я думаю?
«Конечно, Ландия. Это моё фамильное кольцо».
В этот момент у нашей сцены появляются новые зрители. Дверь в залу открывается, внутрь просачиваются все остальные гости, раздираемые любопытством.
Я так и сижу, затаив дыхание.
Жду заветные слова.
— Ландия, стань моей женой!
Чувствую, что и у Амира всё вдруг внутри замирает. Он ждёт мой ответ. Волнуется.
Не выдерживает, торопит в мыслях: «Ландия. Ответь уже. Не молчи».
У меня подкруживается голова, и постепенно накрывает ощущением глубокого счастья, затапливающего волной. Ловлю взгляд Амира, улыбаюсь чуть дрожащими губами. Боюсь произнести ответ вслух, чтобы не разрушить этот миг.
Но в следующую секунду вдыхаю полной грудью, собираю себя по кусочкам и, с дрожью в голосе, отвечаю:
— Да… конечно, да!
Зал разражается аплодисментами, восхищенными криками, свистом. Мои подруги и друзья рады, поддерживают меня.
Амир встаёт и надевает мне фамильное кольцо. Тянется губами – целует. При всех!
И даже Верховная Ведьма ничего не говорит против!
Счастлива ли я?
Да не то слово!
Глава 32
Я так хочу остаться с Амиром наедине! Сил нет терпеть… Любопытство, смешанное с желанием, распирает. Чувствую себя такой взрослой рядом с ним.
Чему он меня собирался научить?
Краснею, бледнею, прижимаюсь теснее к своему… жениху? Ого… я скоро выйду замуж.
Меня любит такой мужчина! По-настоящему. Говорит, что истинная связь меду нами ни при чём.
Амир и сам меня прижимает, не собираясь выпускать из рук. В голове проносится эхом его довольное: «Люблю… Люблю».
Но нам приходится остаться на обед моих родителей – правила приличия не позволяют улизнуть. К тому же, все мои родные и друзья так за меня переволновались, что я не могу им отплатить, сбежав и не поблагодарив.
Хотя, мне очееень хочется!
Амир тоже порыкивает, но так, что слышно только мне. Моя зверица томно мурчит в ответ на его рык. Строит из себя фифу – видите ли, она ещё бедняжечка, от сонного зелья не отошла. Но – я-то знаю, это она дракона Амира дразнит. Ей нравится, как он волнуется за неё. Притворюшка маленькая!
Амиру всё-таки приходится выпустить меня из хватки, когда он, соблюдая правила этикета, отодвигает стул, усаживает меня за накрытый стол. Он садится рядом, придвинув собственный стул слишком близко. Находит мою ладошку под столом. Сжимает, гладит большим пальцем – очень нежно. Мурашки бегут по руке.
Пытаюсь сохранить спокойствие на лице. Мне неудобно. Кажется, что все понимают, чем мы тут занимаемся. Закусываю губы от смущения. Но ладошку и не думаю убирать. Внутри всё замирает, будто мир замедляется только для нас двоих.
Его пальцы гладят мою кожу. Мне хочется улыбнуться, но приходится сдерживать себя, скрывая искры восторга, что вспыхивают глубоко в груди.
Часть слов, доносящихся вокруг, пролетают мимо ушей – ведь, мысли целиком поглощены мгновением и предвкушением момента, когда мы, наконец, останемся наедине. В животе разливается тёплая дрожь. Краем глаза подсматриваю за Амиром, стараясь не выдать охватившего меня волнения.
Другая моя рука лежит на столе. Поигрываю вилкой, перевожу взгляд на огромный камень на кольце на своём пальце. Ландия Веридас… Примеряю новое имя.
«Моя любимая невеста. Которая скоро станет моей женой», — нежно шелестит в мыслях голос Амира.
Слава Драго за столом с нами ведьмы. Они перетягивают всё внимание на себя.
Нам подают горячее, слуги отходят, а папочка начинает расспросы про Королевского Советника. Амир с сожалением выпускает мою ладошку, чтобы мы могли поесть, но плотно прижимается ко мне бедром. Как будто всё время проверят, что я рядом. Никуда не исчезла. Ему необходимо чувствовать меня, прикасаться, никуда меня не отпускать.
Но тем не менее, он прислушивается к разговору за столом. Я тоже пытаюсь уловить смысл.
Папочка задаёт вопросы.
— Разве возможно увидеть чужую сокровенную татуировку, если ты не истинный в паре?
Мелиса уверенно кивает.
— Природная ведьма может. Если достаточно сильна.
Папа пережёвывает кусок и продолжает спрашивать:
— А что насчёт матери Советника Аврелия? Он проговорился, что его мать – ведьма.
Мелиса на секунду замирает, выпрямляя спину, хотя казалось, уже некуда ровней.
— Мать Аврелия – позор ведьмовского рода.
После тяжёлой паузы Верховная продолжает:
— Среди нас много брошенных женщин, обиженных на весь мужской род. Из-за неудачных отношений. Из-за того, что у ведьмы только один шанс и нет права на ошибку. За ошибку – за неверный выбор первого мужчины, ведьма расплачивается остальную жизнь.
Мелиса смотрит на меня. Как будто спрашивает, уверена ли я в своём выборе. Ведь, этот выбор раз и навсегда. Другого шанса у меня не будет. Если у нас с Амиром что-то пойдёт не так, я останусь одна.
Как можно быть уверенной в другом человеке? Могу сказать лишь за себя. Я люблю Амира. И я готова рискнуть.
Амир шепчет в моей голове: «Нет, это я люблю тебя. Больше жизни, Ландия. Не смей во мне сомневаться, любимая девочка моя».
Едва заметно киваю, отвечая на ведьмин проницательный взгляд.
Мелиса продолжает:
— Мать Советника инициировал один из претендентов на человеческий королевский престол. Но он бросил её, когда выяснилось, что для того, чтобы сесть на трон, ему нужен политически выгодный брак. А партия с безродной, хоть и сильной природной ведьмой, не годилась. Человеческий двор не потерпел бы мезальянс. Тем более с ведьмой… которых всех негласно сторонятся.
Я понимаю, есть за что. Многие обозлённые женщины мстят. Причём, не только обидевшим их мужчинам. Их сердца зачастую каменеют. Обиженные на жизнь, они просто мстят. Всем подряд.
И если ведьма успевает забеременеть –считай, ей повезло. Хотя бы ребёнок останется в жизни, даст ей волю и смысл жить.
Большинство, испытав разочарование в жизни, покидают людей и проводят жизнь в ковене ведьм – обособленной общине, живущей в дремучих лесах. Ведьмы – сильная политическая сила, но они почти никогда не вмешиваются в эти игры, считая своим предназначением сохранять баланс. Они приходят лишь в крайних ситуациях, чтобы восстановить нарушенную справедливость.
Сейчас они пришли по просьбе моей мамы. Потому что она – одна из них. И потому, что помощь была нужна мне –ведь, я тоже – природная ведьма. Наполовину. Я много времени провожу в ковене вместе с мамой, учусь использовать силу стихий. Мы часто навещаем ковен во время обрядов и разных шабашей, когда к ним приходят ведьмы с разных уголков нашей земли.
Я вижу, как сильно Мелиса переживает за меня. Как боится, что я ошибусь. Ведь, когда-то она и сама совершила
