мысли, цепляясь за воспоминания.
Часть меня уйдёт вместе с ней. И мир уже никогда не будет прежним.
Смаргиваю, даже трясу головой.
Что за дурацкие мысли? Я никуда её не отпущу! Нет! Я сделаю всё, что угодно. Отдам свою жизнь за неё. Я найду способ, как ей помочь.
Я не заметил Луцера, который подходит ближе, трёт уставшее лицо.
А я не могу даже просто поприветствовать его. Не могу оторвать глаз от моей девочки. Так и смотрю на неё. Я не верю, что это происходит с ней.
Как же я её не уберёг? Я во всем виноват!
Вёл себя, как идиот. Сам толкнул девочку в расставленную ловушку, прямо в объятия Кая.
Луцер разговаривает с Архимагом за моей спиной.
— Я всю ночь работал над антидотом. У меня даже получилось. Но яд успел впитаться в кровь Ландии слишком глубоко. Здесь надо что-то ещё.
Архимаг отвечает голосом без эмоций:
— Ведьмы хотят её забрать.
Луцер, похоже, соглашается с ситуацией:
— Они смогут позаботиться о её теле. А я буду искать решение проблемы.
Но по его интонации я понимаю, что тело Ландии может и не доживёт… пока он будет искать. Тихое отчаяние затапливает мозг.
Словно в тумане, делаю первый шаг. Потом ещё один. И ещё.
Каждый шаг даётся с усилием, но я не могу остановиться. Её неподвижное тело притягивает меня. Всё остальное –звуки, краски вокруг –исчезает тускнеет, теряет смысл.
Кажется, как будто я не управляю собой. Ноги двигаются сами. Ведут ближе, преодолевая мучительную пустоту между нами.
Не могу оторвать взгляд от её лица. Что я пытаюсь разглядеть? Что-то, чего не замечал раньше? Что-то, что может объяснить, почему она лежит здесь, неподвижная и холодная.
Дорогие черты медленно становятся всё ближе. Я чувствую её запах, узнаю каждый изгиб, каждую линию –всё до боли знакомое, но сейчас будто чужое и такое далёкое.
Сердце глухо отстукивает тревожный ритм, но я вслушиваюсь в молчание пустоты, которое пульсирует между нами.
Я подхожу и замираю перед ней, не в силах думать, не в состоянии осознавать. Вижу лишь её лицо – теперь между нами остаются лишь жалкие сантиметры.
Рука тянется сама собой, как под гипнозом. И, прежде, чем успеваю остановиться, я прикасаюсь к её коже: холодная, но мягкая –так похожа на живую.
Такой знакомый образ –нежное лицо, её едва заметное дыхание… но всё слишком неподвижно.
Страх снова возвращает мысли, которые я стараюсь отогнать.
Ландия спит! Её просто нужно разбудить.
Грудь давит, сжимая сердце напряженьем, нагнетая панику внутри.
Пытаюсь мысленно потянуться к ней, нащупать связь, надеясь на тихий знакомый отклик её души. Но ответа нет. Вместо ответа –пустота. Там, где была наша нежная близость.
Отчаяние растекается ледяной тоской.
Она здесь, рядом, но так далека, как будто я её уже потерял.
Не могу сдержаться –наклоняюсь ниже, вглядываясь в лицо. Осторожно, будто боясь её спугнуть. Я почти не дышу. Медленно подаюсь вперёд и… касаюсь её губ своими. Будто этот поцелуй может разбудить, вернуть мою девочку и её душу обратно мне.
Слишком тихо.
Слишком пусто.
Не верю, что всё может оборваться именно так.
Горло сдавливает, мысли мутятся: неужели это правда?
Стук входной двери сзади не останавливает меня. Я продолжаю целовать неподвижные губы.
Слышится топот ног. Вошёл не один человек. Все тихо шепчутся, переговариваясь за моей спиной. Мне плевать. Кто бы там не пришёл.
Но неожиданный громкий окрик заставляет вздрогнуть.
— Кто его сюда пустил? Что этот придурок тут забыл? Эй, ты, Амир, принц недоделанный! Сказок начитался? Захотел разбудить сестрёнку поцелуем?
Я замираю, чувствуя, как тело каменеет…
Постепенно до меня доходит, что я творю какую-то дичь.
С трудом распрямляюсь. Так и не в силах оторвать взгляд от моего любимого лица.
Асгар продолжает орать, срывая горло:
— А ты знаешь, что даже в сказках, принцесс будят поцелуем истинной любви? Где ты, и где истинная любовь? Из-за тебя моя сестрёнка плакала! Ты во всём виноват! Из-за тебя её похитили. Им был нужен ты. А Ландию прихватили в качестве приманки. Урод!
Чувствую горечь, злобу, а ещё… Обида, как неожиданный удар под дых исподтишка, выбивает дух. Но гнев смешивается с сомнениями. Я и сам чувствую, что виноват. Резко разворачиваюсь.
Не могу удержаться от оправданий, которые вырываются изо рта:
— Да, я виноват! Но я не уйду. Мы с Ландией –истинная пара.
Асгар лишь распаляется сильнее:
— Врёшь! Ландия сказала, что у тебя нет её татуировки.
— Мне плевать на ваши сокровенные татуировки. Даже, если бы это было не так, и мы бы с Ландией не были истинной парой, мне плевать. Я просто люблю её!
Асгара потрясывает от возбуждения. Уверен, он бы уже кинулся на меня, если бы не Архимаг, перегораживающий путь. Он стоит полубоком. Между мной и Асгаром. Готовый броситься разнимать драку. Но он не вмешивается, слушает.
Как будто не может решить, на чьей он стороне.
Замечаю, что в зале прибавилось народу. Асгар пришёл не один. Рядом с блондинистым драконом переминается с ноги на ногу его жена, боясь лезть под горячую руку. Чуть дальше нарисовалась и моя сестрёнка с мужем –они-то что здесь забыли? А ещё жёнушка Луцера пришла, заодно с женой Архимага.
Девичник что ли собрались устроить?
А я тут перед всеми кричу о своей любви.
Ну, и пусть слушают. Я больше не хочу скрывать своих чувств, ни от других, ни от себя в первую очередь. Жаль, что не осознал раньше. Жаль, что не успел признаться моей маленькой драконице.
Асгар никак не уймётся.
— Так где же ваша истинная связь? Чего ты молчишь? Давай, позови Ландию. Пусть откликнется. Залезь ей в голову и разбуди!
Асгар сжимает кулаки. Но мне кажется, в глазах его застыли слёзы. И он стискивает челюсти, пытаясь не показать слабость.
А я рычу вместе со своим драконом… Задираю голову и вою в потолок. Это мой дракон воет раненным зверем.
— Её драконица спит! Она не слышит…
Обессиленно роняю голову.
На минуту в зале воцаряется тишина. Лишь слышно нежный женский шепот. Шепчет Эша. Успокаивая Асгара.
— Милый, не злись. Я понимаю, как ты переживаешь. Мы с девочками тоже не сидели сложа руки. Мы были в сокровищнице, читали древний гримуар.
На этих словах взрывается Архимаг.
— Что? Где вы были? Залезли в сокровищницу Драконьего Совета?
Похоже, у Шаардана так накипело, что ему всё равно на кого сорваться. Ещё
