назад спел ей Джоэл.
If I ever were to lose you
I’d surely lose myself…
Аполлон-11
2035 год.
«Джоэл, офигеть!.. О боже, это все же динозавр!»
Об этом уже упоминалось выше, но не стоит недооценивать влияние дополнения Left Behind на устройство сюжета в The Last of Us Part II. «Структура первой части очень линейна, почти как у фильма, – объясняет Нил Дракманн в интервью для передачи Beyond. – А вот вторую мне хотелось сделать похожей на роман, который можно пролистать, отложить, а потом вернуться к нему».
Самый первый переход к воспоминаниям Элли искусно выполнен и с точки зрения композиции, и с точки зрения ритма игры. Он позволяет на время покинуть Сиэтл, вернуть Джоэла – персонажа, который сильно влияет на сюжет – и начать по одному собирать кусочки головоломки. В самом конце они соберутся в цельную картину.
Итак, в качестве сюрприза на день рождения Джоэл долго ведет Элли через лес и наконец приводит в застывший во времени Вайомингский научно-исторический музей. Несколько афиш сообщают, что последняя выставка открылась 1 июля 2013 года и продолжается до сих пор: «Гиганты прошлого: когда Землей правили динозавры». Чуть дальше на табличке можно прочитать программу: «Перенеситесь на 65 миллионов лет назад, когда по Земле бродили динозавры и другие доисторические гиганты. В нашем павильоне великанов выставлены полные скелеты. Сравните свой рост с ростом трицератопса, тираннозавра и не забудьте посмотреть вверх! Вокруг птеродактили. Затем отправляйтесь в пристройки – там вы найдете окаменелые следы, перья и многое другое!»
Есть в этом эпизоде кое-что почти настолько же завораживающее, как удивление, с которым Элли изучает музей. Речь о дотошности, с которой дизайнеры проработали каждый элемент окружения. Казалось бы, это просто отступление от основного сюжета, но Naughty Dog сделала из этой сцены настоящее чудо. Студия подошла к эпизоду с таким вниманием к деталям и реализмом, что это даже кажется излишним. Каждый элемент сцены и почти каждый музейный экспонат расположен не случайно, все на своих местах.
«Я обожаю естествознание, помимо работы над персонажами я участвовала в создании мест, которые играют в повествовании ключевую роль, – объясняет одна из ведущих художниц студии Александрия Неонакис в подкасте Кристиана Спайсера. – Я выбрала всех динозавров, которые должны были появиться на выставке, и решила, как их разместят в залах. Я провела исследование, пересчитала позвонки и убедилась, что все они изображены с должной точностью. Кроме того, я разрабатывала планировку музея. Обожаю такие места. ‹…› Прогулка по музею, которую мы предлагаем игрокам, одновременно умиротворяет и завораживает своей красотой, захватывает и предлагает множество открытий. Этот эпизод по-настоящему важен, ведь здесь чувствуется нежность отношений Джоэла и Элли».
Гуляя по коридорам музея, Элли трогает динозавров, примеряет им на головы шляпу, бегает и веселится. С начала эпидемии прошло больше двадцати лет, и подобные места кажутся такими бесполезными, такими далекими. Теперь это лишь свидетельства ушедшей эпохи. «В нашем мире о таком невозможно и помыслить, – рассказывает Трой Бейкер в официальном подкасте. – Эта сцена проливает свет на красоту и счастливые моменты, которые может дать нам мир The Last of Us. Запретов прошлого больше не существует: в этом мире я мог бы, если бы захотел, дотронуться до картины Клода Моне. Я мог бы делать то, что сейчас нам запрещают социальные нормы. Раньше у этих норм были причины, но их больше не существует. Ограничений скорости на дорогах больше нет, мир снова стал диким». Будь мы выжившими в мире The Last of Us и окажись мы во Франции, кто бы первый снял Джоконду со стены в Лувре, чтобы повесить у себя в туалете?
В музейном эпизоде интересны разрозненные подробности о повседневной жизни персонажей, которые дают игроку разработчики. Мы узнаем, что Элли научилась плавать (давно пора!), Джоэл свободно говорит о Саре, вспоминая, как ему нравилось ходить с ней в подобные места. Да и в целом чувствуется, что эти двое очень повлияли друг на друга, а ложь будто еще не успела отравить их отношения.
