— Да, — рассеянно отозвался Абивард и показал рукой:
— Думаешь, это они или просто стадо?
Шарбараз, прищурившись, посмотрел туда, куда указывала рука Абиварда:
— Должно быть, у тебя глаза получше моих… Хотя, постой, я вижу, на что ты показываешь. Боюсь, это не овцы и не коровы. Это всадники.
— И я так думаю. — В солнечный день Абивард был бы в этом более уверен: солнце сверкало бы на наконечниках копий, конской упряжи и кольчугах. Но сама целенаправленность движения далеких точечек сказала ему все, что необходимо было знать.
— Их не так много, — после небольшой паузы заметил Шарбараз.
— Да. Всадник, сообщивший о них, сказал, что это небольшой отряд, — отозвался Абивард. — Похоже, он прав. — Он посмотрел на приближающихся всадников. — И позади них я никого не вижу.
— Я тоже. — Шарбараз произнес эти слова с возмущением, будто считал, что Смердис ведет игру не по правилам. — На что он надеется, посылая мальчишку, нет, сосунка-младенца вместо мужчины?
— Если бы я знал, сказал бы, — ответил Абивард. — Правда, полагаю, что через полчаса мы все узнаем.
Царские солдаты придержали коней у подножия холма, на вершине которого угнездилась крепость. Кое-кто из жителей городка укрылся в крепости до того, как Абивард приказал затворить ворота. Остальные изо всех сил старались казаться невидимками.
Один из воинов подъехал к крепости с побеленным щитом, подняв его в знак перемирия. Он зычным голосом спросил:
— Правда ли, что здесь поселился Шарбараз, сын Пероза?
Абивард узнал этот голос мгновением раньше, чем лицо.
— Не твое дело, Заль! — прокричал он в ответ. — Независимо от ответа на твой вопрос, не думаешь ли ты, что я впущу вас снова после того, как вы со мной поступили, когда явились сюда в прошлый раз?
Заль ответил широкой улыбкой, в которой не было и намека на стыд:
— Я просто выполнял приказ. Но думается, у меня есть с собой вещица, которая откроет мне ворота.
— Да ну? Поверю, только когда увижу.
— Хорошо, что погода стоит холодная, — заметил Заль, запуская руку в седельную суму. — Не то оно смердело бы куда больше.
Абивард не понял смысла этих слов, пока царский воин не поднял за волосы отрубленную голову, которая, как он и говорил, была отнюдь не первой свежести, но до недавних пор несомненно украшала собой плечи достославного Мургаба.
Чуть не давясь, Абивард проговорил:
— Ты хочешь убедить меня, что ты за Шарбараза, а не против него?
Рядом он услышал шепот Шарбараза:
— Чья это голова?
— Смердисова сборщика налогов, того самого, что вынудил меня отдать восемь с половиной тысяч аркетов для дани хаморам, — прошептал Абивард в ответ. Потом громко обратился к Залю:
— Так что скажешь?
— Конечно, я на стороне величайшего! — прокричал Заль. — Как и ты, я служил Смердису, полагая, что Шарбараз и впрямь отрекся от престола. Потом я с моим отрядом наткнулся на гонца, который вез из Налгис-Крага известие, что Царь Царей — настоящий — бежал из заточения. Это все меняло. Я избавился от гонца, а потом и от этого, — он поднял голову Мургаба чуть повыше, — но часть оставил, чтобы, Бог даст, убедить тебя, что я не подосланный убийца.
— Наткнулся на гонца, говоришь? Если это так, то сюда ты отнюдь не спешил, — ответил Абивард. Заль покачал седеющей головой:
— Не правда твоя, юнец. Я был очень далеко отсюда, на юге, направлялся в Машиз, когда этот тип догнал меня. Скорее всего, Смердис, хмырь хмырей, и слыхом не слыхивал, что настоящий Царь Царей на свободе.
Абивард с Шарбаразом переглянулись. Коли так…
— Но это не будет продолжаться вечно, — сказал Абивард.
— Не будет, — согласился Шарбараз. — Однако Господь отвернется от нас в омерзении, если мы не воспользуемся этим обстоятельством наилучшим образом.
— Эй, вы там что, весь день языками чесать будете? — сердито спросил Заль. — Или все же откроете ворота, чтобы я мог въехать и поговорить с вами, не ревя, как бык на лугу?
— Открыть ворота! — приказал Абивард стражникам, а Залю сказал:
— Въезжай — но только ты один. Я еще не забыл, что случилось в прошлый раз, когда ты ввел свое воинство в мою крепость.
— Хотел бы я вернуть тебе твое серебро, да только эта тварь, — Заль поднял голову Мургаба, — уже успела отправить его в казну. Теперь ты можешь вернуть свои денежки только одним путем: отбить вместе с казной.
Он въехал в открывающиеся ворота под прицелом лучников, стоявших на стенах и во дворе. Абивард нервно переминался с ноги на ногу. Все воины у подножия холма были закованы в железо, как и их кони; Царь Царей, даже если ныне он и стал хмырем хмырей, как назвал его Заль, мог позволить себе озадачить целое полчище кузнецов превращением полосок железа в проволоку, а проволоки — в кольца. Если они на всем скаку рванутся в крепость, то могут проскочить, прежде чем захлопнутся ворота.
— Величайший, тебе разумнее оставаться на стене или на ступенях, куда не дотянуться копьем.
— В одном смысле разумнее, а в другом — нет. — И, не сказав более ни слова, Шарбараз поспешил вниз по лестнице. Он как-то говорил — а Абивард видел, к отчаянию своему и всего Макурана, — что его отец Пероз имел обыкновение сначала ударить, а потом уже задавать вопросы. В этом Шарбараз был весь в отца.
Заль соскочил с коня. Хоть и немолодой, он был гибок и проворен. Не обращая внимания на слякоть во дворе, на свою накидку и доспехи под нею, он простерся ниц перед Шарбаразом, ударившись лбом о булыжник.
— Поднимись, добрый человек, — сказал Шарбараз. — Ты Заль, сын Синтрока, один из начальников царской стражи в Машизе?
— Так точно, величайший. — Судя по изумленному голосу, он был потрясен тем, что Шарбараз знает его имя. На Абиварда это тоже произвело впечатление, хотя и не очень удивило. Он уже знал, какая у Шарбараза великолепная память.
Шарбараз сказал:
— Когда весть о том, что я жив, распространится, сколько еще боевых командиров откликнутся на мой зов?
— Очень много, величайший, очень много, — заверил Заль. — Достаточно, дай Господь, чтобы у тебя не возникло хлопот со Смердисом, разве что отловить его и отсечь голову, как я поступил с достославным Мургабом. Одна беда — не знаю, даст ли то Господь.
— Это всегда интересный вопрос, да? — обратился Шарбараз к Абиварду. — Это твоя крепость, дихган, и я не намерен тебе здесь указывать. Только как по-твоему, можно ли спокойно впустить сюда отряд Заля?
Он говорил, повернувшись к Залю спиной. Сначала это встревожило Абиварда, ему показалось, что так рисковать глупо. Потом он понял, что Шарбараз сделал это намеренно. Это не успокоило его, но он был восхищен выдержкой Царя Царей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
