глубина радужки с колдовским полумраком в тенистом лесу…
И эти губы, притяжению которых я больше не могла сопротивляться.
Я приникла к ним, выпивая терпкость и пряность дыхания. Упругие, твердые, сладко-горькие, вкусные до невероятности…
Я по ним так скучала.
— Агата… — выдохнул Тимур, когда поцелуй растворился в рваном дыхании и суматошном биении сердец.
Выдохнул — и у меня закружилась голова от его близости, и от нежности, которой окутывал меня его взгляд.
— Скажи мне, прекрасная Агата… Как я мог хотеть отомстить Максиму, переспав с тобой, если я даже не знал в тот момент, что ты его бывшая жена?
Я замерла.
55. Не скандал
Мой разум судорожно метался, собирая обрывки логических нитей, но у меня никак не получалось их связать.
Так. Погодите.
Ведь все складывалось так идеально!
Все так щелкало — одно к одному!
Картина получалась без белых пятен и потерянных элементов пазла!
Максим трахает его любимую Веру.
Тимур в отместку трахает меня, потому что я бывшая жена…
Такое заденет кого угодно!
Даже если уже не любишь — все равно ощущаешь бывшего немного своим.
Логичная месть горячего мужчины, который готов ради этого…
— Так ты не ради мести полетел за мной в Аргентину?.. — растерянно спросила я.
— В Аргентину я летел, чтобы встретиться с Адамом.
— Но… гостиница! Мне поменяли гостиницу! А потом ты появился на круизном лайнере!
— Тебе поменяли гостиницу?.. — нахмурился Тимур.
— Ты не знал?
— Нет.
— Так это была случайная встреча? В баре? Тогда я не понимаю…
— Нет, в баре не случайная. Но я узнал, что ты летишь в Аргентину, только когда мои люди доложили, что ты успела на свою пересадку.
— Ты реально не знал, куда я лечу?
— Нет. Я просто попросил организовать твою пересадку как можно быстрее. Если бы я знал, что тебе туда же, конечно, ты бы летела в Буэнос-Айрес с нами! Что за дурацкая принципиальность — подбросить только до Стамбула, если попросили только до Стамбула? Мне просто не сказали, куда ты летишь дальше.
— И ты не спросил…
— Спросил потом. Когда ты уже умчалась.
— А потом было совпадение?
— Оно в любом случае было бы. Я нашел бы тебя в любой гостинице. Просто оказалось, что ты в той же самой.
— И круиз совпадение?
— Почти. Идея была поймать Адама на отрезке от Буэнос-Айреса до Монтевидео. Быстро поговорить и лететь обратно. Но оказалось, что ты…
Я никак не могла осознать, что сама себя запутала, когда все было так просто.
— То есть, это не месть Максиму?
— Агата… — устало вздохнул Тимур. — Ты считаешь, что я мог бы лететь через половину мира, а потом плыть через океан обратно для того, чтобы отомстить Максиму за то, что он увел у меня женщину, которой я настолько не нравился, что она уволилась из компании, лишь бы больше меня не видеть?
— Да…
— Но не мог бы лететь через половину мира и плыть через океан, чтобы догнать женщину, которую хочу?
— Нет…
— Агата! Ты вообще в мужчин не веришь или только в меня?
— Не знаю… — прошептала я прижимаясь к нему и потираясь о колючую щеку. — Ну ты все равно это делал ради бизнеса…
— И сделал бы ради тебя, если бы уже не совпало. Остался же я на корабле.
— Ради меня?
— Нет, Агата, ради мести Брусницыну!
— Я же сказала, что меня нервирует, когда ты его так называешь! Это и моя фамилия тоже.
— Тебе она не нравится?
— Мне не нравится, когда ты ее так ругаешь. Как будто меня…
— Как насчет взять другую? Например, Сафарова?
— Что?
— Обещаю ее не ругать.
— Что?
— Агата!
— А?
— Проснись!
— Я не…
— Я делаю тебе предложение!
— Мне?
— Нет, блин, Максиму!
— А как же Вера?
— Вера мне нравилась. И я пытался ее добиться. Но у нас вообще ничего не было. К тому же теперь у нее есть твой бывший муж.
— Уже нет, он ее бросил. Теперь ты можешь с ней…
Тимур прервал меня, накрыв губами губы.
— Сумасшедшая моя, прекрасная моя, страстная моя, безумная моя, любимая моя, — бархат в его голосе обволакивал каждое слово. — Агата… Выйдешь ли ты за меня замуж, чтобы быть рядом всегда и напоминать о том, что всегда где-то ждет именно моя женщина, которой мне не хватало всю жизнь и во всех других я искал только ее? Выйдешь ли ты за меня замуж, чтобы всегда быть рядом, понимать с полуслова, приносить удачу, обалденно выглядеть в любых платьях, бесить тем, что нравишься другим мужчинам? Выйдешь ли ты за меня замуж, чтобы спать рядом — такая теплая и желанная? Выйдешь ли ты…
— Да!
— Подожди, я еще не закончил!
Он полез в карман и достал оттуда черную бархатную коробочку. А когда открыл — я чуть не ослепла от сияющего внутри огромного камня, украшающего ободок кольца.
— Это… бриллиант?
— Ну так положено. Говорят, это маркетинговый ход фирмы ДеБирс — дарить на помолвку кольцо с бриллиантом, но я считаю, что традиции — всегда хорошо, откуда бы они ни брались.
— Я же говорила, мне еще рано бриллианты!
— Приходить после сорока? Ну ты пока поноси, ладно? А до сорока мы еще доживем. И дальше.
— Нет! Погоди!
Я захлопнула коробочку и зажмурилась.
Это все было слишком хорошо. Я сейчас проснусь, да? Я сплю на корабле, и мне снятся сладкие сны — про бывшего, который вернулся и снова хочет быть со мной, про прекрасного мужчину, который делает предложение и дарит кольцо с огромным бриллиантом.
А когда я проснусь — я буду на круизном лайнере, который прибывает в Стамбул после долгого путешествия через Атлантику. Каникулы заканчиваются красивым сном.
Мне придется вернуться на работу и вспоминать эти дни просто как мечту.
Легкий отпуск от душевной боли…
— Агата… — бархатный шепот и горячие руки.
Мои глаза еще закрыты, но я чувствую, как Тимур разгибает мои пальцы, вцепившиеся в его плечо, и на безымянный скользит прохладный и тяжелый ободок кольца.
Но я так не могла.
Мне надо было сказать…
— Я хотела тебе признаться, что сама была виновата когда матросы начали кричать, потому что когда ты был в ресторане, я пошла на дискотеку, а потом с Марко гулять по кораблю, а потом с Эмом смотреть каюту с призраками, а еще я хотела замутить с тем белобрысым, а еще Энрике… ну ты сам видел! Я все время что-то «исполняю»! — затараторила я, не открывая глаз, но сжав кулак, чтобы еще немножко почувствовать эту прохладную тяжесть. — Я
