может вы, Даниил Александрович спросите у Хозяйки, а потом нам расскажете?
Толпа вокруг тут же разразилась одобрительными возгласами.
Вот так попал. Они ведь не ограничатся «парочкой вопросиков». Тут как нельзя кстати подойдёт пословица про «дай палец — руку откусят». Так что надо было решать этот вопрос, тем более читательский интерес — это ведь прекрасно, главное им умело воспользоваться. А пользоваться представившимися возможностями я умею пожалуй лучше всех в этом мире.
— Уважаемые, во-первых, большое спасибо что читаете наши газеты. Именно ради вас мы и работаем не покладая рук. А во-вторых, уже со следующего выпуска вы сможете присылать письма с благодарностями, вопросами и комментариями вашим любимым авторам, — подался я вперёд, окинув всех присутствующих уверенным взглядом.
Люди вокруг тут же зааплодировали и принялись обсуждать между собой что необходимо спросить в первую очередь и у кого.
— Также, самые лучшие вопросы и комментарии попадут на страницы Голоса улиц вместе с упоминаниями фамилий приславших их людей, — добавил я, окончательно приводя людей в состояние эйфории.
Ещё по прошлой жизни я помнил, насколько ценным и важным для обычного человека было попасть в телевизор или на страницы газет. Даже малейшее упоминание, один кадр, одна фраза — и это навсегда останется в его памяти ярчайшим воспоминанием. Недели он будет показывать газеты со его напечатанным вопросам всем родственникам и друзьям, заодно продвигая и популяризируя наше издание.
Подходя к редакции, я уже мысленно набросал намётки того, как это будет работать и сколько человек понадобится. А по моим прикидкам, эта затея будет пользоваться бешеной популярностью
