внимание в два фокуса — на собственных действиях и на Асире, который сидел вполоборота, опираясь локтем на мраморный бортик, слушал Рабаха, иногда делал глоток из тяжелого золотого кубка и вроде бы вовсе не смотрел ни на своих анх, ни в целом на то, что творится вокруг. Но фонтан точно попадал в поле его зрения.
Легкие касания шелка к коже стали почти нестерпимыми, каждое прикосновение вызывало острый всплеск возбуждения. А ведь это всего лишь тряпка! Не руки ее кродаха. Сейчас Лин не могла представить, как отозвалась бы на прикосновения Асира. Но очень хотела узнать.
Она еще замедлила шаг перед фонтаном, выжидая вполне конкретного момента. Отстраненно отметила, что Лалия села на бортик и смотрела на нее с веселым ожиданием. Но сейчас почти все вокруг было неважным. Струи воды плотной завесой взметнулись ввысь и опали, обдав прохладными брызгами, рассыпались дюжиной или около небольших фонтанчиков. И Лин шагнула в воду.
Этот фонтан точно не был рассчитан на купание, вода едва добиралась до коленей. Но для пришедшей в голову Лин безумной мысли подходил как нельзя лучше.
Она шла, касаясь ладонью округлых вершин фонтанчиков, словно лаская их. Шаг, другой, третий… Только она и эти такие мягкие сейчас струи, как будто вокруг — ни души, никого и ничего. Не смотреть. Она и без того слишком ясно ощущала, как все больше щекочут спину чужие взгляды. Но среди всех этих взглядов точно есть один, ради которого все и затевалось. А на других — плевать.
Лин безошибочно уловила момент, когда напор воды ударил в ладонь. После «низкой» фазы фонтан раскрывался, словно цветок, вода падала по высокой дуге.
«А еще я обещала стриптиз», — и она не просто шагнула, а ушла от бьющих прямо в нее струй почти танцевальным поворотом. Медленным и тягучим, потому что вода не давала двигаться быстро и резко, тормозила, сковывала ноги. Но ведь ее обычная манера резко двигаться сейчас совсем не к месту, она ведь пытается танец изобразить, а не бой с тенью. Вскинула руки над головой. Да, высоты как раз хватало, Лин спокойно стояла в полный рост внутри водяного шатра, и очень удачно все кродахи, которые могли сейчас на нее пялиться, смазывались водой. Она не хотела их видеть. Лин медленно закружилась, подставляя ладони под тугие струи, рассыпая брызги. Мокрый шелк облепил тело. Сейчас рисунок сменится, после «цветка» фонтан начнет кружиться, надо снова оказаться за водной завесой. Бездна, как все это смущает! Ведь Асир смотрит, точно смотрит.
Шаг в глубину чаши, внутрь круга металлических блестящих сопел — шаг, и в тот же миг вода поднимается стеной вверх. Хорошо, что накидка завязана не слишком тугим узлом, а то ведь мокрую не развязала бы! «Предки, что я творю⁈» — Лин зажала в кулаках углы накидки, вскинула руки вверх одновременно со всплеском воды — и разжала пальцы. Мокрый шелк скользнул по спине, обвился вокруг ног, и вода смыла и унесла его.
Щеки полыхали. Да если бы не приятно прохладная вода, она бы горела вся, а самое пугающее — Лин не знала, что делать теперь. Как завершить эту слишком эффектную для нее демонстрацию? Она медленно повернулась лицом к залу, и в тот же миг вода опала, фонтан снова журчал мягко и плавно, едва выкидывая небольшие струи. И снова, как в начале, Лин провела ладонью по их вершинам. Подняла голову и нашла Асира. Кажется, впервые за этот вечер он смотрел на нее, только на нее, ни на что и ни на кого не отвлекаясь. Лин не могла отсюда разобрать ни выражения лица, ни взгляда, не могла учуять и угадать по запаху, что он думает обо всем этом, но тело реагировало без подсказок. Телу было жарко и томно, и никакая холодная вода под ногами не могла отвлечь. А еще от этого неразличимого, но, похоже, очень внимательного взгляда слабели колени, и остро захотелось куда-нибудь сесть. Да вот хоть сюда, на бортик, рядом с Лалией и Хессой.
Шаг, другой… до бортика оказалось почему-то очень далеко, особенно когда смотришь на Асира и не можешь отвести взгляд, а вода держит ноги и мешает, и каждый шаг растягивается как будто на вечность. Словно не в воде идешь, а в тягучем сиропе… нет, вот почему в голову лезут именно такие сравнения? Не смола какая-нибудь, а вязкий сладкий сироп, густой мед, скользкое массажное масло…
Кажется, если бы Лалия с Хессой не подхватили, она бы села мимо бортика. Хотя, может, стало бы легче. Охладиться, ей точно нужно охладиться! Лин зачерпнула воду обеими ладонями, прижала к горящему лицу. Пробормотала:
— Надеюсь, это было не слишком смешно.
— Смешно было наблюдать за остальными, — Лалия протянула ей высокий бокал, только, похоже, не с вином. Лин отпила крохотный глоток и благодарно кивнула: ледяная вода с лимоном и мятой, то что нужно! — А я-то все думала, зачем тебе покрывало. А ты, оказывается, хотела показательно его снять. Что ж, это выглядело… захватывающе.
— И стало от этого скорее жарче, чем прохладнее, — добавила Хесса.
— Не поспоришь, — Лин жадно отпила из бокала. Острый вкус лимонада щекотал язык, но вдруг представилось, что Лалия могла бы взять для нее и шербет… Лин поперхнулась, закашлявшись. Подумала, как ощущался бы поцелуй с Асиром, будь вместо тягучей сладости шербета лимонно-мятная прохлада. И едва не застонала в голос.
Может, просто и без затей нырнуть в фонтан снова? То есть без всяких танцев и стриптизов, просто лечь на дно прямо здесь, у бортика? На минуточку?
— Эй, что с тобой? — с опаской спросила Хесса.
— Крыша едет, — буркнула Лин. — На почве окружающего разврата.
— Какие у тебя забавные определения, — Лалия зачерпнула воды и позволила ей стечь с пальцев. — Здесь запахи ощущаются меньше, но, боюсь, нам пора. Похоже, план с фонтаном оказался удачным, и притянулись все, кто должен был. Впрочем, не только они, но лишних отпугнет владыка.
— Интересно, сколько наших цыпочек бросятся купаться на глазах у кродахов в фонтане сераля? — фыркнула Хесса, вставая.
— И не только наших, я даже за городские фонтаны теперь всерьез опасаюсь, — улыбнулась Лалия. — Лин, это уже второе модное веяние, в котором ты виновата. Но оно, пожалуй, интереснее первого.
Лин заглянула в бокал — там еще оставалось два или три глотка лимонада. Нашла взглядом Асира — он неторопливо возвращался
