Таких в высшем свете каждая третья, если не каждая вторая. Когда есть доступ к косметической некромагии, нет никаких проблем стать красивой. Тут куда ценней умение отпечататься в чужой памяти. И за это ответственны стилисты.
А стилист этой конкретной слечны бездарен.
Или же нет? Стоило ей заговорить, как Илега осознала: этот капризно-противненький голосок уже не забыть.
— Я вижу, у вас ещё осталось чувство гордости, слечна Холло. А я уж опасалась, что вы окончательно прогнулись под унизительную политику своего сюзерена, — она вновь отвлеклась на собственное отражение и принялась подводить глаз волшебной палочкой. Словно бы в этом была какая-то нужда. — Подумать только: ставить чернь превыше благородных! Нонсенс! Именно такие решения и сгубили Британию и Францию…
Илега удивлённо подняла бровь, не убирая руки от затылка. Горничная открыла было рот, чтобы что-то сказать, но так и не нашлась, что.
А вот Айярра за словом в карман не лезла:
— Скажи, мне тебя опустить красиво или брутально, ты, подстилка русская?!
Незнакомка застыла. Она медленно повернула голову в сторону столь открыто оскорбившей её Аи. Волшебная палочка не шелохнулась, но теперь всё выглядело так, будто бы дворянка готова применить её в любую секунду в целях отнюдь не мирных.
Её молчаливая спутница, молодая женщина сантиметров на десять выше любительницы влезать в чужие разговоры, не скрываясь отложила мобильный на раковину и коснулась пальцами рукояти своего оружия.
— П… простите? — капризно-противненький голосок незнакомки звучал так, будто бы та не могла поверить в то, что только что услышала.
— О, уже просите прощения? — Айярра хищно улыбнулась, демонстративно обнажив клыки. — А чего не на коленках? Я же опасная. Я умею и по-маньчжурски колдовать. Что? Страшно?
Ая явно прыгала на какой-то больной мозоли незнакомки. Но Илега была не в курсе ситуации.
Зато отлично понимала, что эскалация конфликта здесь и сейчас ей не нужна.
— Так! Стоп! Хватит! Брейк! — горничная выскочила между дворянками и принялась махать руками. — У нас у всех была очень тяжёлая неделя. Я всё понимаю. Административный аппарат крошится в руках. Так ещё и война с Россией, из-за которой под удар попадают те, кто заключал браки задолго до того, как это противостояние стало актуальным. Давайте просто извинимся и сделаем вид, что ничего не произошло?
Русовласка перевела взгляд на Айярру и поставила бровки домиком.
— Ну, пожалуйста…
На удивление, Ая тотчас же убрала с лица зверский оскал и пожала плечами.
— Ладно. Раз так говорит королева…
— Что? — не поняла Илега.
— Что?! — вторили ей разом обе незнакомки.
Нефромалка неспешно наклонилась в бок, чтобы лучше видеть недавних оппоненток.
— Я не поняла: я тут одна, что ли, домашнее задание по богословию делала? Жаки, может подскажешь мне, какую функцию выполняет король с точки зрения данного предмета?
Дверь одной из кабинок тихо, практически беззвучно открылась, и каждая, кто повернул голову в ту сторону, могла увидеть златовласую француженку, уже направившую волшебную палочку в сторону потенциальных противниц.
— Король — это смертный, служащий наместником бога. Верховный жрец.
Ая довольно кивнула, и её губы вновь тронула хищная улыбка.
— Спасибо, Жаки. И, так уж получилось, что слечна Шайс буквально является смертной наместницей богини. То есть, королевой, пусть и безземельной.
— А ведь правитель Мали признал божественную сущность Лешей, — отметила Жаклин.
— Да что там правитель Мали? — хмыкнула Айярра. — Наш государь, властитель Богемии, даже он публично объявил Броню Глашек божеством, таким образом признав недействительными требования, изложенные в ультиматуме российского императора. А следом за ним это сделала Маньчжурия. Думаю, не пройдёт пары месяцев, как к ним присоединятся Латвия, Эстония, Финляндия и, чем Лешая не шутит, ЕССР.
Нефромалка шагнула к Илеге и мягко положила ей руку на макушку.
