— Каковы планы генерала Стюарта?
— Пытается вынюхать, где армия северян и какова ее сила.
— Значит, быть большой драке?
— Армия янки где-то поблизости, так что сражения не избежать.
Примерно через полчаса Хенли шепнул:
— Вон наша дорога. Караван спустится через перевал и заедет в небольшой овраг. Лучше всего здесь его и взять.
Что будем делать?
— Для начала спешимся, спрячем лошадей и устроим засаду, — ответил Джулиан, окинув местность внимательным взглядом.
Дорога действительно проваливалась в небольшую ложбину, по обе стороны от нее поднимались довольно высокие складки песчаника, поросшие густым лесом и кустарником. На янки можно было внезапно обрушиться сверху. Джулиану понравилось место, выбранное для засады. Они спрятали лошадей и укрылись в кустах прямо над дорогой.
Ночь стояла душная. Лишь изредка легкий ветерок шевелил листву над головой Джулиана. Он почесал колено. В лесу уже появилось полно мошкары. Рядом приглушенно чертыхнулся Лайам.
— Что такое?
— Комары заели, сэр.
— Терпи молча.
— Хорошо, сэр.
Когда Джулиан уже начал сомневаться в том, что караван действительно пройдет, Лайл подал ему сигнал птичьим свистом. Он расположился чуть впереди, его свист означал, что по дороге движется только один человек. Разведчик?..
Джулиан стал всматриваться в темноту. Вскоре он увидел молодого янки. Тот ехал на откормленной кобыле в новеньком синем мундире и таких же сапогах, кожа которых лоснилась под бледным светом луны. Парнишка что-то тихо насвистывал себе под нос.
«Это он от страха», — подумал Маккензи.
Всадник приближался. Когда он проезжал мимо, Джулиан скатился с откоса прямо ему на голову и быстро подмял под себя ошеломленного солдата. Парень отчаянно забился под ним, пытаясь вырваться.
— Мятежники, мятежники… О Боже, мятежники! — заголосил он.
Джулиан нагнулся к его уху:
— Закрой рот, малыш, иначе тебе не жить.
— Заткните ему пасть, полковник! — проговорил откуда-то сверху Хенли. — Караван приближается!
Но потерявший рассудок от страха и паники молодой янки никак не хотел угомониться и, отрывая от своего рта широкую ладонь Джулиана, завопил:
— На помощь! Тут мятежники! Боже всемогущий, тут мятежники!
— Полковник, прикончите же его наконец! Он все погубит!
Вспотевший от натуги Джулиан поднял глаза на своего поверженного противника. Прикончить его?.. Сунуть нож ему под ребра и подержать, пока мальчишка не затихнет?.. Но он не мог. Одно дело — отстреливаться от янки, когда те пустились за тобой в погоню. Ты стреляешь, в тебя стреляют. Здесь — другое. Хладнокровное убийство. Джулиан знал, что если сделает это, то потом никогда себе не простит. Он безумно хотел, чтобы война поскорее закончилась, но не мог приближать ее окончание таким способом. Если он сейчас убьет этого сосунка, то потом не сможет спокойно спать по ночам.
Молодому янки вновь удалось освободить рот, и он, задыхаясь и кашляя, опять закричал:
— На помощь! На помощь!
— Маккензи, черт возьми, сделайте же что-нибудь! — рявкнул сверху Хенли.
— Док, они приближаются… — послышался отчаянный шепот Лайама.
Джулиан одной рукой прижал янки к земле.
— Извини, малыш… — сказал он тихо.
Рианнон делала, что было в ее силах.
Генерал Маги обещал, что освободит Сидни, но он не имел власти над заключенными Старого Капитолия и ходатайствовал за шпионку перед вышестоящим командованием. На этом терялось много времени. Рианнон говорила с сержантом Грейнджером, но и от него мало что зависело. Она попыталась связаться с Йеном Маккензи, но того отправили на фронт. Рианнон понимала, что и его разыщут не скоро.
Но тут Грейнджер рассказал ей о Джессе Холстоне.
Тот все еще был в Вашингтоне, куда прибыл с фронта после второго ранения. На сей раз он проболел недолго и, уже выздоравливая, стал помогать Алану Пинкертону, который ведал в армии северян разведкой и контрразведкой.
Джесс Холстон каким-то образом был причастен к побегу из тюрьмы Джерома Маккензи, он же организовал арест Сидни. Рианнон решила обратиться к нему. Она послала ему записку, в которой настоятельно просила встречи. Ответ принес молодой солдат, пригласивший ее в контору Холстона, которая находилась прямо за Белым домом. Рианнон приехала туда под вечер.
Джесс оказался красивым молодым офицером с непроницаемым взглядом и учтивой улыбкой.
— Сэр, мне нужна ваша помощь.
— Я с удовольствием сделаю для вас все, что в моих силах, миссис Тремейн, — ответил он.
— Речь идет о Сидни Маккензи. Вы ее арестовали. Может быть, вы же ее теперь и отпустите?
— Прошу прощения, мэм, но если бы я хотел, чтобы она находилась на свободе, зачем же мне было ее арестовывать? — с вежливой улыбкой спросил он.
— Я знаю эту семью… — неожиданно для самой себя сказала Рианнон.
Холстон сел за свой стол и сложил руки на груди. В глазах его блеснула искорка интереса.
— И что же?
— Ничего. Просто…
Рианнон окончательно смутилась.
— Сидни нельзя доверять, миссис Тремейн.
— Я думаю, можно. Она даст торжественную клятву, что больше не доставит вам хлопот. Я слышала, что многих мятежников отпускают из тюрем под честное слово.
— И вы думаете, она присягнет Соединенным Штатам Америки на верность? — спросил он и усмехнулся.
Рианнон нервно теребила складки на своей юбке.
— Н-нет, но… Она пообещает тут же уехать из Вашингтона и покончить со шпионской деятельностью.
— И вы хотите, чтобы я поверил в это ее обещание?
— Да, сэр.
Холстон долго и внимательно ее разглядывал.
— Кажется, я начинаю понимать. Вы опасаетесь, что Джером бросится ее спасать и пострадает при этом, не так ли? Вы влюблены в него?
— Нет! — воскликнула Рианнон, и в глазах ее вспыхнуло возмущение.
Холстон улыбнулся.
— Это хорошо. Как-никак, он женат и у него ребенок. Хотя…
— Что? — предчувствуя подвох, быстро спросила она.
— Я заранее прошу у вас прощения, миссис Тремейн, но вы… как бы это сказать… еще очень молодая и на редкость красивая женщина. Вы способны вскружить голову любому мужчине. И потом… похоже, вы испытываете какие-то особые… я бы даже сказал, теплые чувства ко всему этому семейству. Я прав?
— Капитан Холстон, я просто пытаюсь помочь спасти человека. Эта война и так уже принесла людям слишком много горя. Сидни попала в беду, и я не могла пройти мимо. Только и всего.
— Скажите, а с чего вы взяли, что Сидни согласится Принять помощь из моих рук? Боюсь, сейчас она уже не испытывает ко мне прежнего расположения. Ведь это именно я организовал ее задержание.
