и ещё одна сфера знаний, в которой Илья Алексеевич незаменим. Он очень хорошо знает технику безопасности подобного строительства. Без этого кого-нибудь из нас точно придавило бы к чёртовой матери.
Кадровый вопрос, то есть, привлечение к общественно полезному труду местных жителей из числа желающих, Федичкин с самого начала решал самостоятельно. Пару дней он, консультируясь с Магдой, бродил по всему городу с ней и самостоятельно, оценивая перспективы. Затем в нужных местах расклеил объявления, в которых говорилось о начале строительства православной часовни с призывами всех причастных откликнуться.
Честно говоря, я не особенно верил в успех этого предприятия, в душе рассчитывая больше на имеющиеся крошечные силы. Каково же было наше удивление, когда уже через неделю на стройке почти каждый день трудились не менее четырёх человек!
В благое дело вписались четыре греческих семейства и три старообрядческие семьи с Аляски, — жители сплочённой деревни Николаевск, куда их предки перебрались из Орегона. Той самой деревни, рандеву с которыми так и не состоялось на островах Диомида!
Через два дня к строителям добавился представитель семьи из города Эри в штате Пенсильвания на берегу Великих озер. Следом подтянулись два болгарских семейства, причем родственных, и одна румынская. Кроме того, православные живут ещё и в береговых поселениях, но до них кому-то ещё нужно добраться с рыбаками или на попутном пакетботе… Однако и сейчас община вырисовывается не маленькая.
Аппетит приходит во время еды, и Федичкин вскоре замахнулся пошире. И размах этот — как на ударной комсомольской стройке! Вокруг участка появился штакетный или пастбищный, по-другому, забор из четырёх ниток обрезной доски с лесопилки, протянутых по всему периметру.
Я готов поверить, что такая ограда хорошо подходит для содержания скота или просто для украшения участка перед ковбойским домом. Но сейчас территория прихода сильно смахивает на ранчо. Илья Алексеевич успокаивает, обещая со временем соорудить красивую каменную ограду.
Вслед за оградой в дальнем углу появилась разметка под амбар, «потому как имущества хозяйственного будет много».
Огромное дело сделала Екатерина Матвеевна, смело отправившаяся к мэру подписывать требование на стройматериалы.
Во-первых, содействие работе посольства в хозяйственной части было обещано, а во-вторых, любой градоначальник приветствует появление в городе культурных и религиозных объектов, в отличие от очередной распивочной. Как известно, вокруг любого храма постепенно и прилегающее пространство облагораживается.
Бумаги были подписаны, фонды, как говорится, выделены, и вскоре на строительный участок был доставлен заранее подсчитанный комплект калиброванных кедровых бревен.
Федичкин рассказал, что в Восточной Сибири при постройке дома нередко используют рубку из ангарской сосны, которую ещё называют сибирским кедром. Дерево у неё большей плотности, чем у традиционной, отсюда низкая теплопроводность. Кроме этого, ангарская сосна меньше трескается и обладает красивым рисунком.
Самые долговечные дома — из сруба лиственницы, которая имеет очень хорошую плотность древесины и высокую влагоустойчивость. Но лиственница редко используется для строительства здания в связи со сложностью ручной обработки. Помимо этого, по стоимости лиственница дороже сосны вдвое. По этим причинам применение лиственницы обычно ограничивают первым венцом строения.
Всё это хорошо, конечно, но поблизости что-то не видать ни лиственницы, ни ангарской сосны вместе с Ангарой-красавицей.
Зато есть канадский красный кедр, который растёт на побережье Южного океана, с его солеными штормовыми ветрами, влажным климатом и частыми перепадами температур. Приспосабливаясь под суровые условия, этот кедр в процессе эволюции приобрёл редкий набор уникальных качеств, благодаря которым является лучшим деревом для срубов и строительства домов вообще. Как сказали ребята на лесоскладе, дома из красного кедра гарантировано будут выглядеть красиво. Особенно если использовать бревна большого диаметра, такие здания величественны и напоминают сказочные замки.
Помечтали, облизнулись, отказались. Сложно работать с такими великанами при острой нехватке грузоподъёмной техники.
— Еловый сруб тоже хорош, — поведал Федичкин, когда мы всем дипломатическим миром кое-как укрыли бесценный штабель плёнкой. Дело было утром, помощники ещё не подтянулись.
— Ты про что? — проформы ради спросил я, усаживаясь на скамью.
— Сруб из ели не теряет свой цвет, имеет низкую теплопроводность, а значит, лучше сохраняет тепло. Вот из него мы баньку-то и соберем!
— Какую ещё баньку⁈ — натурально взревела Селезнёва, разбрызгивая кружку с водой. — Ты нас в могилу решил свести⁈
— Действительно, Илья, прекращай… — сказал я чуть потише. — Ну какая баня…
— Дык можно её за ограду вынести! И калиточку соорудить.
— Какую калиточку, какую баню⁈ Сначала закончи строить запланированное. Ишь, прожектёр! Развёл тут банный комплекс! Ты ещё бассейн предложи!
— Да я так… Просто прикидывал, Екатерина Матвеевна. А бассейн можно, отчего ж не бассейн… Тут рядом ручеек есть с водой ключевой, легко от него водоотвод сделать! Если вы трубы выпишите.
— Ой, всё! — Екатерина ещё что-то промычала, затем встала и ушла.
— Вот кто тебя за язык тянет, Илья?
Следующим шагом по обустройству церковного хозяйства стало включение в программу строительства просторной беседки под деревьями, в которой можно всем обществом собираться на празднества.
Очаг для барбекю и шашлыка появился ещё раньше. Поначалу люди приносили с собой домашние продукты или что-нибудь для примитивной готовки во дворе, но вскоре Селезнёва включила административный ресурс, и теперь Магдалина регулярно готовит рабочему люду щи, борщи и пироги, помогающие строителям не давиться опостылевшими шашлыками и стейками.
Какое-то время повозив Федичкина по хозяйственным делам, я быстро устал и вручил ему ключи от «Нивы».
— Вот тебе машина, вот тебе прицеп, пользуйся и не нарушай ПДД.
Кое-что приходилось покупать из инструментов и малой механизации. Так в бригаде появились две бензопилы и электрорубанок, дрели и домкраты.
Случались и не совсем обычные приобретения.
Три дня назад Илья Алексеевич заявил:
— Валентиныч, а ить мне ружьё двуствольное надо!
И через пару секунд добавил:
— Что ж так удивился-то?
— Да нет… Просто как-то необычно, знаешь ли, получать такие заявки от церковнослужителя, а в перспективе и священнослужителя.
— Как же иначе? Мы ведь в Америке живём, среди гангстеров да команчей всяческих, а с ними дело известное, этот народец любит пострелять, почём зря. И не забывай, что пономарь — изначально охранник, вот так вот.
— Ну да… А почему именно двустволку, Илья Алексеевич? По-моему, здесь гораздо проще найти помповый «Ремингтон». Хоть завтра можно купить.
— Не нужна мне эта помпа, я к простой двудулке привык, — скривился пономарь.
— Тогда возьми полуавтомат, он пока без дела в посольстве лежит.
— Вот уж нет, у мужчины своё оружие должно быть, а не напрокат