— Собственно, поэтому я и выдала слечне Шайс ободряющую оплеуху. Хотела лекцию касательно международного права прочитать. Но тут вмешались вы, в очередной раз демонстрируя вопиющее неумение разбираться в людях и читать атмосферу…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ая! — окликнула её горничная.
Некромагичка послушно замолчала. Но её выражение лица было очень говорящим.
Незнакомка же, всё таки сумела прочитать атмосферу и истолковать ситуацию верно. Даже если статус Илеги, как королевы, не подтвердится в будущем, ситуация выглядела не очень-то радужно. Соотношение две колдуньи против двух. Притом, что Жаки уже держала потенциальных противниц на прицеле. Это было бы сильно не в пользу последних, даже если представить, что все присутствующие примерно равны по боевому опыту.
А “русская подстилка” не производила впечатление подкованной в вопросе сражений. В то время, как обе спутницы Илеги оказались здесь как раз потому, что готовы к схватке. В том числе и с противником, многократно превосходящим их в мощи.
Горничная прямо видела, как незнакомка приходит к тем же выводам и, в итоге, решает извиниться:
— Прошу прощения. Я неправильно оценила ситуацию. Порой я бываю поспеша в суждениях.
Было видно, сколь тяжело ей даются эти слова и сопровождающий их книксен. Дворянка словно бы давилась ими.
Но Илега добродушно приняла извинения, улыбнулась и толкнула локоточком Аю.
— Твоя очередь.
Неформалка изобразила весьма старомодную, давно не практикующуюся вариацию мужского поклона, в которой была активно задействована жестикуляция левой рукой.
— Прошу прощения за то, что ваш муж — предавший родину трус, бежавший от войны с дальневосточным гегемоном. Я должна была раньше вас предупредить, что этим браком вы позорите себя, свой род, свою страну и свою корову…
— Ая! — возмущённо выкрикнула Илега, но тут же замолчала, увидев, как незнакомка гордо удаляется прочь из дамской комнаты, а следом за ней сцену покидает и телохранительница, очевидно радующаяся тому, что сражения удалось избежать.
Горничная дождалась, пока дверь за дворянками закроется, и прильнула к ушку неформалки, чтобы злобно прошипеть вопрос:
— Что это только что было?
Айярра беспечно пожала плечами.
— Власта Елецкая-Червонице. Для неё статус — больная тема. Род Червонице очень древний, но в последнее время поистаскался. А потому Власта не долго думала, когда на горизонте появился прощелыга Елецкий, — неформалка оправила волосы и повернулась в сторону Илеги. — Этот “благородный пан”, едва пошли разговоры о грядущей войне России с Маньчжурией, бежал на запад со всех ног, не забыв при этом прихватить всю казну рода.
— Какой ужас, — вскинула брови горничная. — И… на кою Лешую он это сделал? Дворянам же нет смысла беспокоиться насчёт смерти.
На этот вопрос ответила уже Жаки, аккурат в этот момент добравшаяся до раковины.
— Если бы только смерти… маньчжурцы — те ещё звери. Для них устроить инсталляцию в стиле Стенающей Рощи — вопрос исключительно фантазии и времени. Они перерабатывают военнопленных в высоконасыщенный прах, невзирая на благородство и выгодность выкупа.
Ая хмыкнула.
— Это часть их внешней политики. Маньчжурия делает всё, чтобы с ней не хотели связываться. Благо, негативные последствия легко нивелируются тем фактом, что эти ребята — локальный гегемон. Даже близость России их не сильно беспокоит, ведь Медведь обращён к ним ленивым жирным неповоротливым задом. В их действиях есть логика…
Жаклин выключила воду и приняла полотенце из рук бледной служанки, которой последние минуты приходилось наблюдать за напряжённой сценой противостояния некромагов и мысленно молиться, чтобы те не додумались начать перебрасываться проклятиями.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ну, да… логика есть… и пример Елецкого показывает, что метод очень даже рабочий. И хотя я могу понять поступок Олега, я не могу его одобрить. Это не лояльно по отношению к семье. Это не лояльно по отношению к государю. Это не лояльно по отношению к стране. И этого типа ещё и допустили до общения с принцем…
