- Меня зовут Инна, помните, в пятницу я у вас на работе была с котенком?
- Помню, - чуть помолчав, отозвалась Алена. – А откуда у вас мой номер? То есть – у тебя?
- Мне его на вашей… твоей работе дали. Я знаю, что это нагло и вообще…
- Короче. У меня сейчас сессия, я вчера учила до половины третьего, поэтому давай самую суть, - Алена зевнула на середине фразы, потому слова прозвучали немного невнятно.
- Мне нужно где-то на пару дней оставить Машу. Ну, котенка, - Инна отошла подальше от проезжей части и отвернулась. Мало ли, вдруг там как раз кто-то из недругов проезжает…
На том конце провода несколько секунд помолчали.
- Знаешь, я думала, тебя на дольше хватит, - теперь в голосе девушке появились новые нотки. Разочарование. Легкое презрение. – Где ты? Я сейчас подъеду. Только не выбрасывай его на улицу!
- Да я… Я никого не собираюсь выбрасывать! – Власова даже повысила голос. – Ещё раз говорю – мне нужно ненадолго уехать. Если бы собиралась просто выбросить, не звонила бы!
- Ладно, не ори, - Алена немного подобрела, видимо, признав правоту этих доводов. – Ты возле моей работы?
- Стою рядом.
- Пройди к площади по стороне храма. Там будет арка, сразу за свадебным бутиком. Как зайдешь во двор, справа подъезд, на домофоне наберешь тридцать четвертую квартиру. Поняла?
- Да. Сейчас подойду.
На то, чтобы найти нужный дом, много времени не потребовалось – все-таки училась Инка совсем рядом, потому окрестности знала неплохо. Арка, как арка, немного обшарпанная и покрыта неведомыми надписями местных граффитистов. То ли по причине холодной погоды, то ли от того, что буквально через пару сотен метров располагалось местное отделение полиции, но никаких неприятных запахов девушка не уловила. Хотя дом и выходил на одну из центральных улиц города, но двор был удивительно уютным, и, что удивляло больше всего – чистым. На расположенной посредине детской площадке возилось несколько малышей под присмотром притопывающих на месте от порывов холодного ветра мамочек. Аккуратная темно-серая подъездная дверь сверкала новым домофоном и была с виду совершенно неприступной. Ткнув в кнопочку с номером «34» Инна ещё раз оглянулась. Как ни странно, но здесь было тихо и как-то умиротворенно. Возможно, это все от того, что через несколько минут она сможет пристроить Машку, и нужно будет снова окунаться в свои проблемы, потому и хотелось запомнить последние минуты относительного спокойствия.
- Кто? – искаженный динамиком голос прозвучал совершенно не так, как ещё десять минут назад по телефону.
- Это Инна, я тебе недавно звонила…
- Третий этаж.
Немного режущая ухо мелодия, и дверь открылась. Подъезд был настолько обычным, что, даже если бы девушке нужно было припомнить особенности, никогда бы не смогла этого сделать.
Алена стояла в тамбуре возле двери в квартиру, немного ежась от холода, хотя и была одета в плотный велюровый костюм и пушистые тапки в виде щенков.
- Давай быстрее, холодно же, - темноволосая окинула Власову подозрительным взглядом. – Котенок где?
- Здесь, - она приподняла переноску, в которой сидела укутанная в её свитер Машка. – Я все её вещи принесла – и лоток, и миски, и корм…
- Не тарахти. Зайди в коридор, - Алена посторонилась, пропуская девушку в квартиру, но Инка замялась на пороге, опасаясь проникать на чужую территорию. Да, скорее всего, никого страшного там нет, но природная осторожность не давала вот так, сходу, довериться незнакомому человеку. – Да не бойся, я одна живу. Не на пороге же разговаривать. И потом – я тебя не знаю, поэтому рискую ничуть не меньше.
- Даже больше. А если я тебя оглушу и обворую?
- Во-первых, силенок не хватит, - хозяйка смерила Власову сомнительным взглядом и усмехнулась. – А насчет обворовать и вовсе облом – у меня красть нечего. Так что заходи, расскажешь про котенка, что она ест, какие прививки сделали. Я тебя чаем напою, а то нос уже посинел.
Против такого искушения Инна не устояла и бочком, косясь по сторонам, протиснулась в коридор. Алена не соврала – квартира была почти пустой. В прихожей, кроме вешалки для одежды и прикрепленного на стене круглого зеркала, не было даже полки для обуви.
