в волнах радостного ликования, и неуверенно пробормотала:
— Шесть… Или семь. Их же хрен различишь. У одного правда шрамы на шкуре и раскраска ярче. Может, если я его сниму, то отстанут?
Солард посмотрел в сторону высокой серой стены, испещренной древними письменами, что тускло мерцали в ночи. До нее было еще минут пять бега, а держать преследователей на хвосте было не лучшей идеей. Кровоглоты редко действовали малыми группами и предпочитали охоту в стае, так что вполне возможно, они ждут подкрепления. Зеленоволосый затормозил и громко крикнул товарищам:
— Готовьтесь к бою. Лина, попробуй убить вожака. Остальные следите за окружением, думаю, это не все твари.
С двух сторон проспект в этом месте окружали высокие остовы руин, из черного базальта покинутых строений. В их пустых уже века окнах слышался только тоскливый вой ветра и далекий, потусторонний шепот. На пару мгновений эти дома ей показались знакомыми, как будто она их видела когда-то, в чужом полузабытом сне. Когда искатели остановились, преследующие их твари тоже замерли, скрывшись в укрытиях и не показываясь на глаза. Они были достаточно умны и понимали, что охотник в любой момент может стать жертвой. Девушка включила лазурь и положила руку на свой арбалет, но, помедлив пару секунд от этой идеи, она отказалась. Черт знает, как он себя поведет в этом слое реальности. Пока Астра молчала, ей рисковать не хотелось.
— Пойду щелкну тварь. Скоро вернусь, не волнуйтесь, чмоки! — промурчала она по внутренней связи, взбежав по стене ближайшего дома до окна второго этажа и скрывшись внутри.
Лина обострила свое восприятие. Слух и обоняние действовали почти в синестезии, а измененные зрачки идеально видели сейчас в полумраке. Она шла на охоту, и это ей нравилось. Проникнув в гостинную второго этажа, она медленно двинулась по толстому слою обрушившейся штукатурки и собравшейся за века пыли. В комнате виднелись две коротких, детских кроватки, да разбросанные деревянные игрушки. Ощущение эйфории на пару мгновений исчезло, уступив острому дежавю. Как будто… Она уже здесь была в прошлом. Видела этот заброшенный город и закрывающую башню стену.
Ловко вскрыв нехитрый замок на хлипкой двери, Лина скользнула по коридору к второй двери, где слышала тяжелое дыхание. Там в полутьме виднелась крепкая двуспальная кровать, несколько шкафов и большой пузатый сундук, окованный бронзой, с хитрым, ручной сборки, замком. Странным образом, на втором этаже оказалось довольно уютно, несмотря на проломленный потолок и едва уловимый запах дыма. Сквозь разлом над головой виднелись далекие, слишком яркие звезды, которые в городах было обычно не разглядеть из-за неона. А еще уродливая харя рыжего монстра, который подозрительно принюхивался, глядя себе вниз под лапы.
Сильно оттолкнувшись ногами, она взлетела к нему, призвав «Лазурь» в форме клинка, который вошел точно под нижнюю челюсть чудовища и без усилий пробил толстый череп. Тварь умерла, не успев издать вопля. Удовольствие от чистой работы прокатилось горячей волной, и девушка напряглась, пытаясь на слух найти следующую тварь. Пришлось отключить отвлекающие динамики шлема, в которых слышался тонкий, почти комариный, раздражающий писк:
— Лина… вторая стая,…ращайся
Ей было сейчас не до того. На крыше здания через проспект она приметила ту шрамировную особь. Она станет отличной добычей. Чудовище ее еще не заметило и что-то яростно ревело, мощными руками нанося себе в грудь удары. Оценив расстояние до цели, Лина разбежалась по искрошенной черепице и взмыла в воздух, долгим прыжком пересекла улицу и приземлившись на ноги, перекатилась, гася импульс инерции. Чудовище успело обернуться, встревоженное громкими звукоми, и даже вскинуло левую лапу, гася разящий удар клинка.
«Лазурь» оставила чистый срез, отрубленная мускулистая кисть рухнула вниз. Искательница сделала шаг вперед и сделала выпад, целясь в толстую шею монстра, погасив рвущийся из его глотки яростный рев, а затемприкончила добычу рубящим ударом. Эта ликвидация не была абсолютно удачной. Противник успел ее заметить, ей это не нравилось. Монстрик уже был встревожен происходящим на проспекте боем. Остальные твари из его стаи, что скрывались в окрестных домах, сейчас ринулись на звуки схватки. В голову лезли странные мысли, как будто она допустила ошибку. Пытаясь прогнать их и сосредоточиться на предстоящей охоте, она тряхнула платиновыми волосами под шлемом.
На глаза попался ведущий бой отряд. Ричарду и Найту приходилось нелегко, они с трудом отражали постоянные атаки тварей, которые кружили вокруг, стараясь наносить внезапные удары и сразу скрываясь в руинах домов. Генар изо всех сил крутился, пытаясь отвести тяжелые удары лап не только от себя, но и от сжавшегося со страха Альва. Этого зрелища оказалось достаточно, чтобы прогнать искушение охоты. Лина махнула с крыши в толпу раненых и обоженных тварей. Осторожные монстры, получив внезапный удар в спину, принялись разбегаться, но скрыться удалось лишь двум-трем. А двенадцать тушек медленно растаяли у них на глазах, оставив после себя яркие алые капли и мерзкий запах паленой шерсти после выстрелов плазмы. Ричард оглянулся и, убедившись, что опасности нет, рявкнул растерянной блондинке:
— Где тебя черти носили? Я же приказывал возвращаться.
— Прости, я потеряла себя. У вас все в порядке, раненных нет? — ответила девушка, сделав забрало прозрачным и осматривая отряд.
— Я жив, Ричард меня защищал, — ответил Сол.
— В следующий раз без команды ни шагу от меня, — строго приказал капитан и, отвернувшись от виновато смотревшей блондинки, тяжело вздохнул. Ее невероятно прекрасные, фиолетовые глаза манили и сводили солнцеволосого с ума. В таком состоянии нормально ее отругать было невозможно.
Остаток пути до возвышающейся над городом башни они проделали в полном молчании, вглядываясь в каждую тень и слыша призрачные шепотки на границе сознания. Чем ближе была стена из серого камня, тем чище становилось в их разуме. Она казалась несокрушимой, камень, взятый из самого сердца гор, был усилен магическими, древними символами, которые Лина почти узнавала, они казались знакомыми, как и уничтоженный город вокруг, но лишь на мгновение.
Алмазные ворота в них были скованы из бесконечного долга и нарушенных обещаний. Они были широко раскрыты, хотя ничто в этом мире не смогло бы сдвинуть тяжелые створки хотя бы на миллиметр. А с той стороны виднелась большая круговая площадь, на которой находились сотни разбивших здесь лагерь, пестро одетых людей и высокая башня из стали, тянувшаяся вверх к самым звездам. Оглядывая ее, Лина вскинула голову, пытаясь рассмотреть клубящиеся тьмой небеса, что поглощали свет, а не