«Так, стоп, одну минуточку. Собралась в космос? Тогда тебе нужен шлем!»
На верхнем этаже музея Элли находит выставку, посвященную покорению космоса. «Люди в ваше время… жили – не тужили. Им ведь не надо было в космос, но они все равно туда рвались. Это… дерзко!» В постапокалиптическом мире музей получает двойное значение. С одной стороны, это историческое свидетельство, ведь здесь можно узнать о динозаврах. С другой – свидетельство социальное, память об обществе, которое еще могло наслаждаться роскошью предаваться исследованиям, размышлениям и экспериментам. В мире, где значение имеет только выживание, такому нет места.
Элли устраивается в космической капсуле, стоящей посреди зала, и Джоэл протягивает ей аудиокассету. «С днем рождения, детка. Это вещь, которую было сложно найти. Бери. Закрой глаза, ты не пожалеешь». В плеере звучит голос Нила Армстронга, записанный 16 июля 1969 года: «Тридцать секунд до взлета». Камера останавливается на лице Элли. «Десять, девять, запуск!» Лицо девочки напрягается. «Шесть, пять, четыре, три, два, один, ноль, все моторы включены… Взлет. Взлет прошел успешно». Блаженная улыбка. «Сейчас 9 часов 32 минуты, „Аполлон-11“ взлетел». Элли держит глаза закрытыми, на ее лице расплывается детская улыбка, а все остальное делает чаранго Густаво Сантаолальи.
Элли благодарна Джоэлу. Даже если в игре об этом не говорится напрямую, попытка Джоэла остановить мгновение не оставляет ее равнодушной. Благодаря ему Элли на несколько минут превращается в девочку из XX века. «Я молодец?» «Ты еще спрашиваешь?» Чтобы показать это счастливое мгновение, Naughty Dog использует тот же повествовательный прием, что и в Left Behind, когда Райли предложила Элли сыграть в аркадный автомат. Камера задерживается на лице девочки, ее глаза закрыты, она с помощью силы воображения погружается в фантазию. Это не случайность, а еще один прием, который подчеркивает взаимопонимание персонажей.
Конечно, это отступление, как и остальные беззаботные мгновения, обрывается резко и жестко. На стене герои замечают граффити «Цикады – лжецы» (Fireflies: Liars)[86]. Ни Элли, ни Джоэл при виде него не говорят ни слова. Эта тема – табу. «Цикады» так никогда и не нашли вакцину для спасения человечества, и не случайно…
I feel so extraordinary
Something’s got a hold on me
I get this feeling I’m in motion
A sudden sense of liberty
Я чувствую себя таким особенным…
Мною что-то овладело,
Мной овладело чувство, что я двигаюсь,
Внезапное чувство свободы.
«True Faith», New Order
7
Сиэтл, день 2
Love Song of Vengeance
Элли просыпается от шума рации, которую починила Дина. Нора, Мэл, Оуэн, Мэнни… и Эбби. Еще сильнее, чем прежде, игра начинает напоминать фильмы о мести. Особенно список тех, кого надо убить, – совсем как у Юки Касимы в «Госпоже Кровавый Снег». Из рации доносятся сообщения ВОФ. Судя по всему, Томми обнаружили в секторе 14, в квартале Хиллкрест, то есть в Вашингтонском парке Сиэтла. На этот раз Элли отправляется в дорогу одна: Дине нужно отдохнуть.
Квартал Хиллкрест – это своего рода длинный коридор, проходя по которому игрок переходит из одной боевой арены в следующую. Этот уровень – возможность оценить изобретательный левел-дизайн, полный переходов, открытых площадок и руин. Такое разнообразие заставляет игрока подбирать разные подходы к прохождению. Это чередование помогает увидеть хрупкий баланс, который так хорошо поддерживает формула The Last of Us. В последний момент ускользнуть от пули, избавиться от внезапно появившегося солдата, найти безопасное место и сделать коктейль Молотова, параллельно уворачиваясь от щепок дерева, в которое попала пуля.
Прохождение уровней требует постоянного напряжения, и это делает каждую схватку уникальной. Бои оживляет и появление натренированных собак-противников. К слову, включение животных в геймплей тоже вызвало споры. Пользователи Mashable, Polygon и других сайтов оскорбились насилию над лучшим другом человека. Не стану отрицать – каждого человека по-разному затрагивают болезненные темы. Но эти дискуссии показались мне несколько…