- Раздевайся. Извини, тапок нет, - брюнетка забрала у Власовой Машкину сумку и выпустила на волю зверька. Засидевшийся в тесноте котенок, выпрыгнув из переноски и припадая на лапки, начал обнюхивать пол.
- Ой, помоги достать лоток, а то случится коммунальная авария, – Инна уже знала, что означает такое поведение питомицы, потому торопливо вынула все нужные причиндалы. Машка, повертев ушами и с опаской оглянувшись, почти ползком метнулась к такому знакомому и ныне необходимому предмету.
- Это хорошо, что она приучена, - Алена улыбнулась, наблюдая, как кошка, ничуть не смущаясь присутствием наблюдателей, сделала свои дела и, закопав такое сокровище, брезгливо отряхивала и вылизывала лапки. – Бери её, и идем на кухню.
Пищеблок носил все ту же печать некоторой аскетичности, как и прочие помещения, но выглядел более обжитым, наверное, из-за сочетания золотисто-желтой плитки и мебели цвета корицы. Солнечное настроение только подчеркивалось почти оранжевыми занавесками с вышитыми по нижнему краю подсолнухами.
Присев на один из двух имеющихся в наличии стульев, Инна по привычке сложила руки на коленях, наблюдая за неспешными движениями Алены.
- Ты надолго уезжаешь?
- Дня на два-три. Но бросать её одну боюсь, - девушка чуть покрепче сжала вертящуюся в попытке слезть на пол Машку, за что и поплатилась. Оскорбленный такой несвободой котенок куснул её за мизинец и все-таки спрыгнул на пол.
- Понятно. В ветеринарке была? – брюнетка поставила чайник и теперь доставала из навесного шкафчика блюдца.
- Да. Там сказали, что котенок здоров, дали какие-то таблетки. Наверное, от глистов… Противоблошиным шампунем я её искупала, но прививки делать пока рано, врач сказал, что Машка пока слабенькая, пусть немного отъестся.
- А почему Машка?
Чайник начал выводить, посвистывая, тихую песню, и в сочетании со звуками обычной кухонной жизни это казалось даже каким-то странным. Слишком уж много всего произошло за последние несколько суток, и теперь эти привычные бытовые звуки вызывали почти приступ ностальгии.
- Не знаю. Потому что она похожа на Машку, - Инна поерзала. В квартире, действительно, было тепло, и она, в толстом шерстяном свитере уже покрылась испариной. – Ты не против, если я немного разденусь?
- Если не до белья, то ради Бога, - Аленка поставила на стол, накрытый бледно-кремовой скатертью чашки и вазочку с печеньем.
- Спасибо, - Власова торопливо стянула жаркую, чуть кусачую ткань. От соприкосновения с воротом свитера, её, доселе кое-как собранные на затылке волосы, тут же распушились и образовали вокруг немного бледного от событий последних нескольких дней лица что-то вроде нимба.
- Ты на одуванчик похожа, - Алена спрятала улыбку за краем чашки, не желая обидеть новую знакомую. Почему-то эта девушка вызывала симпатию и расположение, хотя, учитывая опыт прошлого, брюнетка не так-то просто сходилась с людьми, а уж доверие…
Инка только обреченно вздохнула. Если до стрижки их ещё можно было как-то скрутить в пучок, то теперь и это было невозможно, придется ждать, пока отрастут.
- Не обижайся, тебе идет, - хозяйка попыталась как-то сгладить собственную неловкость, но Власова, понимая, что сейчас время работает против неё, поторопилась закончить разговор:
- Я оставлю деньги на корм. Ну, и за уход, - она полезла в сумку за кошельком, но стушевалась под взглядом Алены. Карие глаза глянули на неё с таким неодобрением, что Инка даже немного отшатнулась, не заметив, как от этого движения прикрывающие шею волосы колыхнулись.
- Так, стоп. Ты зачем уезжаешь? От парня прячешься, что ли?
- С чего вы… то есть, ты взяла?
- Просто след у тебя на шее очень уж говорящий.
Инна дернулась, машинально прикрывая синяк от засоса, вновь вспомнив Сергея недобрым словом. Неужели нельзя было поставить его на менее видном месте?! Что за примитивная привычка метить все, до чего дотягиваются руки…
