Звуки сонаров приближались. А ему еще три мешка осталось.
Он снова ринулся прочь, таща за собой дурацкие мешки с экспериментальной взрывчаткой, изо всех сил загребая хвостом, судорожно прокачивая воду жабрами. Тупые беспилотники, по всей видимости, уже определили его позицию. Надо дать им причину не подплывать сюда. Он достал из мешка детонатор и отвертку, и широко развел руки в стороны. Следующий импульс сонара отразился от двух твердых объектов. Предметы небольшие, но звук отражают куда сильнее, чем лед, и по ним легче определить скорость и курс. Стиллс убрал инструменты обратно в мешок и сменил направление. Импульсы сонаров тоже сменили направление и интенсивность.
Эти долбаки теперь совсем взбесились.
45
Кассандра, Белизариус, майор Иеканджика и Святой Матфей приближались на «Бояке» к Зоне Контроля Орбитального Движения Свободного Города.
– Ты не можешь знать точно, что Куклы станут думать именно таким образом, – сказал Святой Матфей.
– Естественно, могу, – ответил Белизариус.
Кассандра наклонилась поближе к устаревшего вида монитору. Она различала множество закономерностей. Оборонительные сооружения были выделены красным. Общие и защищенные системы связи – зеленым. Системы жизнеобеспечения – синим. Изображения объектов жизнеобеспечения и систем связи были испещрены ярко-желтыми точками, показывающими, где в течение последних сорока восьми часов заметно снизился интерференционный шум вычислительных устройств.
– Компьютерный вирус Святого Матфея несколько похож на искусственные вирусы, которые используются для генной инженерии, – сказал Бел Иеканджике. – Помимо прочих эффектов, он увеличивает эффективность работы пораженной им системы. В нем есть нечто вроде сигнального гена, в результате чего мы знаем, куда ему удалось проникнуть.
– Он проник в системы жизнеобеспечения и связи, но не в оборонительные, – сказала майор.
– Да, и его заражение этих систем весьма избирательно. Распределение мне подсказывает, что он заразил вспомогательные системы.
– Это не случайно, – сказала Кассандра.
– Нет.
На мгновение Кассандре захотелось пересчитать порог значимости, чтобы проверить отсутствие случайных факторов, но Иеканджике все равно, а Бел наверняка сам уже все посчитал.
– Закономерность заражения не следует системной архитектуре, однако эта закономерность должна была быть вызвана селективной защитой критически важных компонентов, включенной еще до заражения, – сказал Бел.
– Значит, Куклы поняли, что что-то происходит, – сказала Кассандра.
– Определенно.
– Тогда операция отменяется? – спросил Святой Матфей. – Разворачивай корабль.
– Напротив. Куклы знают про твой вирус, но они все равно заразили свои системы.
– Как? – спросил ИИ.
– Они готовят ловушку.
– Это нехорошо.
– Куклы думают, что у нас выигрышная карта. Они настроены на игру по-крупному. Насколько по-крупному, мы узнаем, когда они начнут разворачивать свои силы.
ИИ, похоже, это не убедило, но спорить он не стал.
Бел и Иеканджика пошли в грузовой отсек, чтобы в последний раз проверить груз. Кассандра села в кресло пилота и пристегнулась. Нечасто ей доводилось видеть звезды через всего лишь один слой стекла. Медленно покачивающаяся голографическая голова Святого Матфея молча глядела на звезды. Кассандра принялась искать геометрические закономерности звездного ландшафта. И через некоторое время заговорила:
– Ты хорошо знаешь Белизариуса?
– Иногда мне так кажется, – ответил ИИ, поворачивая к ней написанную кистью бородатую голову. – Но, по большей части, нет.
– Я тоже не думаю, что понимаю, кто он такой.
– Никто не понимает.
– Мари понимает. Уильям тоже. Я думала, и ты понимаешь.
– А почему ты так подумала?
– Он мне рассказывал, что спас тебя вскоре после того, как покинул Гаррет. Ты много времени с ним провел.
– Он тогда совсем мальчишкой был, – ответил ИИ. – Шестнадцать лет.
– Но сейчас ты, должно быть, ему веришь.
– Не совсем так.
– Тогда почему ты здесь? Вообще, кто-нибудь Белу верит?
