и ещё двадцать две тысячи рублей.
В какой-то момент, изучив содержимое Хранилище, я подошёл к администратору и спросил, можно ли мне посмотреть, что хранится в зале Аметистового (начального) уровня доступа.
— Можно. А зачем? — удивлённо ответил он.
— Ну надо, — уклончиво ответил я.
— Ну надо, так надо, — кивнул молодой мужчина и пожал плечами.
Спустя минут десять я вернулся в Аквамариновый зал. Да, в Аметистовом были неплохие артефакты, однако же после артефактов Аквамаринового ни одни из них не заслуживал того, чтобы тратить на него баллы.
Ну а в следующий зал — Сапфировый — меня не пустили даже «посмотреть одним глазком».
В итоге мы потратили все наши баллы и почти двести пятьдесят тысяч рублей. У Вавиловых денег особо не было — хоть Агате и не пришлось платить за лечение мужа, большую часть из того, что она заработала, чтобы спасти его, Вавиловы потратили на погашение долгов и дополнительные выплаты семьям погибших товарищей. Ну и живым товарищам тоже часть отдали.
Кое-что у них осталось, но им ещё к рождению ребёнка готовиться.
В общем, все траты я, как договорились изначально, взял на себя.
Половину заплатил сразу, половину оформил в рассрочку под два процента. Предстоящие траты я обсудил заранее со своей управляющей, но это не помешало ей почти сразу позвонить мне, доложить, что оплата с нашей стороны прошла без проблем, а потом заявить:
— Но, кроме хороших новостей, у меня есть и привычные, — буднично произнесла Марина в трубку.
— Слушаю? — хмуро ответил я.
— Если ты продолжишь так тратить и так зарабатывать, то в следующем месяце рискуешь обанкротиться.
Я сделал глубокий вдох… выдох, а затем спокойно ответил:
— Спасибо, что предупредила. Деньги будут.
— Я не сомневаюсь, — быстро произнесла Марина. — Честно. Но твои проекты — грандиозные, Александр. Пару месяцев назад ты думал, какую форму купить, чтобы ходить в МАУД, а сейчас содержишь и вооружаешь рать, покупаешь дорогие артефакты, вкладываешься в развитие двух производств и ремонт одной усадьбы.
— Но ты ведь тоже зарабатываешь, — мягко произнёс я. — Поддерживаешь нас на плаву. Плюс трофеи с монстров мы продаём.
— Если бы не они, мы вообще уже были за чертой бедности! — не выдержала Марина. — А если бы не та твоя случайная находка стоимостью в миллион рублей, мы бы не могли себе всё это позволить!
— Ну да, за грибами я удачно сходил, — припомнил я тот поход в Проклятые Земли.
— Александр…
— Марина, — перебил её я. — Я тебя услышал. Но и ты меня услышь: сейчас важнее всего — подготовиться к походу. Ну а как закроем Проклятые Земли — временно закроем и финансовый вопрос.
— Ага… — буркнула она. — Вряд ли надолго, учитывая твои растущие аппетиты.
Я усмехнулся. Ну да, там ещё имение в порядок приводить придётся.
Хотя сперва нужно будет его оформить на себя…
— Всё решим, — твёрдо произнёс я.
— Поняла, — выдохнула она. — Прости, если надоедаю. Просто это моя работа — держать тебя в курсе.
— Спасибо за это.
— Пожалуйста. Я сейчас активно ищу новые варианты сбыта древесины и теплоизоляции… — вновь закинула она удочку.
— Нет, — произнёс я твёрдо.
Она тяжело вздохнула и проворчала:
— Ну да, ну да… У нас два производства, а мы ничего с них не продаём. Зато зарплату сотрудникам платим.
— Ну а как иначе? — усмехнулся я. А затем подумал и добавил: — Чувствую, устала ты. Тебе бы помощника найти…
— Я думаю об этом, — произнесла она серьёзно. — Но кого попало брать не буду. Нужен способный и многозадачный человек, который сможет справиться с частичным управлением имуществом господина Пожарского. И который, что ещё важнее, вызовет доверие этого самого господина Пожарского.
Она говорила серьёзно, без тени иронии в голосе.
— Верно, — подтвердил я. — Примерно такой нам и нужен. Я тоже подумаю, кого можно привлечь.
И вроде бы кандидатов немало — сейчас студенты Академии управления сидят без дела, пока МАУД закрыта на ремонт.
Тот же Лапищев мог бы принести пользу… Вот только не факт, что родственники позволят ему пойти на работу к личному дворянину.
Или представить всё это как «производственную практику»? Тогда не должен быть сильный урон по репутации рода Лапищевых, если общественность узнает.
Но, конечно же, Лапищев далеко не единственный возможный кандидат.
Пока я беседовал с Мариной и размышлял о расширении штата моих управленцев, Леонид вместе с Наумовым-старшим и Васей закончили грузить все наши обновки в «Имперец».
Спустя пару минут машина плавно тронулась с места.
— Александр… — обратилась ко мне Агата.
— Хм?
— Спасибо тебе, — проговорила она. — Ребятам нужны были обновки. Сами бы мы не потянули.
— Да брось ты, — легко усмехнулся я. — Одно же дело делаем. К тому же, именно я глава нашего Вольного Отряда Звёзд.
Агата кивнула, однако же явно хотела сказать что-то ещё, но к её горлу подступил комок, а на глаза навернулись слёзы. Растрогалась беременная ведьма — ещё совсем недавно ей приходилось на себе тянуть остатки своего отряда, но теперь всё круто изменилось.
Заметив состояние жены, Леонид обнял её и погладил по голове. А затем поспешил сменить тему.
— Я думал, ты выйдешь из ВОЗ после того, как станешь аристократом? — осторожно спросил он.
— Завтра, — кивнул я.
Оба Вавиловых удивлённо уставились на меня. Я улыбнулся и продолжил:
— Так что, можешь считать это прощальным подарком товарищам. Хотя мы, я надеюсь, не прощаемся.
Я вопросительно посмотрел на Леонида. Он удивлённо мотнул головой, но сказать что-либо не успел.
— Стоп! — выпалила Агата. — Я что-то не поняла, что происходит! Александр… я… — Она взялась руками за голову и поморщилась. — Я не очень здорово соображаю в последнее время. Я думала, ты новичков припишешь к нашему отряду, и он увеличится. А он что же, наоборот, уменьшится?
— Не переживай ты так, — улыбнулся я. — Если членов нашего вольного отряда всё устраивает, то ничего особо не изменится. Так — формальности. Будем ходить в Проклятые Земли объединённым рейдом — «ВОЗ» плюс дважды одарённые ратники Пожарского. Командование я оставляю за собой. Это в общем. В частности — в ближайший поход состав рейда будет гораздо шире.
Агата задумалась, пытаясь осмыслить мои слова.
