Затем я добавил: — И, о, я обращаюсь к вам, коммандер-префекто».
Теленаи уставилась на меня, потом на Мало, потом на закрытую дверь.
— Как… как она узнала об этом? — Она посмотрела на стражей. — Вы никому не сказали, не так ли? Вы кому-нибудь рассказывали о том, чему стали свидетелем?
Стражи покачали головами. Сабудара выглядела особенно свирепой.
— Нам некому было рассказать, мэм, — сказала Мало. — Мы лежали голые в ящике. Не в одном и том же ящике, конечно…
— А вы? — спросила Теленаи, на этот раз обращаясь к трем своим коммандерам и остальным офицерам. Все они быстро покачали головами.
Повисло долгое молчание.
Затем голос Аны за дверью:
— Ну? Вы впустите меня или нет?
— О, черт! — рявкнула Теленаи. — Приведите ее сюда, и мы выясним, откуда она это узнала!
КОГДА АНУ, НАКОНЕЦ, приняли, самодовольство, исходившее от нее, было настолько велико, что привлекло взгляды почти всех присутствующих. Она вошла с завязанными глазами, поклонилась, схватив за предплечье перепуганного портье — того самого молодого человека, который волновался из-за груды устричных раковин; он нес на плече огромный пакет с бумагами. Портье подвел ее к стулу, она неуклюже села и отпустила его легким движением пальцев. Мальчик убежал, как будто здание было охвачено пожаром.
— Ну что ж! — весело сказала Ана, подходя к столу. — Всем доброе утро.
Теленаи изо всех сил старалась сохранить свое холодное самообладание.
— Неужели? — рявкнула она. — Препятствовать расследованию такого инцидента — ужасное преступление, Долабра. Но прежде, чем мы начнем оценивать это, я должна спросить… как вы узнали, что Кол видел в джунглях? Кто дал вам эту информацию?
— О, конечно, — сказала Ана. — У меня есть два ответа на этот вопрос, мэм: один косвенный, а другой прямой. Этого будет достаточно?
Теленаи посмотрела на Ану так, словно та была комочком дерьма, который только и ждет, чтобы его счистили с ее ботинка.
— Если вы можете.
— Что касается косвенного ответа, то я с сожалением вынуждена сообщить вам, что большая часть города — по крайней мере смутно — осведомлена о том, что произошло. Запуск большой красной ракеты, а затем группа людей в защитных костюмах, выбегающих на улицу, чтобы поджечь часть джунглей… Что ж, это наводит на размышления. И это послужило основой для моих выводов о том, с чем Дин мог столкнуться во время своей вылазки. — Она полезла в свою сумку и вытащила огромную, беспорядочно сложенную стопку пергаментных листов. — Но более прямым ответом было бы сказать, что вы предоставили мне всю информацию, мэм.
— Я? — возмущенно спросила Теленаи. — Я это сделала?
— Действительно. — Ана вытащила еще одну массивную стопку пергаментов и швырнула ее на стол с гулким стуком. — Видите ли, я изучала записи обо всех кражах, которые произошли на каналах за последние два года, — продолжила она, вслепую листая пергаменты и вытаскивая несколько документов. — Те самые, которые вы мне дали, коммандер-префекто. Мне потребовалось некоторое время, чтобы найти хоть какую-то закономерность, но закономерность была! Потому что, хотя контрабандисты, как правило, нацеливались на одни и те же прекурсоры и грузы — ценные материалы для заживляющих прививок и так далее, — в течение нескольких месяцев было несколько аномалий, краж, в которых не было никакого смысла… пока я не поняла, что контрабандисты крали не реактивы, а скорее инструменты, поставляемые вместе с ними! — Ухмыляясь, она разложила пергаменты перед собой в виде неаккуратной сетки. — Корзинки для выпечки, так сказать, в противовес муке.
— Контрабандисты, однако, не могут использовать инструменты, — сказала Теленаи. — Поскольку они ничего не знают об их конструкции и использовании.
— Так можно себе вообразить, — сказала Ана. — Однако факты говорят об обратном! Чем больше я читала об этих компонентах, тем лучше понимала, в каких ограниченных сочетаниях они могут использоваться. И тогда я начала понимать, что он, вероятно, создавал…
— Что… кто создавал? — слабым голосом спросила Теленаи.
— О, наш самозванец, конечно, — мягко сказала Ана. — Я, конечно, не апот, но я догадалась, что он сконструировал так называемый расщепляющий диффузор, оснащенный диспергатором. Выглядит как стопка горшочков со стеклянной крышкой наверху и множеством трубок. Насколько я понимаю, прибор использует стабильные реагенты и проводит их через серию циклов, пока они не перейдут в исходное, реагирующее состояние. Для большинства реагентов это не слишком опасно, но… — Она вытащила еще один лист пергамента. — Около десяти месяцев назад контрабандисты украли партию высокоэффективных, модифицированных удобрений! Одно из них предназначалось для сада апотов во втором кольце. Таким образом, оно содержало высокую концентрацию основного ингредиента кудайдин кани. Или, говоря простым языком, самой мощной крови левиафана! Пропустите ее через диффузор слишком много раз, а затем пропустите через диспергатор, и в воздухе образуется тонкий туман, и, ну… страшно представить последствия! Но, как я уже сказала, я не апот. Я могу ошибаться.
Воцарилось ошеломленное молчание.
Улыбаясь еще шире, Ана оглядела комнату, все еще с завязанными глазами.
— Я не права?
В той части комнаты, где находилась Теленаи, послышалось бормотание. Один из ее коммандеров выхватил пергаменты у Аны и передал их Теленаи, которая изучала их с ошеломленным выражением лица.
— Расщепляющий диффузор — чрезвычайно сложный инструмент, — запинаясь, произнесла Теленаи. — Во всем Ярроудейле есть только три. Идея о том, что какой-то контрабандист мог украсть какие-то запчасти и построить его в джунглях… это… это…
— Сумасшествие! — воскликнула Ана. — Абсолютное сумасшествие! Я согласна. Но, с другой стороны, этот человек, по-видимому, абсолютный гений. Мы не должны недооценивать его. — Она протянула руку Теленаи: невыносимо великодушный жест. — И действительно, вы не могли, мэм. Очень мудро с вашей стороны. Я благодарю вас за вашу предусмотрительность.
— Что вы имеете в виду? Что я не сделала?
— Недооценивать его, — спокойно сказала Ана. — Я полагаю, именно поэтому вы назначили его работать в Саване.
Казалось, все в комнате медленно напряглись, за исключением Аны, которая просто вытащила еще один лист пергамента из своей стопки и задумчиво постучала по нему пальцем.
— Иммунис! — резко сказала Теленаи. — Вы намекаете, что… что я встречалась с этим преступником?
— Да, мэм, — прощебетала Ана.
— Но… это означает, что вы знаете, кто этот человек.
— А я думаю, что знаю, мэм!
— Тогда прекратите играть в свои чертовы игры, женщина! — прорычала Теленаи. — Расскажите нам о своих выводах!
— О, я сделаю это, — сказала Ана. — При двух условиях.
Теленаи уставилась на нее с неприкрытым возмущением:
— Вы не в том положении, чтобы выдвигать требования! Я здесь старшая по званию, и это чрезвычайная ситуация!
Ана бросилась вперед.
— Формально мы не в Империи! — сказала она. — Для вас это была довольно полезная лазейка, не так ли,