– У меня есть вера в то, что он ведет меня к чему-то важному. Это иное, чем доверие.
– И ты думаешь, что Бел нас туда приведет?
– Мир полон чудес. Мы начинаем понимать, что они такое, лишь после того, как они уже миновали.
– Очень квантовый взгляд на вещи. Можешь мне кое-что про Бела сказать?
– Не уверен, что мне следует это делать.
– В смысле?
– Я ответственен за его душу, и я не знаю, благо ли ты для него.
– Что?
Кассандра не могла поверить своим ушам.
– У него же даже души нет.
– Она есть у вас обоих.
– А я-то думала, что разговариваю со вполне рациональным ИИ.
Она ожидала услышать возражения, но Святой Матфей смотрел на нее с задумчивым выражением лица, написанного более тысячи лет назад. И звезды на нее смотрели, не мигая, смешиваясь с орбитальным движением искусственных объектов вокруг Олера. Снаружи все было математически точно и отчетливо. А вот внутри – нет.
– Это почему это я могу не быть для него благом? – спросила Кассандра.
– Он не ушел с Гаррета. Он сбежал. Со всех ног. Я не уверен, что возвращение поможет ему.
– Возвращение безусловно поможет ему! Там врачи, которые умеют ухаживать за Homo quantus, помогают им безопасно входить в фугу и выходить из нее.
– Вернуться будет хорошо для него или для тебя?
– Для нас обоих.
– Ты сказала, что у мистера Архоны нет души, – заговорил Святой Матфей. – Однако я могу выделить в нем нечто основополагающее и назвать это душой, даже если ты назовешь это иначе. То, о чем я говорю, – совокупность фрагментов, которые не были соединены с тех времен, когда он был ребенком. Он нуждается в исцелении. Есть многое, чего я не знаю о мистере Архоне, но я знаю точно, что он пытается обрести целостность.
46
Стиллс плыл изо всех сил почти час. Наверное, сам по себе он мог плыть быстрее беспилотных подлодок, но не сейчас, с грузом. Он уже закрепил три тюка со взрывчаткой, вместе с этими крохотными пуговицами, о которых так беспокоился Архона. Ему приходилось прокачивать через жабры воду, в которой было куда меньше кислорода, чем в том океане, где он вырос, в системе Слезы Индейца. Если дело так и дальше пойдет, он вырубится.
Так что ему пришлось действовать хитро. Исходя из закономерности импульсов сонаров, он постепенно понял, что за машины его преследуют. Работающая по программе оборонительная техника, беспилотники размером со среднюю торпеду. Выстроив их алгоритм поиска на основе импульсов сонаров и их навигации, Стиллс постепенно начал лучше их обманывать.
Над ним плавали куски льда, размером от человеческого пальца до завода, со звоном стуча по ледяному куполу. Это была раздражающая симфония колоколов, просто идеальная, чтобы изгадить ему все возможности ориентироваться при помощи эхолокации, но она точно так же мешала и его преследователям. Течения не останавливались, так что ледяная галька неустанно скрежетала о потолок, а водовороты собирали ее во впадинах Бухты Блэкмора. Другие части Бухты, где он уже установил три заряда взрывчатки, были относительно чистыми, поскольку их достаточно прогревало и осколки просто постепенно таяли.
Но в этой, которую Куклы называли Нос Блэкмора, было множество очень больших фрагментов. На последних снимках этих фрагментов еще не было. В залив воткнулся айсберг размером с небольшую гору. Щели между ним и краями залива были забиты дерьмом. Нет, не дерьмом. Ледяными соплями, затвердевающими в сплошную корку. А взрывчатку, которую дал ему Архона, надо было установить на два километра выше этого гигантского тромба из соплей.
Гребаные импульсы сонаров продолжали приближаться, становясь все громче.
Закройте свои хреновы хлебала, я думать пытаюсь.
Бухта Блэкмора дышала, будто вода сквозь жабры проходила, со свистом, смешиваясь со слизью, или грибковой инфекцией. Хаотично и панически. Колебания ледяной коры Олера были по большей части незаметны; поскрипывание в инфразвуковом диапазоне, гравитационный разогрев каменного ядра планеты, ни капли тепла не дающий ледяной коре. Однако тут, между гигантскими ледяными соплями, торчащими в ноздре бога, вода стонала, струясь через просветы.
