— Джулиан привез меня в свой полевой лагерь во Флориде. А Джерома ранили…
— Что?!
В глазах девушки отразилось такое беспокойство, что Рианнон даже на минуту стало ее жалко. Куда только девалась вся ее спесь…
— Он уже поправляется. Джулиан вынул пулю из плеча.
— А заражения не было?
— Насколько я могу судить, нет. Кстати… — Она сделала паузу. — Почему вы здесь?
Сидни порозовела и нахмурилась.
— Я… меня арестовали.
— Что?
— Только прошу, никому об этом ни слова!
— Простите, не понимаю…
— Прошу вас! Я не хочу, чтобы мои узнали о том, в какую неприятную историю я угодила. Иначе они бросятся меня спасать и пострадают сами. Пожалуйста, не говорите никому, что я в тюрьме.
Рианнон внимательно посмотрела на нее.
— Хорошо. Я никому не скажу. Да мне и некому было бы рассказывать. С другой стороны, Сидни… слух об этом рано или поздно достигнет ваших родных. Вы же сами, наверное, понимаете.
— Надеюсь, что когда они обо всем узнают, я уже буду свободна. Меня могут обменять на кого-нибудь из янки и отправить обратно в Ричмонд. Помните, вы дали слово.
— Хорошо. Утром я снова приду, чтобы взглянуть на рану Лоутона. А затем вам придется взять заботу о ней на себя. Завтра я уезжаю из Вашингтона.
— Генерал Маги зачислил вас в армию Потомака? — ехидно спросила Сидни.
— Именно.
— Вы не переживайте. Янки в последнее время стали избегать кровавых столкновений с южанами. Не исключено, что вас ждут длинные летние каникулы.
— Возможно.
Рианнон повернулась, чтобы идти, но ее остановил оклик Сидни:
— Разыщите Джулиана!
Она обернулась и удивленно воззрилась на девушку. Та улыбнулась:
— Если янки все-таки нарвутся на наших, вы можете с ним повстречаться. Он также призван на действительную службу и работает в полевом госпитале на передовой.
Рианнон вдруг отчего-то стало не по себе.
— Хорошо… если нам еще придется увидеться, я постараюсь, чтобы это случилось. Берегите себя. Насколько это в вашей власти, конечно.
— Здесь еще не повесили ни одной женщины.
— Вы можете стать первой.
— А вы… — Сидни чуть смутилась. — А вы поможете мне выбраться отсюда?
— С чего вдруг?
— Ну хотя бы в качестве ответной услуги за то, что Риса довезла вас до Вашингтона и свела со своим отцом. Или… или ради Джулиана.
— Ради Джулиана? В каком смысле?
Сидни опустила глаза.
— Как бы то ни было… прошу, помогите.
— Боюсь, это не в моей власти.
— Думаю, вы недооцениваете свои возможности.
Рианнон внимательно посмотрела на нее.
— А если вам вернут свободу, вы вернетесь домой и…
— Обещаю, что уеду из Вашингтона и больше никогда сюда не вернусь.
— Что ж… я попытаюсь что-нибудь для вас сделать.
— У вас получится. Вы же колдунья.
Рианнон не знала, что и ответить. То ли эта женщина действительно молила ее о помощи, то ли она просто пыталась ее уколоть. «Я ничем не обязана семейству Маккензи», — подумала Рианнон. Но вдруг ее охватило тревожное чувство. В голове промелькнула мысль, что если Сидни не отпустят из тюрьмы, случится что-то очень нехорошее. Кто-то погибнет. На сей раз видения не было, просто у Рианнон появилось неприятное предчувствие. Сидни должна выйти на свободу, иначе кому-то придется очень плохо. Она не могла понять, кому именно…
— Посмотрим, — сухо сказала Рианнон и ушла.
Глава 15
Около полуночи лагерь затих. День закончился.
Когда совсем стемнело, в палатку пришли Дэн Лебланк, Лайам и Генри Лайл. Джулиан по-прежнему рассчитывал только на двух своих бывших ополченцев.
— Время, — сказал он, надевая шляпу.
— Я не могу одобрить это безрассудство… — промямлил Дэн.
— Интересно, — сухо бросил Джулиан, — каким образом вы планируете нас остановить?
Дэн хотел что-то сказать, но вдруг обратил взгляд на вход в палатку. Джулиан проследил за направлением его взгляда и увидел на пороге молодого офицера со светлой бородкой и такими же волосами до плеч. На голове у него красовалась фуражка кавалериста.
— Полковник Маккензи? — спросил он.
— Капитан с недавних пор, — поправил его Джулиан. Тот заулыбался.
— Бросьте, побывавши раз полковником, уже никогда не согласишься на капитана. По крайней мере в душе.
— Чем могу?
— Прошел слух, что вы планируете прогуляться ночью до Харперс-Ферри.
Джулиан скрестил руки на груди и оперся о край стола.
— В самом деле?
— Говорят. Я — капитан Элайя Хенли. Хорошо знаю здешние места. Ночью тут гулять небезопасно, особенно в такое время. Да еще втроем. Вшестером гораздо сподручнее, не находите?
Джулиан нахмурился.
— С чего вы взяли, что мы отправляемся на прогулку?
Он усмехнулся.
— Я встречал до войны вашего братца, и он мне много порассказал про ваш характер. Зная о том, что янки гонят по дороге караван с медикаментами, я догадался, что вы не захотите упускать такой шанс. Кроме того… я ведь участвовал в сражении при Шарпсберге. У нашего дока очень быстро закончились эфир, морфин, а потом и виски. И как раз в этот момент к нему на стол принесли моего хорошего приятеля. И тот скончался. Не от раны, а от болевого шока. Ему не хватило морфина. Я не хочу, чтобы то же самое повторилось с кем-нибудь еще. Так что если вы надумали взять этот караван, я охотно провожу вас до него.
— Это большой риск.
— Не такой большой, сэр. Я прикомандирован к генералу Стюарту. Тот сейчас возит барышень по войскам, а меня отпустил на вольную охоту. Я именно тот человек, который вам нужен. Что скажете?
— Едем, — коротко бросил Джулиан.
— Я взял на себя смелость предложить вам моих лошадей, полковник.
Джулиан кивнул, и все они вышли из палатки. Неподалеку стояли двое и держали в поводу шесть довольно крепких жеребцов. Давно уже Джулиан не видел в армии конфедератов лошадей, которые не смахивали бы на оголодавших, беспризорных котов. Хенли представил своих людей — Эйб Дженсен и Алистер Адэр. Джулиан и его ополченцы поблагодарили бородатого кавалериста, и они все вместе выехали в ночь.
В дороге Хенли сказал:
— Вы очень похожи на своего брата.
— Мне это все говорят, — отозвался Джулиан.
— Жаль, что он предпочел остаться янки, — пробормотал Хенли без тени злости в голосе. — Он бы нам пригодился.
— Гражданская война, ничего не поделаешь. Он сражается на стороне Севера по убеждению, но при этом понимает, что воюет против почти всех своих родственников.
— Да, прямо беда, сэр. Я тут слышал, что у жены президента, миссис Линкольн, погиб младший брат, сражавшийся на стороне Юга. И она сказала лишь, что он сделал ошибку, пойдя против северян. Уверен, янки не простили бы ей, если бы она позволила себе пролить хоть одну слезинку. Такие-то дела…
