конец эпидемии. Многие епископы говорили, что видели в своих снах Михаила, и это помогало им побороть войну и голод. Некоторые даже считали, что он победил короля ада, низвергнув его с небес на землю и дальше в ад.
Но дело обстояло совершенно по-другому. Хотя битва и была, но никто никого не низвергал.
Сейчас Михаил находился в теле какого-то мужчины средних лет. И другие люди бы даже не поняли, что перед ними стоял архангел. Почти не поняли. Если бы только он спрятал свои белоснежные крылья. Архангел не мог появиться в этом мире так просто. Такого проклятье их босса. Истинная форма архангелов может погубить множество людей и уничтожить всё вокруг себя. Хорошие парни, я же говорил.
Но Михаил отличался от своих братьев тем, что мог безболезненно использовать тела людей так, что они даже и не вспомнят, что в них кто-то вторгся. И никаких повреждений физическая оболочка не понесёт.
Михаил не боялся использовать сейчас частичную трансформацию. Людей на улицах не было. И вдобавок ко всему он применил купол, чтобы никто не увидел нашу маленькую беседу. Время было ненадолго остановлено ради разговора тет-а-тет.
— Ты переборщил, — ещё раз сказал Михаил и взмахнул крыльями.
— Разве? Я ничего не делал, — скучающе сказал я и даже не соврал. Я вообще ничего не делал, лишь не вмешивался в битву брата. И даже если мне это вышло боком, то Михаилу я ничего не скажу. Признаться в своей ошибке ангелу? Глупость.
— Именно. Ты ничего не делал, — покачал головой Михаил. — А мог бы. Должен был.
Общались мы с ним как старые добрые друзья. Будто никогда не воевали. Словно мы просто встретились на улице и вели беседу о погоде, а не о том, что только что в мире умерло три епископа.
И даже если Михаил отчасти и сочувствовал приспешникам Бога, то в данную минуту его больше волновало, что ошибка была моей. Удобненько переложил ответственность. А могли бы ангельской братией помочь своим последователям. Но как я уже и говорил, обычно они и пальцем не пошевелят, чтобы что-то сделать.
— Мог бы? — поднял я бровь. — Не припомню, чтобы я был кому-то «должен». Может, напомнишь, когда я успел стать должником? Обычно должны как раз-таки мне.
Михаил лишь тонко улыбнулся и посмотрел на меня в упор. Пытался прочесть будущее? Разве он не помнил, что на мне такое не сработает? Давненько мы с ним не виделись, раз архангел забыл про такое.
— Разве ты не чувствуешь себя ответственным за поступки свои и своего брата? Вы подняли такой шум, что простые ангелы судачат о том, что происходит здесь, в мире людей, — продолжил гнуть свою линию Михаил.
— Я ответственен только за себя. Брат взрослый мальчик и может сам нести ответственность за свои поступки, — протянул я. — И разве произошло что-то такое, чтобы прибыл ты? Всего лишь три человека умерло. Не припомню, чтобы вас когда-то волновала гибель даже ваших последователей. А тут говоришь «шум»… Что-то не сходится.
— Босс недоволен, — всё же сказал истинную причину Михаил, поморщившись от упоминания их действий. Даже если архангелу это не нравилось, но такова была политика конторы, в которой они «работали». Люди сами должны справляться со своими проблемами. — Он обеспокоен такой выходкой. Баланс нарушен.
— Я уже передал вашей шестёрке, что если «босс» хочет поговорить, то пусть приходит сам. Он не отсидел себе седалище на своём белоснежном троне? Не слепит глаза святость и белый цвет? Я вот устаю от белого.
Архангел нахмурился и усилил сияние крыльев, говоря о серьёзности своих намерений. Но и я не стоял сложа руки. Точнее, даже не я. А мои подчинённые. Боевые товарищи, которые решили показать даже архангелу, где пряники ночуют. Или говорится: «где раки зимуют»? Кстати, сложный вопрос. Действительно, где?
Михаил оглядел пространство вокруг себя, заметив демоническую магию. Да, мои творения были созданиями Зоны, то есть ада. Для простых обывателей они являлись простыми пряниками, но архангел понял их истинную суть. Таково его предназначение.
Пряники уже окружили Михаила плотным кольцом. Среди этого войска я даже заметил последних мутантов, которые всё не хотели просыпаться. А эти парни суровы. Они были похожи на качков и сейчас натурально увеличились в размерах, идя впереди всех, будто танки, чтобы защитить более слабых бойцов.
— Это что, шутка? Пряничные демоны? — поднял бровь Михаил, совсем забыв о цели своего визита.
— А ты видишь что-то другое? — спросил я архангела. — Это их выбор. Ты им не нравишься. Но имей в виду — если ты нападёшь на них, я приму это как нападение на меня.
Архангел просчитывал варианты событий. Если он сейчас атакует хоть меня, хоть пряников, то это качнёт чашу баланса сильнее, чем смерть епископов. А половина города, если не весь, будут разрушены, когда я вступлю в бой. Даже если я буду атаковать в полсилы, то пострадают люди, а Михаил этого не хотел.
— Фер, простыми словами в следующий раз это не закончится, — всё же принял решение архангел, делая шаг назад.
Я скомандовал отступление пряникам. Раз уж он решил уйти, то почему бы не помочь ему? Я бы ещё и пнул его напоследок, но что-то лениво. Хотя… Нет, пряники тоже не будут пинать. Всё же дом был слишком близко, и я бы так же, как и Михаил, не хотел, чтобы пострадали люди. Но если архангела заботили незнакомцы, то я беспокоился о своих.
— Да? — я оскалился. Крылья Михаила дрогнули. — Давай. С удовольствием повешу в своём замке на стену ещё одни ваши крылья. Трофеи нужно собирать. Ты не забыл, что стало с Иегудиилом? Насколько я помню, вы потом долго оплакивали его кончину. Его душа растворилась в небытие без права на перерождение.
Михаил нахмурился и кивнул, поняв угрозу. Мгновение, и он взмахивает крыльями, чтобы скрыться в сумерках, плавно перетекающими в ночь.
Сзади послышался шорох. В дверях стояла Элеонора. Она сделала небольшой шаг на улицу. В глазах читался полнейший шок и непонимание ситуации. Давно ли Михаил снял остановку времени? И как много слышала и видела Элеонора?
— Что это нахрен такое было⁈ — были первые её слова.
Глава 22
Конец войны? Не все так просто
Я смотрел на Элеонору, которую мелко потряхивало, и думал. Что бы ей
